— А почему именно из Сыктывкара?
— Да потому что Сыктывкар находится у черта в жопе. И живут там одни дикие лохи, покрытые шерстью.
— Не такие уж они и дикие. А насчет шерсти, так ты тут любому псу фору дашь.
Шлегель покосился на Славного:
— Обидеть хочешь, да?
— Что ты! Разве я похож на самоубийцу?
— Вообще-то да, — с усмешкой ответил Борис Шлегель. Он зевнул, поднял руки и хорошенько потянулся. Затем повел могучими плечами и лукаво посмотрел на приятеля:
— А что, Серж, та контора, о которой ты мне говорил, еще работает?
— Какая? — не понял Славный.
— Ну эта — «кудрявые локоны, бархатистая кожа».
Славный слегка покраснел, затем кивнул:
— Работает.
— А что, если нам немного… того? А?
Они «со значением» и слегка смущенно посмотрели друг на друга. Дело в том, что у приятелей имелась одна нездоровая наклонность, за которую они — узнай об этом кто-нибудь — здорово бы поплатились. Оба они питали преступную симпатию к юношам. Благодаря обширным знакомствам Сережи Славного, время от времени платоническая любовь на расстоянии переходила у друзей в весьма осязаемые действия, за которые Шлегелю приходилось здорово раскошелиться. А говоря проще — знакомый Сережи Славного держал выездной бордель, в котором «работали» подростки.
— Если хочешь, я позвоню, — сказал Славный.
— Давай, — кивнул Шлегель.
Славный взял телефон и набрал заветный номер.
— Алло, Котела?.. Привет! Серега беспокоит… Да, он самый. Слушай, у тебя там есть что-нибудь свеженькое?.. Ну как тебе сказать: чем свежее, тем лучше… Что?.. Гм… Подожди, спрошу у приятеля. — Славный прикрыл микрофон ладонью и спросил у Шлегеля: — Есть один. Ты его не знаешь.
— Сколько?
— Семнадцать.
— Я говорю, сколько стоит?
Славный убрал ладонь:
— Алло, Котела, а сколько стоит это удовольствие? Гм… А не многовато? Сам знаю, что жизнь дорожает. Но твои услуги опережают все мыслимые и немыслимые инфляции. Ладно, подожди, спрошу. — Славный вновь закрыл трубку рукой. — Слышь, Борисыч, это удовольствие обойдется нам в четыреста «зеленых». Что ответить?
Шлегель задумчиво почесал пальцем переносицу, вздохнул и кивнул:
— Ладно. Скажи, согласны.
— Слышь, Котела, договорились. Когда привезешь? Чего-о! Да ты что, охренел? Нам сейчас надо!.. Ну и черт с тобой, позвоню завтра. Все, отбой.
Славный швырнул трубку на рычаг.
— Чего там? — спросил Шлегель.
— Говорит, только завтра, — раздраженно ответил Славный.
— О черт! А я уже настроился.
— Я тоже.
Шлегель снова зевнул.
— Ладно, завтра так завтра, — спокойно произнес он. — А пока поеду-ка я лучше к своей девчонке. Без обид, ладно?
Славный, давно привыкший к частым сменам настроения приятеля, пожал плечами:
— Ладно. Водку-то хоть оставишь?
— Что за вопрос. Конечно! — Шлегель поднялся из кресла и смачно зевнул. — Оставляю тебя в обществе бутылки. Наслаждайся!
Проводив немца, Сергей Славный вернулся в комнату. Некоторое время он сидел, тупо глядя на бутылку с водкой, потом тряхнул длинными волосами и удивленно пробормотал:
— Одному что-то даже и не хочется. Вот если бы коки…
Он сдвинул брови и еще некоторое время просидел молча, размышляя, где бы достать коки. Внезапно лицо его осветилось догадкой.
— Леха Локшин! — негромко воскликнул он, поправил пальцем съехавшие от возбуждения очки. — А что, это идея. У этого стервеца всегда есть чем разжиться.
Сережа Славный потянулся за телефоном.
Глава четвертая
1
— После того как Славный вынюхал «дорожку», он стал жутко разговорчив. Мне даже не нужно было задавать вопросы. — Агент Штурман пожал плечами, обтянутыми потертой «пилотной» кожей. — Вот, собственно, и все.
— Значит, ни имени объекта, ни имени заказчицы убийства Славный вам не назвал?
— Да он просто не знал. Иначе бы проболтался. — Штурман осуждающе покачал головой. — Не знаю, как можно доверять тайны такому человеку? Я бы лично ни за что не стал с ним связываться.
Галя Романова прищурила серые глаза.
— А откуда у вас кокаин?
Штурман вздрогнул, посмотрел на майора Осипова, затем снова перевел взгляд на Галю.
