- Долго еще? - спросила очнувшаяся девушка, растягивая слова. Её происхождение выдавал явный прибалтийский акцент.
- Все, поехали! - сворачивая карту, сказал Антон, - уже на месте почти, минут двадцать осталось.
Антон повернулся и взглянул на девушку.
- Что, плохо тебе? - то ли участливо, то ли с издевкой спросил он.
Девушка закатила глаза, пробормотала на своем что-то, наверное, ругательное и, сжав губы, отвернулась к окну, через которое, впрочем, уже ничего не было видно.
Действительно, вскоре они подъехали к селу и, быстро отыскав нужный дом, уже грелись, сидя спиной к печи и попивая чай из расписанных синими колокольчиками чашек. Ниву Игорь загнал во двор, чем-то смахивающий на сад-перистиль древнеримского дома. Дом снаружи окон не имел, окружал двор со всех сторон и напоминал крепость. Хозяин встретил их сдержанно, предложил чай и заверил, что скоро человек Расулова подойдет.
Антон, в отличие от дергающегося и постоянно вертящего что-то в руках Игоря, был совершенно спокоен. Этим весьма прибыльным «бизнесом» он занимался уже несколько месяцев. И по каким-то соображениям Игорек ему понадобился. В ноябре Антон «выцепил» его в Питере, предложив за совсем не пыльную работу хорошие деньги.
До начала войны, прикрываясь то ли липовым, то ли вполне настоящим статусом помощника депутата, Антон участвовал в поставке на Кавказ завербованных им офицеров.
И теперь он продолжал снабжать войну людьми. Но, как показалось Игорю, уже совсем других заинтересованных лиц, и специалистами несколько иного рода. Глядя на сидящую у противоположной стены девушку, Игорек удивлялся ее смелости. Одна среди мужчин на войне... Нет, сам бы на ее месте он не решился. Он и сюда-то еле доехал, трясется весь и, наверное, только добравшись до гостиницы во Владикавказе, успокоится.
Снаружи послышался приглушенный разговор и в комнату вошел хмурый седобородый худощавый мужчина невысокого роста. Он чинно сел за стол, взглянул на девушку и, обернувшись к дверям, что-то сказал по чеченски. В комнату вошла женщина средних лет, поверх платья у нее была накинута теплая серая кофта, на голове повязан красивый голубой платок.
- Пойдем со мной, - обратилась она к девушке, кивнув в сторону выхода.
Девушка встала, потянулась к рюкзаку, вопросительно посмотрев на хозяйку.
- Да, - сказала женщина, и утвердительно кивнула, - забирай вещи.
- Счастливо оставаться, - сказала прибалтийка мужчинам и, махнув рукой на прощание, вышла вслед за женщиной, волоча тяжелый рюкзак.
Дождавшись, когда за дверью стихнут шаги, седобородый улыбнулся и сказал Антону:
- Нужно еще, много.
Антон выжидательно посмотрел на него и седобородый вытащил новенькую пачку американских долларов.
- Здесь за прошлый раз и за этот. Расулов готов платить больше.
- Я понял, буду стараться, - Антон взял деньги и провел пальцем по срезу, - она мастер спорта.
Седобородый удовлетворенно кивнул.
- Переночуете, а в пять часов выезжайте обратно, тут позже будет неспокойно, - сказал он, выходя из комнаты.
Посреди ночи Игорь проснулся от нестерпимой духоты. Его мучили кошмары. Наглухо закупоренное окно маленькой комнатушки исключало приток свежего воздуха, а хозяева натопили от души. Он приоткрыл дверь в коридор, но там тоже было душно. Немного постояв в нерешительности и посмотрев на мокрое от пота лицо Антона, запрокинувшего голову в тяжелом сне, Игорь переступил порог и направился туда, где, как он помнил, находилась прихожая. На крыльце нервно курил хозяин дома. Видно было, что он сильно волнуется.
- Выезжайте скорее, вас не остановят, - сказал он, едва обернувшись на скрипнувшую дверь, - поторопитесь.
Тревожное состояние моментально передалось Игорю, он метнулся назад в комнатушку и разбудил Антона, невразумительно объясняя ему причину раннего подъема. Кто «не остановит», они увидели, лишь выезжая из села. В темноте по обочинам дороги, пропуская их ниву, шли сотни вооруженных людей. Игорек чуть не обделался, руки его тряслись и ноги стали будто отниматься. Заслышав не к месту скрежет коробки передач, Антон взглянул на Игоря и дал ему подзатыльник.
- Успокойся, придурок! Никто тебя не тронет! - зло прошипел он, озираясь по сторонам.
Его самого поразило и напугало такое большое количество бандитов, и в душе он клятвенно пообещал себе больше никогда сюда не ездить. Не хватало еще, чтобы его тут пришибли. Черт с ними, этими деньгами!
* * *
Виктор, повидавшись с Ритой, устроился на завод, чтобы не сидеть на шее у родителей до поступления в институт. Устроился в охрану.
Через засиженное мухами окно в алюминиевой раме, которое какой-то умелец сотворил не открываемым, был виден широкий коридор, по нему сплошным потоком шли люди, протискиваясь через турникеты. Двери, пропуская людей, не закрывались уже минут десять.
- На то есть тебе инструкция, и следовать тому, что в ней прописано надо неуклонно. Уразумел? - поучал Виктора начальник смены. - Вот и хорошо, сработаемся. Главное в нашем деле - бдительность и еще раз бдительность, - начальник поднял указательный палец и выпуклыми рыбьими глазами уставился на Храмова.
По рассказам, с завода тащили все, что попадало под руку, что возможно, а иной раз даже и невозможно поднять. Волокли, проносили, протаскивали, вывозили, делали подкопы и перекидывали через заборы. Задачей Виктора было снизить, насколько это возможно, показатели краж, а еще лучше -повысить количество пойманных несунов. И Виктор не особо успешно, как мог, справлялся со своей задачей. Характер у новоиспеченного охранника был жесткий, но отходчивый. За время, проведенное Виктором в армии, жизнь лучше не стала, вот и тащили все, что плохо лежит. Сочувствуя работягам, напихавшим в сумку железяк, он обычно пропускал их, делая вид, что ничего не заметил. Но ловил и без сожаления сдавал руководству ухарей, в наглую вывозящих имущество завода оптом.
Но через два месяца Виктора уволили. Сначала за какой-то пустяковый прокол лишили премии, а потом с треском выгнали. Как раз после того, как он, несмотря на недвусмысленные намеки начальника, в третий раз задержал машину с запчастями, вывозимыми по фальшивым накладным.
Оставшееся до поступления время Виктор промаялся дома, чувствуя свою долю вины в скудности семейного бюджета и усердно готовясь к экзаменам. Готовиться Виктору помогал один из коллег отца, имеющий педагогические способности. Разумеется, за определенную плату. Свою роль также сыграл и факт того, что Храмов отслужил в армии. В общем, не совсем блестяще, но все-таки сдав вступительные экзамены, он стал студентом. Таких «древних» как Виктор на курсе больше не было и девочки из группы в шутку называли его папой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
