В «Житии святых Российской церкви» княжич Александр, сын князя Ярослава Всеволодовича характеризуется предельно кратко: «Кроток и тих был его нрав из детства».
Сама судьба готовила Александра Ярославича к историческому подвигу во славу Русской земли. «День судный» для многих князей наступал очень рано. Отрочество будущего великого полководца тревожилось не только княжескими распрями — из глубины бескрайних азиатских степей на Русь неумолимо надвигалась беда — «Всемирное царство монголов», возглавляемое самым великим завоевателем в истории цивилизации, Чингисханом, который сокрушал все на своем пути.
В начале 20-х годов стратегическая разведка Чингисхана — войска двух его прославленных полководцев Джебе и Субудея — через Северный Кавказ появилась в Диком поле на дальних подступах к русским княжествам и нанесла поражение кочевавшим здесь половцам. Устрашенные внезапно появившимся в степях безжалостным противником половецкие ханы обратились за военной помощью к князьям Южной Руси.
Те собрались на княжеский съезд в Киеве и решили выступить в поход против монголов. Были посланы гонцы во Владимиро-Суздальскую Русь. Но великий князь Юрий Всеволодович не спешил отправлять рати на помощь южным князьям. Не выступило в поход и войско Переяславского княжества.
31 мая 1223 года на реке Калке, впадающей в Азовское море, произошла битва между русскими дружинами и половцами, с одной стороны, и монголами, с другой. Джебе и Субудей одержали победу над противником, у которого так и не нашлось единого предводителя, не только силой, но и хитростью. Русские и половцы, бежавшие от врага в самом начале битвы в степи, были разбиты по частям. Среди погибших оказались такие влиятельные князья, как Мстислав Киевский и Мстислав Черниговский.
Битва на реке Калке поучительна для истории Древней Руси не столько понесенным поражением, сколько тем, что в скором будущем отсутствие единства среди русских княжеств положит начало исторической трагедии для Руси, которая подвергнется Батыеву нашествию. Вина здесь лежит и на сыновьях великого князя Всеволода Большое Гнездо. Ни во Владимире, ни в вольном городе Новгороде не придали значения поражению южнорусских князей на далекой степной речке, почти безвестной до того дня.
Урок битвы на Калке был трагичен, но единства среди древнерусских княжеств он не прибавил. Полководцы Чингисхана не стали подступать к порубежью Руси, не пошли на север. Они возвратились восвояси, но военную дорогу они проторили.
Княжение в вольном городе Новгороде
Прошло четыре года после битвы на реке Калке, о которой на Руси стали забывать. Княжичу Александру исполнилось восемь лет, когда в его судьбе стали происходить значительные перемены: его отца, князя Ярослава Всеволодовича свободолюбивые и строптивые новгородцы в третий раз пригласили на княжение.
Обстановка на северо-западных границах Руси складывалась не менее тревожная, чем на границах с Диким полем. Александру Невскому было два года, когда монгольское войско разбило русские дружины. Это был всего лишь первый раскат грома с Востока. Настоящая гроза разразится тогда, когда князю Александру Ярославичу будет семнадцать лет — 17 Чингизидов приведут свои конные полчища на Русь и та, раздробленная на удельные, враждующие между собой княжества, падет перед ними в жарких сечах.
Гроза с европейского Запада надвинулась гораздо раньше. И первыми ее ощутили на себе новгородцы — жители средневековой боярской республики. «Господин Великий Новгород» имел опасных соседей в лице немецких рыцарей-крестоносцев, огнем и мечом покоривших славян-пруссов и прибалтийские народы. Они вышли к границам новгородских земель, которые тревожили еще и литовцы, племена чудь и емь, жившие на территории современной Финляндии.
Неспокойная обстановка заставляла новгородцев искать себе очередного князя там, где они могли получить военную помощь в случае вражеского нападения. Предыстория очередного появления князя Ярослава Всеволодовича на княжении в вольном городе Новгороде была такова.
Еще в 1221 году, когда великий князь владимирский основал на волжских берегах Нижний Новгород, народное вече в Новгороде Великом порешило изгнать князя Всеволода Юрьевича и запросило у великого князя вместо сына послать к ним родного брата, известного своими победами в битвах. Новгородцы писали: «Вдай нам брата твоего Ярослава Всеволодовича переяславского».
Великий князь Юрий Всеволодович стерпел обиду за сына и послал на русский Север младшего брата Ярослава Всеволодовича. Тот был встречен новгородцами «с честью». Переяславский князь прибыл на берега реки Волхов с конной дружиной, княгиней Феодосией и сыновьями Федором и Александром. Переезд состоялся в 1222 году.
Просьба новгородцев не была какой-то случайностью — они просили у великого князя владимирского именно полководца, который был бы способен возглавить рать — ополчение вольного города. В соседней Прибалтике усиливались немецкие рыцари. В 1201 году они основали в устье реки Западная Двина город-крепость Ригу, которая стала их главной базой экспансии на балтийских берегах. В начале 20-х годов ливонский и тевтонский ордена покорили земли ливов, эстов и вплотную подошли к границам русских земель. Теперь под ударом оказывались Псков и сам Новгород.
Немецкое крестоносное рыцарское братство пользовалось полной поддержкой Папы Римского, который поощрял их завоевания и обращение язычников в истинную веру. Папа Григорий IX писал в своем послании — булле — крестоносцам из третьего в Прибалтике рыцарского ордена меченосцев: «Вы можете беспрепятственно обратить для своих потребностей то из награбленного язычниками, что вы захватите у них».
Придя с переяславской дружиной в Новгород, князь Ярослав Всеволодович в том же 1222 году совершил во главе новгородской рати успешный поход на немецких рыцарей в Колывань и освободил племя чудь от дани рыцарям-крестоносцам. Однако немецкие ордена не смирились с поражениями. Уже через год они «облегли» русский город Юрьев (современный Тарту в Эстонии). Его защитники — русские воины и эсты во главе с князем Вячко — отважно сопротивлялись, получая помощь от псковичей и новгородцев. Однако рыцари в конце концов овладели Юрьевом и сожгли город. На его месте крестоносцы основали «свой» город, названный ими Дорпат (Дерпт). В отместку новгородский посадник повел русское войско в Ливонию.
Новгородская боярская республика была политическим организмом весьма капризным. Вече, где верховодили бояре, в среде которых не просматривалось единство, принимало решения быстро и бесповоротно. Стоило немецким рыцарям выжечь город Юрьев, как новгородцы изгнали своего князя Ярослава Всеволодовича, которого они только совсем недавно просили на княжение и приняли «с честью».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
