Я бросилась к одной из корзин и первым, что вытащила, оказалась фигурка высотой не более пяти сантиметров из нефрита. Она была похожа на лису в кимоно, из-под которого торчал хвост.
— Это нэцкэ кицунэ — японского лиса-оборотня. Он защищает от злых духов и демонов, — раздался позади меня старческий голос.
Обернувшись, я стала разглядывать его обладательницу.
Первое слово, ассоциируемое у меня с ней это «древняя». Старухе, наверное, лет сто. Но, несмотря на старость и свой маленький рост, на меня она взирала с высокомерием холодных голубых глаз. Она являлась обладательницей седых волос, собранных на затылке в пучок. А также, на ней был черный деловой костюм, ну знаете, такие обычно одевают на похороны и черные лодочки.
— Я тебе не старуха, а Изольда Марковна, — гневно сказала она, одной рукой поправляя на переносице золотое пенсне, а другой, облокачиваясь на трость с серебряным набалдашником в виде стилизованного китайского дракона.
«Разве я сейчас разговаривала вслух?!» — спросила я сама у себя, а старуха не замедлила с ответом:
— Нет, это я твои мысли читаю, как раскрытую книгу. Ментальная защита у тебя на нуле.
— Чего?
— Того! — рявкнула старушенция. — Что уставилась, как баран на новые ворота? Давай трудовой договор!
— Так вы хозяйка этого магазина? — изумилась я.
— Не магазина, а салона. И предугадывая твой следующий вопрос — да, я не китаянка, а европейка. Мы будем продолжать стоять или все-таки оформим документы? Плачу я хорошие деньги, включая проценты от продаж. Но и требую я многого. Прежде всего, я не люблю бездельников. Оплата почасовая. Есть вопросы? Вижу, что нет и ты согласна.
Эй, так нечестно! Она опять прочла мои мысли!
— Без чтения мыслей я обойтись не могу, а вдруг ты захочешь вынести что-нибудь из моего салона?
Интересно, что?
— Много чего, поверь мне много чего.
И я поверила. Она была не из тех, кто просто так разбрасывается словами.
— Тогда почему у вас нет сигнализации?
— Она мне не нужна, — рассмеялась стару… то есть Изольда Марковна.
— Молодец, быстро учишься, — хмыкнула женщина.
Спустя пять минут, все бумаги были оформлены и женщина, с почетом, вручила мне пластмассовый тазик, моющее средство, сухие тряпки, несколько старых зубных щеток и щеток на длинных тонких проволочных ножках. Усадила меня в дальний угол салона, после чего принесла вытащенные из-под старой конторки с полсотни грязных колб и пробирок. Показала, на примере одной пробирки, как их чистить и сушить.
— Когда закончишь, позовешь меня. Я буду обслуживать клиентов.
Спустя двенадцать пробирок и пять колб, я готова была взвыть от отчаянья! А вы сами когда-нибудь пробовали чистить колбу с узким горлышком и желтым налетом на дне? А пробирки, напоминающие своей красно-черной копотью жертв ядерной катастрофы?
В общем, я старалась держать себя в руках и не материться не то что вслух, а даже мысленно.
Я испытывала по отношению к себе жалость, к Изольде Марковне же — беспокойство.
Я боялась.
Боялась того, что она могла узнать обо мне. Я не знала, как далеко распространяется ее способность чтения мыслей, насколько велики ее возможности. Неизвестность, вот что пугало. Могла ли она проникнуть ко мне в сознание? Могла ли она поднять на поверхность всю ту боль, что накопилась во мне за последние годы? Боль, которую я усердно прятала в глубине души, сковывая ее цепями безразличия, маскируя повседневной беззаботностью и весельем, горькой иронией…
Я старалась ни о чем не думать. Просто механически выполнять свою работу, краем глаза наблюдая за хозяйкой. Сейчас она обслуживала двух китаянок, услужливо предлагая купить им какие-то травы.
Наконец, со стеклянной тарой было покончено, и я вздохнула с облегчением. Но я рано радовалась.
— Закончила? — спросила Изольда Марковна.
— Да, — кивнула я.
Женщина вошла в неприметную дверь (и как я ее сразу не заметила?) со словами:
— Жди здесь.
А когда вернулась, в руках у нее была коробка полная… о, нет! Пробирок и колб! Старая карга совсем из ума выжила!
Тут произошло то, чего я ну никак не ожидала. Я буду жаловаться в профсоюз! Изольда Марковна, своей тростью приложилась по моему затылку.
— Ай! За что, бабуля?!! — воскликнула я.
— Я научу тебя, как уважать старших! — И добавила: — Я тебе не старая карга!
А какая? Молодая… ай!
— Вы не имеете права бить меня. Вас посадят за рукоприкладство!
— Ты не в том положение, чтобы отказываться от работы.
Я нахмурилась.
— Как вы читаете мысли? — рискнула я поинтересоваться через некоторое время, когда женщина немного остыла. Она удивила меня тем, что вообще ответила на мой вопрос.
— Есть несколько способов чтения мыслей. Первый. — Изольда Марковна стала загибать поочередно пальцы, скованные артритом. — Телепатия, как врожденный дар. Второй — при помощи специально изготовленных амулетов и третий способ — заклинания. Но они чреваты последствиями, при не правильном наложении и действуют в течение определенного периода времени. В моем случае это амулет.
— А где найти такой?
— Их специально изготавливают, и они очень дорого стоят.
На этом наш разговор зашел в тупик. У меня еще было масса вопросов требующих ответов и пояснений, которые я мысленно прокручивала в голове, но Изольда Марковна никак не реагировала.
Когда я закончила работать, дисплей телефона показывал 22.08. Напоследок, работодательница всучила мне несколько внушительной тяжести книг. Я прочитала названия: «Травология», «Основы зельеварения», «Камни и амулеты».
Что за ерунда?!
— Тебе следует выучить все это, если не хочешь постоянно заниматься уборкой, — сказала она, прежде чем захлопнуть за мной парадную дверь.
Я лишь вздохнула и, прижав к груди книги, отправилась домой.
* * *
Я была уставшей, голодной и злой, когда вошла в родную кухню.
Здесь меня ждал сюрприз в виде Лерки и Иона.
Дорогая подруженька умудрилась расположиться на стуле так, чтобы просматривались все ее достоинства. В частности, длиннющие ноги и умопомрачительных размеров бюст.
Она сидела и горящим взором пожирала Иона. Тот, в свою очередь, на ее пламенные взгляды старался не реагировать. Во всяком случае, я на это надеялась. Потому как отлично знала Лерку. Один неверный шаг и ты пропал. От нее еще никто просто так не отделывался.
Тут они заметили меня.
— Саша, — выдохнул Ион. В его голосе сквозили неподдельные нотки облегчения.
— Привет Ион, привет Лера.
— О, Шурик! Ну, как новая работа, ты давай, садись, рассказывай. Я специально по такому поводу тортик купила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
