Я слышала голоса внизу:
— Где она? — требовала ответа инспектор Шоу.
— В туалете внизу, наверное, — ответила Мэй. — Сказала, что ей плохо.
— Дженна, ты в порядке? — полицейская постучала в дверь туалета.
Я окинула взглядом комнату родителей, повесила рюкзак на плечо и вышла на лестничную площадку. Я видела с вершины лестницы инспектора Шоу, полицейскую и Мэй, стоящих внизу.
— Давайте я проверю, — сказала Мэй, прислоняясь к двери туалета. — Дженна… это я. Знаю, ты расстроена, но тебе нужно выйти. Я переживаю за тебя. Я понимаю, что это шок, особенно после всего, что произошло в этом году, но я ядом, и полиция тебе поможет, так что…
Моя лучшая подруга тянула время, подергала ручку двери, сделала вид, что она была заперта.
«Мэй, ты точно лучшая подруга. Спасибо! — она дала мне важные секунды для побега. Я не могла покинуть дом через лестницу и ушла в свою спальню. Окно выходило на сад сзади, и там было чисто, только вишнёвое дерево и амбар. Но до земли было пять метров. Дерево было недостаточно близко, чтобы перебраться… но не могла ли я прыгнуть?
Кулак стучал в дверь туалета внизу. Я взглянула на стеллаж и золотой приз за гимнастику. Моя ловкость впечатляла в школе, но чтобы долететь до дерева и безопасно приземлиться, мне нужно быть акробаткой… или артисткой с трапецией…
— Дженна! — рявкнула инспектор Шоу в коридоре. — Выходи, или мы выбьем дверь.
Я снова должна была поверить в своего Защитника, Феникса. Если он был прав насчет навыков, передающихся из прошлых жизней, то мой Проблеск с русским цирком означал, что способности Елены передались мне. Но если он был неправ, я могла легко сломать шею.
— Это последнее предупреждение, Дженна, — заявила инспектор Шоу.
Через пару секунд я услышала треск двери, полицейская воскликнула:
— О! Ее тут нет, мэм!
Вариантов не было.
Я подняла окно. Оно громко скрипнуло. Теперь ноги стучали по лестнице… Я забралась на подоконник, прыгнула к дереву. Я полетела по воздуху, вытянув руки, представила себя и трапецию… я тянулась к рукам Дмитрия. Я с уверенной грацией схватила ветку, раскачалась и сделала сальто, аккуратно приземлилась на луг, широко раскинув руки, словно выступала для зрителей. Я почти слышала эхо аплодисментов…
Я рассмеялась. Я была Еленой, Летящей Жар-птицей!
— Вот она!
Моя слава прошла, я оглянулась и увидела инспектора Шоу в окне спальни, ее черные глаза пылали. Теперь я узнала ее испорченную душу — она была хмурой женщиной в первом ряду, которая мне не хлопала.
— Стой на месте! — зарычала она.
Игнорируя ее, я побежала к забору и перемахнула его, попала легко в сад соседа. Ощущая себя все больше как Елена из цирка, я перепрыгивала забор за забором, двигаясь к улице. Я добралась до последнего сада, заметила, что на стене сверху было разбитое стекло. Вспомнив Стену Ножей, я прыгнула высоко в воздух, подогнула ноги и исполнила сальто над блестящими краями стекла. Миновав опасность на волосок, я приземлилась целой на асфальт, пригнувшись.
Знакомый пыл трюков акробатики бежал по венам, и я невольно улыбнулась от старого навыка. А потом улыбка дрогнула — белые кроссовки остановились передо мной.
10
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Рад снова тебя видеть, Дженна, — сказал едкий плавный голос.
Я посмотрела в угольно-черные глаза Дамиена. Его точеное лицо было белее, чем я помнила. Но время в тюрьме он использовал, чтобы подкачаться. Его руки были мускулистыми, толстовка натянулась на груди. Он смахнул с глаз черные волосы и очаровательно, как змея, улыбнулся.
— Куда же ты так спешишь?
— Убийца! — взревела я, бросилась на него в гневе. Но я не успела его схватить за горло, меня поймали сзади, руки прижали. Я оглянулась, увидела вокруг его банду. Они были в толстовках, лица скрывали тени. Но я узнала каждого. Блондин, чью руку я сломала в гробнице. Девушка с татуировкой паука на шее. Мускулистый парень держал меня, его нос был кривым стараниями Феникса, который сломал его дважды. И опаснее всех была высокая и сильная девушка с кастетами на пальцах и стальной трубкой в заднем кармане.
— Дженна, у тебя было много родителей раньше, и все умирали, — сказал Дамиен без сочувствия. — Не знаю, почему ты так расстроена. Должна была уже привыкнуть.
Снова два тела в тогах в крови вспыхнули перед глазами — в этот раз был смысл. Мои родители из прошлой жизни, убитые Охотниками. Мой гнев удвоился, и я извивалась в железной хватке бандита.
— Как ты освободился? — спросила я у Дамиена.
Он усмехнулся.
— Инспектор Шоу поручилась за наше хорошее поведение… и вытащила нас рано из программы реабилитации. Она такая добрая, да?
— Не понимаю. Вы не должны уже быть Охотниками, — сказала я, гнев сменился ошеломлением. — Феникс убил Танаса. Я видела своими глазами, как он умер.
— Да, — ответил Дамиен. — Но ты недооценила его силу. Танас вернулся и сильнее, чем раньше.
Я перестала извиваться.
— Он вернулся? В этой жизни? Это невозможно.
— О, возможно! — Дамиен не скрывал веселья. — Танас воплотился в другом теле.
Волна отчаяния охватила меня от осознания. Феникс пронзил грудь Танаса обсидиановым клинком, сказал мне, как осколок черного вулканического камня был слабостью моего врага, и душа Воплощенного будет слишком слабой, чтобы вернуться ещё жизнь, а то и дольше. Потому мой Защитник оставил меня без присмотра — он верил, что завершил работу в этой жизни. Как он ошибался!
Дамиен вытащил из-за пояса зеленый нож в шесть дюймов длиной. Я тут же узнала опасное оружие, хотя видела, как клинок разбился, значит, родители Мэй восстановили его. Нож из чистого нефрита, на рукояти был ягуар, скрещенный с человеком. Ножу было четыре тысячи лет, и им Танасу нужно было вырезать мое сердце в церемонии, чтобы потушить мою душу навеки.
Увидев страх в моих глазах, Дамиен пошёл ко мне.
— Бедная Дженна, — он оскалился. — Теперь Феникс тебя не защитит, — он ухмыльнулся, помахал восстановленным ножом перед моим лицом. Он голодно облизнулся, рявкнул приказ банде. — Держите ее прижатой к стене.
Четверо Охотников в тревоге переглянулись.
— Разве не Танас должен исполнить ритуал? — тревожно спросила девушка с кастетами. — Ты знаешь, что хозяин думал о попытке покушения в парке.
Дамиен раздраженно посмотрел на девушку.
— Мы не можем дать этой душе Первого Предка снова улизнуть от нас, — прорычал он. — И, думаю, я заслуживаю капли его силы. Слушайтесь!
Бандит прижал меня к стене, но резкий голос крикнул:
— Эй! Не трогай девочку!
Полицейская из моего дома выбежала из-за угла к нам, за ней следовал другой офицер. Инспектора Шоу не было видно. Я использовала отвлечение, вырвалась из хватки бандита, ткнула его локтем в солнечное сплетение. Он охнул от боли и согнулся. Я не ждала, пока другие Охотники отреагируют.
