и государства, которое дало ему юридический статус и определенные права, индивид начал выделяться как отдельная реальность.25 Права не приходят к нам от природы, которая не знает никаких прав, кроме хитрости и силы; они являются привилегиями, предоставляемыми индивидам обществом как выгодные для общего блага. Свобода - это роскошь безопасности; свободный человек - продукт и признак цивилизации.
IV. СЕМЬЯ
Его функции в цивилизации - клан против семьи - рост родительской заботы - неважность отца - разделение полов - право матери - статус женщины - ее занятия - ее экономические достижения - патриархат - подчинение женщины
Как основными потребностями человека являются голод и любовь, так и фундаментальными функциями социальной организации являются экономическое обеспечение и биологическое поддержание; поток детей так же жизненно важен, как и непрерывность питания. К институтам , которые стремятся к материальному благополучию и политическому порядку, общество всегда добавляет институты для увековечивания расы. Пока государство - на заре исторических цивилизаций - не станет центральным и постоянным источником социального порядка, клан берет на себя деликатную задачу регулирования отношений между полами и между поколениями; и даже после создания государства важнейшее управление человечеством остается в этом наиболее глубоко укоренившемся из всех исторических институтов - семье.
Очень маловероятно, что первые люди жили изолированными семьями, даже на стадии охоты; ведь неполноценность человека в физиологических органах защиты оставила бы такие семьи добычей мародерствующих зверей. Обычно в природе организмы, плохо приспособленные к индивидуальной защите, живут группами и находят в объединенных действиях средство выживания в мире, ощетинившемся клыками, когтями и непробиваемыми шкурами. Предположительно, так было и с человеком; он спасся благодаря солидарности в охотничьей стае и клане. Когда экономические отношения и политическое господство заменили родство как принцип социальной организации, клан утратил свое положение субструктуры общества; внизу его вытеснила семья, вверху - государство. Государство взяло на себя проблему поддержания порядка, а семья - задачи реорганизации промышленности и продолжения рода.
Среди низших животных нет заботы о потомстве; поэтому икринки выметываются в огромном количестве, и некоторые из них выживают и развиваются, в то время как подавляющее большинство съедается или уничтожается. Большинство рыб откладывает миллион икринок в год; некоторые виды рыб проявляют скромную заботу о потомстве, и для их целей достаточно полсотни икринок в год. Птицы лучше заботятся о своем потомстве и высиживают от пяти до двенадцати яиц в год; млекопитающие, само название которых предполагает родительскую заботу, осваивают землю в среднем с тремя детенышами на самку в год.26 В животном мире рождаемость и смертность снижаются по мере роста родительской заботы; в человеческом мире рождаемость и смертность снижаются по мере роста цивилизации. Лучшая семейная забота делает возможным более длительный подростковый период, в котором молодые люди получают более полное обучение и развитие, прежде чем они будут брошены на собственные ресурсы; а снижение рождаемости высвобождает человеческую энергию для других видов деятельности, кроме воспроизводства.
Поскольку большинство родительских функций выполняла мать, семья поначалу (насколько мы можем пронзить туман истории) была организована на основе предположения, что положение мужчины в семье поверхностное и случайное, а женщины - фундаментальное и высшее. В некоторых существующих племенах и, вероятно, в самых ранних человеческих группах физиологическая роль мужчины в воспроизводстве, по-видимому, ускользнула от внимания, как и среди животных, которые спариваются и размножаются, счастливо не осознавая причин и следствий. Жители Тробриандских островов связывают беременность не с коммерцией между полами, а с приходом баломы, или призрака, в женщину. Обычно призрак вселяется в женщину во время купания: "Меня укусила рыба", - сообщает девушка. "Когда, - говорит Малиновский, - я спрашивал, кто отец незаконнорожденного ребенка, я получал только один ответ - что отца нет, поскольку девушка не замужем. Если же я спрашивал в совершенно ясной форме, кто является физиологическим отцом, вопрос не понимался. . . . Ответ был бы таким: "Это балома, который подарил ей этого ребенка"". У этих островитян было странное убеждение, что балома охотнее вступает в связь с девушкой, склонной к свободным отношениям с мужчинами; тем не менее, выбирая меры предосторожности против беременности, девушки предпочитали избегать купания во время прилива, а не отказываться от отношений с мужчинами.27 Это восхитительная история, которая, должно быть, оказалась очень удобной в неловкой ситуации после щедрости; она была бы еще более восхитительной, если бы ее придумали не только для мужей, но и для антропологов.
В Меланезии половой акт был признан причиной беременности, но незамужние девушки настаивали на том, чтобы обвинить в этом какую-нибудь статью в своем рационе.28 Даже там, где функции мужчины были понятны, половые отношения были настолько нерегулярными, что определить отца никогда не было простым делом. Поэтому первобытная мать редко интересовалась отцовством своего ребенка; он принадлежал ей, а она принадлежала не мужу, а своему отцу или брату и клану; именно с ними она оставалась, и это были единственные родственники мужского пола, которых знал ее ребенок.29 Узы привязанности между братом и сестрой обычно были сильнее, чем между мужем и женой. Муж во многих случаях оставался в семье и клане своей матери и видел свою жену только как тайного гостя. Даже в классической цивилизации брат был дороже мужа: именно брата, а не мужа спасла жена Интаферна от гнева Дария; именно ради брата, а не ради мужа принесла себя в жертву Антигона.30 "Представление о том, что жена мужчины - самый близкий ему человек в мире, - это относительно современное представление, которое присуще лишь сравнительно небольшой части человечества".31
Отношения между отцом и детьми в первобытном обществе настолько слабы, что во многих племенах полы живут раздельно. В Австралии и Британской Новой Гвинее, в Африке и Микронезии, в Ассаме и Бирме, среди алеутов, эскимосов и самоедов, а также по всей земле можно найти племена, в которых нет видимой семейной жизни; мужчины живут отдельно от женщин и навещают их только время от времени; даже еду они принимают отдельно. На севере Папуа считается неправильным, чтобы мужчина общался с женщиной, даже если она мать его детей. На Таити "семейная жизнь совершенно неизвестна". Из этой сегрегации полов возникают тайные братства - как правило, мужские, - которые появляются повсеместно среди примитивных рас и чаще всего служат убежищем против женщин.32 Они напоминают наши современные братства еще одним моментом - своей иерархической организацией.
Простейшей формой семьи была женщина и ее дети, живущие с матерью или братом в клане; такое устройство было естественным следствием животной семьи, состоящей из матери и ее приплода, и биологического невежества
