Мужья самодовольно хмыкнули и выпустили.
— Как ты его убил? — отвлек своим вопросом всех нас вампир, и я была ему благодарна за это.
— А это не я, — со смешком признался демон. — Это у нас жена такая ядовитая.
Два пристальных взгляда пронзили меня насквозь, выискивая во мне что-то тайное.
— Что?! — передернула плечами, сбрасывая эти цепкие взгляды.
— Малышка, ты ничего не хочешь сказать? — и два голоса в унисон, так заманчиво ласково, вкрадчиво.
Улыбнулась, чувствуя небывалый прилив энергии и несвойственной мне злости.
Убить я вас сейчас хочу, а не сказать!
Глава 9
От сложного разговора отвлек, очень своевременно решивший напомнить о себе голодным бурчанием, желудок.
— Держи, — вручил мне в руки лепешку с сыром Дэмриан.
— Спасибо, — поблагодарила, вспоминая, что у меня и самой-то за спиной рюкзак, полный еды и всякой всячины для непредвиденных ситуаций. Но эта лепешка приправленная заботой была вкусней и я довольно улыбнулась.
— Леону скажешь «спасибо». Мы с Ксаем о еде даже не подумали, — признался демон, пожимая плечами на свою нерасторопность.
— А где они? — спросила, едва прожевав, и оглянулась по сторонам, ожидая, что вот сейчас туман разойдется как Красное море перед Моисеем, выпуская могучие тела моих мужчин.
— Рон и Рей остались в Аластри, — ответил Дэм и, увидев мою вздернутую вверх бровь, добавил: — Возникли проблемы в драконате и Кирулеи, — я прищурилась и демон, поняв, что сказал что-то не то, продолжил: — Ничего страшного, просто нужно решить кое-какие вопросы.
Ох, уж эти мужские вопросы. Хотя с этими все понятно — принятия власти, церемонии, дела…
Размышляя о превратностях судьбы, молча, дожевала лепешку. И только сейчас заметила, что рюкзака за спиной нет. И когда снять успели? Все так же в молчании двинулась за Дэмрианом.
Видела я эти «проблемы». Пусть дракон и безучастно взирал на бал и красавиц, но разве это может быть важнее жены? Стало немного обидно. Но в любовь Рейдерана и боль в его глазах я верила. Леон даже тут дотянулся, чтобы доказать свои чувства, а вот Рон… Молчаливый, замкнутый, он так ни разу и не сказал, что испытывает ко мне хоть что-то помимо симпатии. Да, и этот брак. Я же фактически сама его ему навязала, додумавшись прыгнуть вниз. Почему-то решила, что спасаю его, и он меня любит. А вдруг все было не так? Вдруг мой прыжок вынудил его жениться? Он же не знал, что я обзавелась двойной подстраховкой в виде вампира и Леона и любой из них бы меня спас. Неужели я сама придумала все — чувства, клятвы, и втянула его в навязанный союз с пятью мужьями? В памяти мелькнул яркой искрой разговор в гостинице и единственное признание Рона, сделанное фактически под давлением. Стало до ужаса тоскливо и грустно…
— Что ты себе придумала, глупышка? — дернул меня на себя шедший за моей спиной Ксай, разворачивая и сжимая в объятиях, пальцем приподнял мой подбородок, вынуждая смотреть на себя.
Утонула в бездонных рубиновых глазах, сверкающих искрами яркого пожара.
— Откуда ты…? — но вопрос так и замер на устах, позволив мне ощутить себя не просто глупышкой, как справедливо заметил вампир, а последней дурой. — Ничего.
Вдумчивый, пристальный взгляд глаза в глаза, вглядывался в те затаенное уголки, которые я давным-давно никому не показывала. А может, и вообще никогда не обнажала их перед людьми.
Тряхнула головой, скидывая с себя колдовской взгляд-рентген:
— Выберемся, поговорим, — озвучила я предложение, радуясь тому, что и место не подходящее и время.
Вампир кивнул и подхватил меня на руки.
— Так будет быстрее.
Следующие несколько часов я провела, катаясь на руках. Чаще обезьянкой висела на спине или животе и пусть последняя поза была излишне провокационной, а мое либидо взбунтовалось то ли от небольшого воздержания, то ли от выброса гормонов, но передвигаться так получалось быстрее и безопаснее.
Как мужчины ориентировались в этом тумане, сказать было сложно, но та уверенность, с которой они выбирали направление, желание уточнить этот вопрос не вызывала. Я поверила в то, что они определенно знают, как попасть в Аластри и целиком положилась на их чутье.
Дважды на нас нападали жуткие твари. И еще раз пришлось столкнуться с огромным фендором. Вот тогда мы, по моему убедительному настоянию, и проверили теорию моей ядовитости — ядовита, а для фендоров смертельно опасна.
— Змеючка ты наша, — рассмеялся Дэмриан, глядя как прячутся огромные щупальца в попытках избежать капелек моей крови.
Ночь мы провели в какой-то пещере. А утром…
— Доброе утро, любимая, — ласково приветствовал Ксай.
— Тебе нужно покушать, — вторил ему Дэм. — Держи, — вложил мне в руки миску с едой Дэм.
Что-то меня насторожило в васильковых глазах. Машинально отстранила протянутую миску. Встала молча, огляделась по сторонам, пытаясь осознать происходящее. Где-то на подкорке сознания билось предупреждение, что что-то не то и все не так. Рукой коснулась груди демона в надежде, что странное ощущение развеется, наткнулась на теплое тело с отчетливо бьющимся сердцем. Закрыв глаза, вдохнула запах и прислушалась к шуму дыхания, мечтая узнать, вычленить родное, но все было таким одинаково-знакомым, что я невольно поморщилась — не моё. Или если быть точнее моё и не моё одновременно.
Наклонилась к рюкзаку, служащему ночью подушкой.
— Ты же беременна, тебе нельзя носить тяжести, — попытался, перехватить рюкзак Ксай.
Не отдала. Достала банку консервов, озадаченно вдохнула, так и не произнеся ни слова. Странно это все. Откуда эта подозрительность? Я интуитивно чувствовало, что что-то не то. Пусть эти мужчины внешне ничем неотличимы от моих родных Ксая и Дэма, и все равно в них чувствовалось что-то не моё, чужеродное. Где-то внутри рождался подсознательный протест, тело отзывалось отдергиванием, а не желанием вжаться и раствориться в тепле и ласке.
Заглянула внутрь себя, отыскивая ниточки связи, две из них уже были ощутимы, словно прерванная связь восстановилась, но почему-то медленно отдалялись. Закрадывалось смутное ощущение, что это все какая-то грандиозная подстава, и чем больше я наблюдала за ними, тем яснее
