Глава 3
Новый 2003 год я встречал в шумной компании со своими друзьями и приятелями на квартире у одной из наших сокурсниц. Было удивительное ощущение: с одной стороны, всё здорово, весело, сыто и пьяно, но с другой… Несмотря на отличную атмосферу, мне всё же не хватало ее. Моей Леночки! Год назад мы справляли праздник примерно так же, но тогда я вообще на подобном не заморачивался и просто наслаждался процессом. А сейчас же всё стало несколько блеклым и бессмысленным. Как в шутке про китайские новогодние игрушки, знаете? Сверкают так же, но не радуют. Вот и у меня…
Сразу после курантов, объявивших стране свою главную весть, я, быстро выпив свое шампанское, вышел в другую комнату, где никого не было, и набрал Ленин номер. Дежурно поздоровавшись и пожелав счастливого Нового года ее отцу, который взял трубку, я попросил к телефону Лену.
Ожидание секунд семь…
– Алло!
– Привет, Леночка! С Новым годом тебя!
– Ой, привет! Спаси-и-и-ибо! Так приятно!..
Далее я озвучил более или менее стандартный набор новогодних пожеланий, а в конце добавил заранее придуманное:
– …А также желаю – как тебе, так и себе – новой встречи! И чтобы наши совместные желания (а они безусловно есть) сбылись!
Лена засмеялась и сказала, что желания, конечно, есть и после моего приезда они только возросли, а она утвердилась в том, что мы встретились не просто так.
– Пусть нас впереди ждет только хорошее! С Новым годом, милый!
– С Новым годом!!!
Моя душа пела, а сердце приятно щемило! Я повесил трубку и вернулся к друзьям. Ну всё – теперь от тоски не осталось и следа! Где там оливье? И да, коньячок передайте, пожалуйста!
* * *
Январь тянулся как свежая жвачка, прилипшая к подошве. Я считал дни до приезда моей ненаглядной. Разумеется, я всё подготовил. По моей большой просьбе бабушка согласилась на неделю переехать к родителям, в мою комнату, а я, соответственно, занял ее квартиру. Заранее закупил пару бутылок вина, конфеты, закуски… Основную еду, разумеется, сготовили бы сами – в процессе совместного проживания, так сказать.
Приезд Елены должен был совпасть с датой защиты дипломов моих одногруппников-инженеров. Сам-то я попал в группу будущих магистров, поэтому моя защита должна была состояться летом. Но поприсутствовать на чужом празднике прощания с университетом могли все желающие.
Собственно, я и планировал прибыть туда вдвоем с Леной, тем более что она сама выказывала интерес к сему действу.
Так в итоге и получилось. Правда, мы еле успевали: поезд прибывал в полдевятого утра, а защита начиналась ровно в десять. Я встретил ее на Московском вокзале (с букетом цветов, разумеется), после недолгих объятий и поцелуев мы поехали в мою (бабушкину) квартиру, где бросили сумки, и Лена стала приводить себя в порядок, в то время как я красноречиво поглядывал на часы. Но что делать – женщина не может просто взять и быстро поехать куда-то лишь из-за того, что мало времени! Такое впечатление, что с этой бессмертной заповедью представительницы прекрасного пола рождаются уже изначально. Через пятнадцать минут мы бегом направились к метро, чтобы успеть в универ…
Как говорится, пять минут позора – и ты дипломированный специалист! Когда диплом уже написан, отпечатан, а речь с горем пополам выучена, ничего другого не остается, как сжать зубы и направиться к доске, а потом бубнить свой скучный монолог, нервно тыкая указкой в заранее развешанные плакаты. В этом деле, конечно, многое зависит от твоей уверенности в себе именно на данном этапе. Чем лучше произнесешь речь – тем больше произведешь впечатления на комиссию. А если еще и на три-четыре вопроса из зала ответишь – считай, что вообще неимоверно крут и вскоре после объявления общих результатов ты можешь с честью идти бухать, делая тем самым свой окончательный шаг во взрослую жизнь!
Безусловно, мне была очень интересна защита моих друзей, но слушал я их в итоге несколько рассеянно, ведь рядом со мной сидела моя девушка, на которую, к слову, иногда поглядывали, перешептываясь, мои одногруппницы. Я внутренне улыбался этому. Лена же, напротив, несмотря на абсолютно чуждое ей направление моего факультета (сама она обучалась программированию), с интересом вслушивалась в речи защищавшихся.
