В целом же, как полагает автор, акционерное правоотношение носит имущественный характер. Это обусловлено тем, что лицо, приобретая акции на возмездной основе, рассчитывает по истечении определенного периода времени на получение части прибыли от деятельности общества в виде дивидендов. Об имущественном возмещении речь идет и при ликвидации акционерного общества.88 Взгляды Д.В. Ломакина о преобладающем имущественном характере акционерного правоотношения разделяет и Ю.А. Метелева.89
Е.А. Суханов, напротив, считает, что корпоративные отношения имеют четкую имущественную направленность, обусловленную самим характером деятельности организации как юридического лица.90 С.Н. Виновой присоединяется к мнению Е.А. Суханова, считающего права и обязанности, составляющие содержание корпоративных правоотношений, имущественными. Исходя из этого положения автор полагает неуместным проводить классификацию прав акционера на имущественные и неимущественные.91
В.П. Степанов также утверждает, что корпоративные отношения, являясь организационными, относятся к категории имущественных. Аргументация его сводится к следующему. Он полагает, что в основе корпоративных отношений лежат экономические отношения коллективной собственности, то есть отношения по присвоению материальных благ коллективом. Возможность участия в управлении корпоративной организацией и получение информации о ее деятельности членами является ничем иным, как специфическим проявлением экономических отношений коллективной собственности. Именно поэтому, как представляется указанному автору, можно сделать вывод об имущественной природе данных отношений.92
Однако все же кажется, что указанное обстоятельство совершенно не свидетельствует об имущественности указанных отношений, а говорит лишь о том, что они тесно связаны с имущественными отношениями по присвоению материальных благ. Разумеется, акционеры участвуют в работе общего собрания не потому, что управление обществом является для них самоцелью. Конечной целью является именно получение от общества имущественных благ в виде дивидендов и ликвидационной квоты. Таким образом, участие акционеров в управлении обществом тесно связано с имущественными отношениями по получению дивидендов и части имущества ликвидируемого общества, однако, конечная цель, преследуемая акционерами при вступлении ими в правоотношения по управлению обществом, не может свидетельствовать о самом имущественном характере таких отношений.
На особенность непосредственной цели организационных отношений указывал еще О.А. Красавчиков. Он обращал внимание, что организация как форма деятельности людей не является самоцелью; она каждый раз по своему содержанию и формам реализации предопределяется содержанием тех целей, к достижению которых устремляет свою деятельность человек или социальное образование. Вместе с тем организационное отношение обладает своей собственной целью – упорядочение, организованность, нормализация организуемых отношений. Содержание и формы упорядочения всецело подчинены тому, что упорядочивается, и поэтому организуемое и организационное отношение имеют одну и ту же цель, но это не исключает наличия непосредственной (ближайшей) цели организационного отношения.93
Поскольку объектом корпоративного организационного отношения является организация других отношений, то думается, что и в этом нужно присоединиться к мнению О.А. Красавчикова о том, что организационные отношения по своей сути являются неимущественными.
Действительно, если рассмотреть, например, корпоративные отношения, складывающиеся по поводу сообщения акционерам о созыве их общего собрания или по поводу их права голосовать либо избирать определенных лиц в органы общества, то видно, что указанные отношения непосредственной связи с имуществом не имеют и поэтому не могут быть отнесены к категории имущественных. На это обращают внимание многие авторы. Так, П.В. Степанов указывает, что специфика права на участие в управлении состоит в том, что оно лишено имущественного содержания. Указанное право имеет чисто организационный характер. Право на управление, в отличие от организуемых с его помощью отношений, представляет право неимущественное и неличное.94
Н.И. Мирошникова также считает, что внутрикорпоративные отношения носят выраженный неимущественный характер и регулируются с помощью норм корпоративного права.95
С.Н. Братусь, отнеся организационные отношения к неимущественным, рассуждал следующим образом. «Различия между организационными и имущественными отношениями проистекают из того, что процессу непосредственного расширенного социалистического производства и тем самым процессу непосредственной хозяйственной деятельности предшествует деятельность по организации этого процесса. Это – неотъемлемый признак планового хозяйства.
Организационная деятельность может быть различная – по руководству хозяйством, по руководству социально-культурным строительством. То, что она направлена на имущественные цели, на то, чтобы создать необходимые условия, обеспечивающие хозяйственную деятельность, с которой связаны в период социализма имущественные отношения между ее непосредственными участниками, не означает, что организационные отношения, возникающие между регулирующими органами, становятся имущественными отношениями. … Организационные отношения – иной, чем имущественные вид общественных отношений».96
Более того, С.Н. Братусь отнес корпоративные права к личным неимущественным потому, что они, по его мнению, «неотчуждаемы, неотделимы от члена организации потому эти права утрачиваются при выходе из нее».97
Однако, думается, что по этому критерию корпоративные, или, по терминологии указанного автора, членские отношения, как раз нельзя отнести к личным неимущественным. Часть 1 ст. 150 ГК РФ устанавливает, что личные неимущественные права и другие нематериальные блага неотчуждаемы и непередаваемы другим способом. В отличие от них корпоративные права могут отчуждаться посредством отчуждения акции. Кроме того, как указывает М.Н. Малеина, важным признаком личных неимущественных прав является их направленность на выявление и развитие индивидуальности личности.98 Корпоративные права такой направленности не имеют.
О.А. Красавчиков подразделил гражданско-правовые неимущественные отношения на личные неимущественные, отношения, складывающиеся по поводу объектов творческой деятельности и организационные отношения. Таким образом, О.А. Красавчиков отнес права, входящие в содержание отношений, складывающихся по поводу объектов творческой деятельности и организационных отношений, к отчуждаемым.99
Среди отношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами, можно найти и отношения имущественные. Несомненно, обязательственные отношения, связанные с правом акционера на получение дивиденда и ликвидационной квоты, носят выраженный имущественный характер.
Кроме того, корпоративное правоотношение, как и обязательственное, является отношением, имеющим относительный характер, поскольку складывается оно всегда между конкретными субъектами. Рассматривая отношения между акционерами и обществами, нельзя не коснуться и вопроса о существовании правовой связи между самими акционерами общества, который также является спорным и тесно связан с вопросом о признании акционерного общества объединением капиталов либо объединением лиц.
Традиционно в теории акционерное общество относится к объединению капиталов и считается, что личность акционеров не имеет значения и их личное участие в деятельности общества не требуется. Такие взгляды были высказаны еще немецким ученым Рено (Renaud), который считал, что отдельные акционеры не связаны между собой ни правами, ни обязанностями, а потому личность отдельных акционеров не имеет никакого значения.100
Этих же взглядов придерживался и П.Н. Гуссаковский, полагая, что личность акционеров не имеет никакого значения, следовательно, особенность акционерных обществ, или, как он еще их называет, товариществ, «отличающая их от всех других видов товариществ, заключается в их безличности, или анонимности, делающей их наиболее совершенною формою товариществ для осуществления предприятий, рассчитанных на долговременное их существование».101 Подобные взгляды об отсутствии каких бы то ни было юридических отношений между акционерами высказывались и профессором Л.И. Петражицким.102 Иосиф Брауде считал, что личное участие в обществе почти отсутствует.103
Что касается современных ученых, то О.М. Роднова также придерживается подобной позиции104, О.В. Белоусов же считает, что членские права и обязанности по отношению к другим акционерам отсутствуют у акционеров лишь в открытом акционерном обществе.105