— Так я это… у Лумумбария его купил. Там у любого негра полные карманы этой дряни.
— А Славному, надо полагать, перепродали с наценкой?
Крысиное лицо Штурмана слегка порозовело.
— Что-то я не понимаю, товарищ капитан, — медленно выговорил он. — Вас интересует готовящееся убийство или этот поганый порошок? Если порошок, то так и скажите, и я больше не буду забивать вам голову заказухой. Места сбыта порошка всем известны. Если бы наши доблестные органы захотели, давно бы истребили эту заразу.
Штурман сложил руки на груди и обиженно нахохлился.
— Ладно, парень, не горячись, — примирительно сказал ему майор Осипов. — Никто тебя на нары за кокс не потащит. Если, конечно, будешь продолжать сотрудничать с нами.
— А я разве когда-нибудь отказывался? — сказал Штурман дрогнувшим от обиды голосом. — Я всегда шел вам навстречу. Между прочим, я рискую собственной шкурой. Если кто-нибудь узнает, что я с вами встречался, меня в асфальт закатают.
— Ладно, не ной, — поморщился майор Осипов. — Ты, знаешь, тоже сотрудничаешь с нами не из простого человеческого удовольствия, а потому что крепко сидишь у меня на крючке.
— Ваша правда, — вздохнув, ответил Штурман. — Но в данном случае важны не столько мотивы, сколько качество проделанной работы. Я прав, товарищ капитан?
— Прав, — кивнула Галя Романова.
На мгновение Штурман замялся, потом сказал, не глядя Гале в глаза:
— Простите, Галина… Насколько я понимаю, старший в этой связке, несмотря на звание, вы?
Галя слегка склонила голову набок, но ничего не ответила.
— Я это к чему говорю… — запинаясь, продолжил Штурман. — Сведения, которые я вам передал, имеют исключительное значение, ведь так?
И вновь Штурман не получил ответа. Тогда он ответил сам себе:
— В Москве собираются ликвидировать не простого человечка, а крупного чиновника. Это событие из ряда вон выходящее.
— Продолжайте, — сухо сказала Галина.
Штурман зыркнул на нее черными, мышиными глазками и вновь их опустил.
— Честно говоря, я рассчитываю, что мой гонорар будет как минимум вдвое больше обычного, — сказал он неожиданно твердым голосом.
— Вам уже заплатили, — напомнила ему Галина.
Штурман склонил голову в знак согласия и уточнил:
— От оперсостава МУРа. А вы, насколько я понял, представляете здесь Департамент уголовного розыска МВД. Смею напомнить, что от вас я еще ничего не получал. Вы поймите, Галина, я не вымогатель. Я просто хочу получить достойный гонорар за свою опасную работу. Могу я на это рассчитывать?
— Можете, — ответила Галя.
Она раскрыла сумочку. Глаза у Штурмана вспыхнули алчным огоньком. Он даже облизнул сухим языком пересохшие от волнения губы. Галя достала из сумочки конверт и протянула агенту.
Тот взял конверт дрожащими пальцами, приоткрыл и быстро, как бухгалтер, пересчитал купюры. Лицо его засветилось довольством.
Галя протянула ему раскрытый журнал и авторучку. Указала пальцем:
— Распишитесь здесь, где галочка.
Штурман кивнул и взял ручку. Перед тем как поставить автограф, он внимательно изучил сделанную Галиной запись. В графе «получатель» было написано «платный агент Штурман».
Штурман кивнул и расписался мелким, убористым почерком.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал он, возвращая журнал Романовой. — Теперь мы действительно в расчете. С вами приятно иметь дело, товарищ капитан.
— С вами тоже. Связь теперь будете держать лично со мной. Вот мои контактные телефоны. — Галя протянула ему визитную карточку.
— О’кей, — сказал агент. — Если я вам понадоблюсь, звоните в бар «Рюмка». Бармен — мой друг, он мне все передаст. Запишите телефон…
Штурман продиктовал, и Галина записала.
— На этом, если не возражаете, мы с вами распрощаемся, — сказал агент.
Галина не возражала. Майор Осипов — тоже. Аудиенция, таким образом, была окончена.
2
Генерал-майор Грязнов пристукнул карандашом по столу и сказал:
— Значит, так, ребятки. Мы с вами проведем профилактическую операцию. Основная цель — предотвратить задуманное убийство.
— А побочная? — с едва заметной улыбкой поинтересовался Володя Яковлев.
— Побочных целей, товарищ майор, в нашей с вами работе не бывает, — наставительно изрек Грязнов. — Есть вторая основная цель. И заключается она в следующем — раскрыть банду киллеров, действующих в Москве, и отправить их на заслуженный отдых. Работу будем проводить широким фронтом. Задействуем спецдивизион ГУВД.
