и ловить на себе ненавидящие меня взгляды. Не нужно было сдерживаться в ее присутствии. Жизнь постепенно возвращалась в спокойное русло.
Лили
Я не помню до конца, чем закончился тот вечер. Я помню только то, как сидела на полу в ванной и плакала. Плакала. Плакала. Наверное, в ту ночь я выплакала все, что было у меня внутри, а под утро уснула. Потому как открыв глаза поняла, что лежу на своей кровати. Все в том же чертовом платье. Я никогда е могла подумать, что от такого прекрасно чувства, как любовь, может быть настолько больно. Ощущение такое, словно у меня внутри образовалась чёрная дыра. Она разрастается, медленно затягивая в себя все то лёгкое и светлое, что все ещё есть во мне.
Несколько дней я практически не выходила из комнаты. Еду мне приносили горничные и оставляли под дверью. Моя мать говорила всем, что я заболела. Видимо знала, что это за болезнь на самом деле. Она же всё-таки очень проницательная женщина. Все знает и все видит. А я и не пыталась с ней спорить. Ведь я реально заболела. Самое интересное в этом всем, что есть лекарства от любой физической боли. Но никто. Ни один ученый не придумал таблетки от душевной боли.
Ах, да! Была же еще Агата. Она регулярно мне названивала. Как будто что-то чувствовала. Подруга все лезла и лезла со своими расспросами. Так что в один прекрасный день я не выдержал и рассказала ей обо всем. В деталях изложила все то, что произошло между мной и братом. Долго слушав мои душещипательные речи, она сказала лишь одну вещь: — Ты ни в чем не виновата. Не втюрится в Паоло, могла только слепая и фригидная.
— Агата, ну что ты такое говоришь?
— Правду! И не важно, нравится она тебе или нет. И если уж быть честной, тоя сама теку как сучка, от одного его взгляда. Так что ты не грусти. Как-то все решится. И это… хватит тебе взаперти сидеть. Так и до психушки недалеко.
— И что же ты предлагаешь?
— А знаешь, давай завтра, в последний день каникул устроим шопинг. А там и в колледж пойти не грех. Только вот как быть с твоим водителем? Тот, что есть, нам не подходит, — хихикнула она.
Да, уж. Точно, что не подходит.
— Ладно. Я что-нибудь придумаю. Все. До встречи, Агата.
— На связи, — с этими словами девушка отключилась.
У меня появилось две задачи. Не сойти с ума. И как-то добраться до центра. Точно. Была ведь еще третья — не встретиться с братом. И эта, как оказалось, была не самой трудной. Потому как, когда я наконец-то решила покинуть свою камеру заточения и спуститься к завтраку, меня ждал приятный сюрприз. В виде отсутствия Паоло.
Как оказалось, отчим отправил его в Сиэтл. Контролировать работу действующего производства. И эта новость меня очень обрадовала. Теперь я опять смогу ездить на учебу сама. Без надзирателя. Да и как говорят французы: «с глаз долой и с сердца вон».
Раз уж я и мои чувства никому не нужны, значит надо душить их в зачатке и прекращать изводить себя ложными мечтами и призрачными надеждами. В конце концов, у меня есть только — я. И уж лучше я буду любить себя, чем того, кто морально растоптал меня. По крайней мере, я никогда не заставлю себя страдать.
Этот день мы провели с подругой вдвоём. В шоуруме мы устроили целый показ мод друг для друга. Затем пообедали в кафе и сходили в кино. Это был лучший день за долгий период времени. Я нашла себе силы наконец-то отключить голову и постаралась повернуть свои мысли в другое направление.
Время шло. С нового семестра я начала просто пыхтеть над учебой. Я зубрила учебники. Могла до половины ночи сидеть над учебниками. Я загружала себя по полной. Да у меня даже пропало такое понятие как выходные. А в те дни, которые предназначались для отдыха, я посещала подготовительные курсы для поступления в университет. Я не давала даже малейшей возможности лезть в мою голову разным глупым мыслям.
Моя мама нарадоваться не могла по этому поводу. А как же?! Я опять стала удобной. Колледж — дом. Дом — колледж. Песня. Всё прекрасно! Все довольны!
Все это время я старалась не думать. Не вспоминать. И ничего не знать про Паоло. Я заблокировала его и Дженис во всех социальных сетях и мессенджерах. Я вычеркнула их из своей жизни.
Кстати, было ещё две новости. Первая — наконец-то мне выделили машину и я (имея права с восемнадцати лет) начала самостоятельно ездить за рулём. И мне больше не нужен был водитель. Предполагаю, что именно мать подсуетилась в этом вопросе. А вторая — я начала курить. И самое печальное, что мне это чертовски нравилось.
Спустя два месяца, после того рокового для меня рождества, я изменилась. Я стала намного сильнее чем была до этого. Да. Мне долго было больно. Да. Мне было тяжело. Страшно в конце концов. Но я справилась. Я собрала себя по частям, словно пазл. Я узнала себя. И мне нравится результат работы над собой. Конечно, не обошлось и без побочек. Я еще больше и закрылась в себе. Но чем больше времени проходило, тем больше мне было комфортно с собой наедине. И это было по кайфу. Я смогла построить новый, маленький мир. И в этом мире мне было хорошо и спокойно. Всех, кто меня раздражал или бесил я молча добавляла в бан. И плевать! Я больше никому и никогда не позволю нарушить свою зону комфорта. Никому. И никогда.
6
Паоло
В Сиэтле я загружаю себя по
