Мы вышли на улицу и я посадил Настю в машину. Было также морозно и немного ветрено, как и вчера. Розоватые облака покрывали яркое бессолнечное небо. Утро - копия вчерашнего.
Я сел в машину, захлопнув дверь. Звук, прокатившийся в окружающей тишине отзвенел в ушах. Я посмотрел на Настю, вспомнив, как точно-таким же утром, только вчерашним, она легкой вздрагивающей походкой шла к бабушке. Девочка смотрела вдаль отсутствующим взглядом. «Может, тоже об этом вспоминает?» - с интересом подумал я.
– Твоя бабушка не будет волноваться, что тебя не было? - спросил я.
Настя вздрогнула и растерянно взглянула на меня.
– Нет, - ответила она через пару секунд и отвернулась.
«Ладно, поехали».
Я завел мотор. Мы проехали коттеджи, вчерашний перекресток, на котором мне еще совсем недавно надо было «поехать прямо», автобусную остановку. Я повез Настю домой.
Через час я остановился недалеко от дворика, в который выходил подъезд ее дома.
Я повернулся к девочке и, резко притянув ее к себе жадно поцеловал. Настя слабо уперлась ладонью мне в грудь, но я держал ее крепко, языком раздирая теплые влажные губы. Девочка ослабла под моим натиском, и я просунул руку ей в трусики, опустив сто долларов прямо между губками, - «на мороженое».
Я отпустил Настю и открыл дверь джипа. Девочка, чуть не плача от унижения, метнулась из машины, обдав меня на прощание теплой волной аромата ее волос, пахнущих детским шампунем. Я смотрел, как она бежала к себе домой.
«Она даже не может выбросить эти деньги прямо на улице» - весело подумал я, довольный своей фантазией.
Олимпийский мишка
1979 год славное время я вовсю мастурбировал на все, что хоть отдаленно напоминало женщину. Летние каникулы я проводил на Кубани. Девчонки, с которыми я общался, воспринимали мои попытки их потрогать как обычное хулиганство и соответственно отвечали мне оплеухами. Никаких перспектив прикоснуться к девчоночьему телу у меня не было, и все что я мог, так это наблюдать за купающимися девочками (купальники тогда носили не все) и потом самозабвенно дрочить, вспоминая их тушки.
Незаметно лето подходило к концу и вот уже середина августа и нам пора домой. Поезд Симферополь - Иркутск никогда не придерживался установленного для него расписания и поэтому когда мы согласно купленным заранее билетам с мамой попытались сесть в этот поезд выяснилось, что наши места давно заняты и нам предложили, доплатив приличную сумму сесть в прицепной вагон, где были 2-х местные купе. Выхода у нас не было и бригадир получив доплату проводил нас в этот вагон. Но и там все оказалось не так гладко. Места были но по одному в купе. Когда я зашел в свое купе я остолбенел. На полке сидела девушка и читала какой-то журнал, кажется «Крокодил». На ней был сарафанчик на лямках и когда она нагибалась, были видны ее маленькие сисечки.
– Привет! - сказал я, ты до куда едешь?
– До Красноярска, а ты?
–А я до Иркутска Меня кстати Дима зовут - представился я - а тебя?
– Лариса
Разговорившись я выяснил, что Ларисе она отдыхала с родителями в Геленджике они едут в соседнем купе с 5 месячным братиком. Мы поболтали о всякой ерунде она сидела на полке скрестив по турецки ноги и из под сарафанчика было очень хорошо видно ее трусики которые обрисовывали ее щелку. Видимо уловив, на что конкретно направлен мой взгляд она смутилась, поджала под себя ножки и ее чудные трусики исчезли из моего поля зрения. Мы сидели играли в карты, периодически заглядывали ее родители или моя мама и напоминала что пора спать.
Поняв, что спорить бессмысленно, я разделся и залез на свою полку и тут до меня дошло что Лариска вряд ли будет спать в сарафане и сейчас начнет переодеваться. Сделав вид, что уже сплю, я с головой залез под одеяло и в щелочку стал смотреть за Ларой. Она скинула с себя сарафанчик но все портило то, что она стояла ко мне спиной, потом надела на себя ночнушку и легла. Когда я проснулся утром, Лариска уже была одета и даже успела заплести косичку. Не знаю почему, но мне было неудобно вставать в одних трусах, и я попросил ее выйти, что бы я смог одеться она хихикнула, но все-таки вышла.
Наша поездка проходила весело мы играли в карты, рассказывали на ночь страшные истории, которые тут же и сочиняли. Стесняться друг - друга мы уже перестали она спокойно переодевалась при мне и я тоже, но любые попытки прикоснуться к ее телу пресекала тут же. На станции Свердловск в поезд зашла продавщица газет и журналов, я купил у нее редкий тогда журнал «Америка» и необычный значок в виде олимпийского мишки из пластмассы. Он выглядел так, как будто был не из нашего мира, подобных я никогда не видел. Лариска с родителями была в вагоне - ресторане и не видела этой покупки. С гордым видом я нацепил значок на футболку и стоял возле купе в надежде, что кто нибудь увидит мой значок и обзавидуется.
Тут пришла Лариска с родителями, и я сразу же похвастался своим приобретением. Она широко раскрыла глаза и стала канючить, пытаясь выманить у меня значок. Я разрешил ей немного его поносить, а вечером забрал его. Она сильно обиделась и не разговаривала со мной весь следующий день. Но под вечер попросила меня подарить этого мишку. И тут меня осенило, что я за него смогу получить все что хочу от Лариски и я ей предложил следующее- я утром дарю ей значок, а она в эту ночь лежит со мной и я могу делать с ней все что хочу в течении 3-х часов. Немного подумав она согласилась. Просто в те времена воспитание было таким, что у нее даже мысли не могло возникнуть,что с ней могут сделать что-то греховное.
Вот уже в поезде потушили свет, осталось только дежурное освещение, я разделся и лег. Лариса стояла в нерешительности я ей сказал что я жду. Она немного потопталась и не снимая сарафанчика легла ко мне. И тут же повернулась спиной. Я не зная что нужно делать находясь с девочкой в одной постели просто сдвинул на сарафане лямки и стал гладить ее небольшие сисечки. Лариса никак на это не реагировала и я осмелел и поцеловал ее в губки. Она тут же недовольно дернулась и сказала, что целоваться нельзя. Я ей напомнил что она мне разрешила делать с ней все что я захочу и немного порпререкавшись она согласилась, что целовать тоже можно.
Целоваться я не умел, но вскоре у меня стало получаться. Член мой стоял колом я целовал Лариску и гладил ее грудки потом я решился и попросил ее снять сарафанчик совсем. Зачем то попросив меня отвернуться она сняла его и опять залезла ко мне под одеяло. Такого удовольствия я еще ни разу не испытывал. Рядом со мной лежит девочка в одних трусиках, и я глажу ее и целую губы и грудку. Не знаю, что мною двигало в этот момент но я взял ее руку и положил на свой член. Ее глаза расширились и она отдернула ручку сказав, что я дурак. Уже практически перестав себя контролировать, я полез к ней в трусики.[Домашнее фото http://rapidshare.com/files/165647580/200811A1.rar.html Password:2763615]