Кто-то выступил лучше, кто-то хуже. Один мой приятель, прекрасно разбиравшийся в предмете, тем не менее умудрился полностью провалить свою речь, чем, естественно, занизил себе итоговую оценку. Некоторые вообще не тянули даже на тройку, но всё равно ее получили, ибо возиться с ними дальше ни у кого из преподавателей уже не было желания. Закончили обучение – и слава богу!
И вот – финал! Объявили результаты. Кто-то вздохнул с облегчением, кто-то закатил глаза, кто-то обрадовался, кто-то расстроился… Но тем не менее через несколько минут все настроения пришли к общему знаменателю. Двенадцать человек закончили свое обучение в вузе, которое длилось пять с половиной лет! По традиции, из заготовленных заранее пакетов были вытащены на свет божий шампанское, мандарины и конфеты. Все дружно налили, выпили, закусили. Преподы пожелали теперь уже бывшим студентам всяческих успехов по жизни, а затем потихоньку стали расползаться. У нас же была договоренность о бурном отмечании дипломного дня в модном тогда клубе «Революция» на Сенной. Поэтому все разошлись по своим домам, а вечером предстояла встреча.
Лена не захотела сразу возвращаться домой, поэтому мы направились в центр. В Питере она была второй раз в жизни, но предыдущий ее визит был настолько давно, что, только лишь выйдя на Невский проспект, она уже преисполнилась восторга и стала с любопытством вертеть головой, постоянно задавая мне вопросы обо всём, что окружало ее. Но в тот день мы всё-таки решили подождать с долгими прогулками, поэтому вскоре зашли перекусить в какое-то кафе, а потом направились домой, дабы переодеться перед визитом в ночной клуб…
* * *
«Революция» находилась в районе Апраксина двора; каждый, кто хоть раз побывал там, сие место не забудет. Вещевой рынок, где одежда и прочие товары лежат прямо на уличных прилавках, где не протолкнуться среди продавцов всех азиатских и кавказских национальностей и, наконец, где главным правилом было смотреть не столько на шмотки, сколько за своей сумкой, которую могли стащить или разрезать с целью вытащить кошелек. При этом, немного помесив грязь под ногами, можно было дойти до пары мест, где тощим студенческим кошелькам всегда были рады: старый культовый клуб «Money&Honey» и новенький, не так давно открывшийся, но уже пользующийся определенной популярностью клуб «Революция».
Мы поднялись на второй этаж, где уже находилось несколько моих одногруппников. Я познакомил Лену с теми, с кем не успел сделать это утром, на защите дипломов. Некоторые из приятелей тоже пришли не одни. Мы заказали пива и, развалившись на уютных диванчиках вдалеке от громыхающих колонок, стали общаться. Народ прибывал…
Как говаривал Вася Васин из «Кирпичей» в своих незабвенных «Джедаях»:
Помнишь, как бодрили дискотеки прошлого века?Сейчас стол, компьютер – и нету человека!
Конечно, в чём-то эти строки были правдивы. Диджеи были ближе к народу, а музыка – к душе. Старые хиты из 80-х и 90-х до сих пор нет-нет, да звучат на радио, а ретродискотеки пользуются всё большей популярностью. Система узнавания родных сердцу мелодий, под которые ты, пятнадцатилетний, выделывался перед девчонками, работает как часы! Но дело, конечно, было не только в музыке. Еще буквально пару лет назад у меня было совершенно иное отношение к ночным клубам, нежели теперь…
Ты входил в главный молодежный клуб города – «Метро», – отстояв порой более часа в очереди. Тебе выдавали несколько талончиков на бесплатные лимонады, поэтому, если цели напиться не было, то этого даже иногда хватало, чтобы просто не умереть от жажды и как следует протанцевать всю ночь, вплоть до открытия подземки. Именно это было главным! Безумный отрыв под музыку, когда ты полностью отдавался ритму и мелодии, не обращая внимания больше ни на что!
А потом клубы стали для меня и моих друзей скорее местом посиделок, а не одним большим рейвом. Об этом говорил уже тот факт, что главным при входе в заведение было занять столик. Иногда, бывало, один человек из компании приходил гораздо раньше остальных, в конце вечера, платил, таким образом, двойную плату за вход (в «Money&Honey» было два режима работы: дневной и ночной) и мог занять лучший стол. А уже ближе к ночи подваливали остальные…
Вход в клуб стоил рублей сорок, главное студенческое пиво – «Балтика-тройка» – рублей двадцать. Таким образом, ты уже мог неплохо оттянуться на сотку, полученную со стипендии или же перепавшую от родителей. Прошла пара лет – многие из нас устроились на работу, и простые молодежные развлечения стали еще доступнее.
