высокомерие так и прет.
— Кто? — Резко разворачиваюсь и выливаю содержимое своего бокала на ее розовое платье. — Ой! — прикрываю рот ладошкой. Браво. Прям актриса погорело театра.
Сию секунду возле нас появляется Паоло. По всей видимости он был где-то неподалеку. Злой, презрительный взгляд летит в мою сторону. Он берет салфетку и начинает вытирать платье Дженис, пока та причитает о его стоимости.
Ну-ну. Плачь больше. У Луккезе денег много. Они тебе хоть с десяток купят.
Я ловлю на себе недовольный взгляд Ванессы. Мать буравит меня взглядом, сложив руки на груди.
— Пойдём я отведу тебя в ванну, — глядя на меня брат берет ее за руку и выводит из помещения. А мне становиться холодно от этого его взгляда. Слёзы предательски душат. Воздуха в лёгких совсем не хватает. Внутри все начинает гореть, будто бы жар глотнула.
Мне, наверное, тоже пора удалиться. Быстрым шагом выхожу из зала. Поднимаюсь по ступенькам. Сворачиваю в свое крыло. В коридоре царит полумрак. Подхожу к своей комнате. Хочу открыть дверь, но не успеваю даже потянуть за ручку. Сильные мужские руки опережают меня, толкают внутрь и прижимают к стене. Я успеваю только взвизгнуть от неожиданности.
Это Паоло. Он тяжело дышит. Зол. Очень. Прижимает меня всем свои корпусом. Я будто бы в ловушке. Зажата между холодной стеной и горячим мужским телом. На контрасте, мое сердце начинает бешено лупить о ребра.
— Лили, — шепчет брат. Он так близко. Так опасно близко, что мурашки бегут по коже. — Скажи мне… — его дыхание касается моих губ, а голубые глаза пристально всматриваются в мое лицо. — Чего ты добиваешься?
— Ничего, — отвечаю и пытаюсь отвернуть лицо. Но в это же мгновение его рука берет меня за подбородок и разворачивает обратно.
Сглатываю. От волнения меня начинает бросать то в жар, то в холод. Я бесполезно пытаюсь оттолкнуть его.
— Ничего от тебя не хочу. Ненавижу тебя, — шиплю ему прямо в лицо, а сама готова сознание потерять от его этих касаний.
— Знаю. Я тебя тоже, — теплое дыхание на моих губах и… мягкий влажный поцелуй, который подчиняет меня и дурманит как наркотик.
Я прикрываю глаза, кладу руки ему на плечи и отдаюсь полностью во власть этому мужчине. Не знаю, сколько прошло времени до того, как он смог наконец оторваться от меня. Это было волнующе. Нежно. Словно сон. Меня еще никто и никогда так не целовал. Это было впервые. Но… Но сказки не получилось и реальность ударила еще больнее и сильней.
— Ненавижу, — Паоло повторяет это еще раз, а меня начинают душить слезы. — Лили, неужели ты и вправду могла себе такое нафантазировать? — Слышу в его голосе насмешку.
— Ты… — хочу сказать ему в ответ какую-то гадость, но слова осколками застревают в горле. Слезы уже во всю бегут по щекам.
— Никогда не фантазируй, насчет отношений между нами, — эту фразу он практически выплевывает мне в лицо. Так же резко отпускает меня и выходит из комнаты. А я молча сползаю по стене.
5
Паоло
Выхожу из ее комнаты и возвращаюсь к своей девушке. Я — урод! Настоящий моральный урод. И чертов извращенец. Хочется пойти и застрелиться. Беру со стола бутылку и наливаю себе полный стакан виски. Делаю несколько больших глотков. Внутри все жжет. Там наверху я оставил обиженную на меня девушку. Девушку, на которую у меня поднимается только от одной мысли о ней. Сегодня я убедился, что чувства Лили очень далеки от родственных. И как только я это понял, внутри меня что-то треснуло. Надломилось. Какой-то невидимый стержень. Программа дала сбой.
— Паоло, смотри, оно почти высохло, — Дженис подходит ко мне и показывает на светло пятно.
— Ага. Хорошо, — отворачиваюсь и делаю еще несколько глотков.
— Все нормально? — Она нежно касается моей руки.
— Нормально, — коротко отвечаю и чувствую себя еще большим ублюдком. Теперь еще и перед ней. И все что приходит мне в голову, так это идея избавиться от нее сейчас. Мне надо побыть одному и подумать. — Дженис, у меня возникли неотложные дела…
— Но, сейчас же сочельник, — обижено поднимает на меня свои серые глаза.
— У меня дела. Я порошу кого-то из охраны отвезти тебя домой.
— Паоло, — она хочется запротестовать, но я пресекаю эту попытку и прикладываю указательный палец к ее губам.
— Ты едешь домой, — нахожу охранника с правами и передаю Дженис из рук в руки, а сам мыслями возвращаюсь к той, которая сейчас наверху. Плачет, наверное. Черт! Ненавижу себя. Ненавижу за слабость, которую проявил. Я не хочу, чтобы она страдала из-за меня. Не хочу, чтобы она мучилась из-за того, что произошло в ее комнате. Хотя, если честно, то мне понравилось то, что произошло. Ее тело в моих руках… И этот грубый поцелуй… он не похож на те, которые были с другими. Поцелуи без любви — это как курить не в затяг. Когда холодно двоим под одним одеялом.
И все же для нее я старший брат. И поэтому чувство долбанной ответственности за нее ложиться мертвым грузом на мои плечи. Я права не имею ломать нашу семью и ее жизнь. У этих отношений нет будущего. У нас нет будущего. И это надо понимать и осознавать. Никто и никогда не даст нам быть вместе. И пусть уж лучше она переживет этот момент сейчас. Возненавидит меня. Перегорит. А потом забудет. Так будет лучше для всех. И для меня, в том числе.
С это самого вечера Лили старалась не попадаться мне на глаза. Благо, начались каникулы. И мне не нужно было ежедневно отвозить ее на занятия
