При этом следует отметить, что, признавая отношения между акционером и обществом вещными, П. Писемский далее непоследовательно анализирует их по модели обязательственных отношений, возникающих из договора.
«Отношение между акционерной компанией и акционером есть отношение двустороннее; поэтому к нему применимы все правила о двусторонних договорах. В двусторонних договорах каждый контрагент вправе отказать другому в исполнении своих обязанностей, если последний не исполнил со своей стороны своих собственных обязанностей <…> Неисполнение договора мыслимо как со стороны акционеров, так и со стороны компании. Поэтому компания вправе отказать акционеру, не исполняющему своих обязанностей, в осуществлении прав, принадлежащих ему по уставу, как то: в праве на дивиденд, в праве участия в общем собрании. Наоборот, акционер вправе отказать в уплате взноса, если компания нарушает договор. В частности, компания считается не исполнившей своих обязанностей, если не исполняет предприятия, или исполняет его только отчасти, или не приводит его исполнение к назначенному сроку, или отказывает акционеру в выдаче дивиденда, или в допущении в общее собрание, или изменяет те положения устава, в виду коих он дал свое согласие. – Но нельзя считать неисполнением со стороны компании, что предприятие не приносит ожидаемых выгод».46
И.Т. Тарасов также считал, что права акционера по своей природе являются вещными, и поэтому «акционер обязан отвечать своей долей за компанию» и «акционер имеет право на получение обратно своей доли капитала согласно закону и уставу».47
Однако с представленной точкой зрения нельзя согласиться. Непосредственная связь с имуществом, внесенным в качестве взноса в уставный капитал, акционером утрачивается. Как закреплено в действующем законодательстве, при прекращении деятельности акционерного общества лицо получает не свой первоначальный взнос, а часть имущества, пропорционально размеру его участия в формировании уставного капитала. В разъяснении, данном высшими судебными инстанциями, указано, что условия устава хозяйственного общества, предусматривающие право учредителя (участника) изъять внесенное им в качестве вклада имущество в натуре при выходе из состава хозяйственного общества, должны признаваться недействительными, за исключением случаев, когда такая возможность предусмотрена законом.48
Следует также отметить, что законодательством не предусмотрено такого основания для прекращения прав акционера в отношении общества как гибель имущества, внесенного акционером в качестве вклада в уставный капитал. В случае гибели вещи связь акционера с обществом не прекращается.
Некоторые ученые считают, что между акционером и обществом складываются отношения, обязательственные по своей природе.
Так, О. Ломидзе считает, что доля участника (акция) выражает обязательственное право, которое участник имеет в отношении общества.49 Точки зрения об обязательственной природе прав акционеров придерживается и В.В. Долинская.50
П.Н. Гуссаковский полагал, что обязательственные отношения связывают не только отдельного акционера и акционерное общество, но и акционеров между собой. Содержание последнего правоотношения сводится к следующему: акционеры согласились между собой предоставить определенные суммы для устройства и эксплуатации предприятия и не отступать при эксплуатации акционерного предприятия от тех постановлений закона и устава, которыми регулируется деятельность общества. Исходя из этого, автор утверждает, что во всех случаях принятия незаконного решения общим собранием акционеров, причинившим вред другим членам данной корпорации, на голосовавших за принятие такого решения акционеров может быть возложена обязанность возместить вред. При этом не имеет значения, знал ли заранее акционер о возможности причинения вреда, действовал ли он по неосторожности или умышленно.51
Некоторые ученые высказывают взгляды о смешанном характере правоотношений, складывающихся между акционерами и обществами и, как представляется, занимают наиболее обоснованную позицию.
Следует согласиться с В.П. Мозолиным, который указывает, что «характеристика прав акционеров по отношению к обществу как обязательственных не является точной. Данное положение находится в противоречии с понятием обязательства (ст. 307 ГК), в котором стороны выступают в качестве независимых друг от друга участников правоотношений. Внутренние отношения между акционерами с одной стороны и обществом с другой стороны, неразрывной частью которых являются и отношения, связанные с имуществом последнего, строятся по совершенно иной модели. Это – отношения участия (членства) в делах данного общества, в том числе и в решении вопросов по управлению и распоряжению его имуществом. Соответственно, данные отношения касательно прав и обязанностей акционеров регулируются нормами акционерного права. Акционеры общества находятся на положении его хозяев, а не посторонних лиц. Обязательственные отношения между акционерами и обществом могут возникать лишь по требованиям об уплате объявленных дивидендов, получении имущества в случае ликвидации общества и другим общегражданским требованиям…, то есть тогда, когда акционеры изменяют свой правовой статус, переходя на положение обычных внешних кредиторов или должников по отношению к обществу».52
По мнению М.М. Агаркова, «отношения между акционерами и акционерным обществом не могут быть отнесены к чисто обязательственным правоотношениям. Акционеру принадлежат прежде всего корпоративные права …».53
Е.А. Суханов также отмечает корпоративный, а не обязательственный характер отдельных прав участников. «Благодаря корпоративным правам участники корпорации (хозяйственного товарищества, общества, кооператива и так далее) могут участвовать в различных формах в управлении корпорацией и ее имуществом. Реализуя свои корпоративные права, участники корпорации влияют на формирование воли данного корпоративного образования, являющегося самостоятельным субъектом гражданского права – юридическим лицом. Такая ситуация нетипична для гражданско-правового регулирования, так как по общему правилу в гражданском обороте субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента».54
Т.В. Кашанина считает, что отношения, складывающиеся в акционерном обществе, носят смешанный характер. Так, «у акционера есть корпоративное право – участвовать в управлении акционерным обществом. Он обладает также обязательственными правами: правом требовать выплаты объявленных дивидендов; правом на причитающуюся долю имущества, оставшуюся после ликвидации акционерного общества».55 Такой же позиции об обязательственной природе права на часть доходов (дивиденд) и права на ликвидационную квоту придерживается и М.С. Кораблева.56
А.И. Каминка высказал мнение, что права акционеров «представляют своеобразные особенности сравнительно с структурой индивидуальных обязательственных прав, они носят специфическую корпоративную окраску, сущность которой заключается в элементе господства компании, как таковой, над отдельными ее участниками».57
Д.В. Ломакин полагает, что субъектный состав акционерного правоотношения не строится по модели обязательственного. Правовая связь возникает здесь между множеством участников. Производные от акционерного правоотношения обязательственного характера, строящиеся по схеме должник – кредитор и возникающие при выплате конкретной денежной суммы в виде дивидендов и при получении ликвидационной квоты, также имеет место в акционерном обществе. Они характеризуются простым субъектным составом. В качестве должника здесь выступает акционерное общество, а кредиторами являются акционеры.58
Указанный автор выделяет два вида одноименных прав: право на дивиденд и ликвидационную квоту как элементы содержания акционерного правоотношения и право на дивиденд и ликвидационную квоту как элементы содержания обязательственного правоотношения, возникающего между акционером и обществом. В последнем случае для появления названных прав наряду с фактами, устанавливающими членство, нужны дополнительные юридические факты, например, решение общего собрания о ликвидации общества.59 При этом Д.В. Ломакин определяет акционерное правоотношение как юридическую связь, возникающую в момент государственной регистрации акционерного общества на основе норм права и свободного соглашения между участниками имущественного отношения, каковыми выступают само общество, акционеры, третьи лица, не являющиеся акционерами, и выражающуюся в наличии у акционеров субъективных прав, синтезированных в едином праве членства, а также в наличии у акционерного общества и третьих лиц юридических обязанностей по отношению к акционерам, корреспондирующих этому праву.60
