Все началось рушиться сразу же после объявления помолвки: как только лучащаяся радостью Сара собрала журналистов ведущих изданий и разразилась практически непрерывной сорокаминутной речью. Она рассказала, что в планах Элизабет – закончить среднюю школу, а весной следующего года – сыграть отложенную из-за учебы свадьбу, а затем, – о, конечно же! – вернуться к съемкам! Билли слушал эту часть речи будущей тещи с непроницаемым лицом, не проронив ни слова. Его условием было то, что молодая жена оставит MGM и карьеру кинозвезды и превратится в домохозяйку, рожающую мужу розовощеких херувимчиков, в этом решении Поули-младций был непоколебим.
После съемок в фильме «Национальный бархат» Элиз надолго вжилась в роль вечно болевшей девушки… На фото: Дональд Крисп, Микки Руни, Энн Ревир и Элизабет Тейлор
Задолго до назначенного дня свадьбы пара начала ссориться на эту тему: Билли хлопал дверью, а Элизабет плакала и замыкалась в себе. И в один прекрасный день жениху, приехавшему мириться после очередной «кинематографической» размолвки, открыла Сара, которая печально сообщила: Элизабет берет паузу в отношениях, так как хочет еще раз все обдумать и испытать свои чувства на прочность. После этого Билли в недоумении вернулся домой, а его невеста, не снимая пока обручального перстня, полетела на съемки в Голливуд. Телефонные переговоры, в которых Билли с ослиным упрямством требовал от Лиз бросить работу и незамедлительно приехать к нему, лишь ускорили разрыв.
Кадр из фильма «Отец невесты»
Китти Келли рассказывает:
«Духовно незрелая девушка-подросток оказалась поставлена перед мучительным выбором – выйти замуж за богатого и красивого жениха или отказаться от довольно удачной кинокарьеры.
Она наверняка пожертвовала бы карьерой, если бы мать не заставила ее терзаться раскаянием по этому поводу, – вспоминала дублерша Элизабет, Марджори Диллон. – Миссис Тейлор постоянно напоминала Элизабет, что она – единственная опора всей их семьи, и поэтому, если она оставит кино, то растопчет всю их любовь и преданность ей». Имелось и еще одно соображение. Случись Элизабет оставить карьеру, как «МГМ» автоматически прекратила бы выплачивать жалованье и самой Саре. А поскольку Фрэнсис Тейлор уже фактически удалился от дел, то Сара просто не могла себе позволить упускать деньги, которые причитались ей как опекунше дочери. Сара весьма рассудительно предложила, что когда Элизабет с Биллом поженятся, они останутся жить в Майами и будут наезжать в Голливуд лишь во время съемок. Билл Поли неохотно согласился, но зато Элизабет была готова прыгать от радости.
«В Голливуде я буду оставаться для всех Элизабет Тейлор, – сказала она журналу «Фотоплей». – В Майами я буду Элизабет Поли».
Мудрое решение Сары спасло ситуацию, когда Элизабет приступила к съемкам картины «Отец невесты», с участием Спенсера Трейси и Джоан Беннет, где она в очередной раз сыграла «богатую девушку». Она заявила представителям прессы, что чувствует себя «откровенно глупо», играя перед камерой роль будущей невесты, в то время как в реальной жизни ее вскоре ожидает та же самая роль.
Однако мудрое решение Сары оказалось бесполезным, когда 15 декабря 1949 года «МГМ» объявила, что Элизабет Тейлор отдана «взаймы» Парамаунту на чрезвычайно драматичную роль, для участия в картине «Место под солнцем» по роману Теодора ДрЛизера «Американская трагедия». Далее в пресс-релизе говорилось, что Элизабет появится в новой ленте вместе с такими актерами, как Монтгомери Клифт и Шелли Винтерс, под началом легендарного режиссера Джорджа Стивенса.
«Ой, мама, даже не верится», – воскликнула Элизабет, услышав эту новость.
«Ну, мое сокровище, я всегда знала, что тебя ждет большое будущее. А теперь, работая у лучшего режиссера в Голливуде, ты…»
Что касается Билла Поли, тот был далеко не в восторге. Он позвонил Элизабет, чтобы узнать, когда же они наконец поженятся, а она, как обещано, оставит кино.
«Билл, как только эта картина будет закончена, мы сразу же поженимся», – пообещала Элизабет.
«Мне казалось, что ради меня ты готова пожертвовать карьерой».
«Ну конечно же, Билл, конечно – как только я закончу картину».
«Мне казалось, что кино тебе до смерти надоело».
«А я и сейчас так говорю. Честное слово. Неужели ты не понимаешь, что значит работать с таким человеком, как Джордж Стивенс?»
«Представь себе, что нет. Я думал, что в первую очередь ты любишь меня».
«Ну конечно же, люблю. Я люблю тебя больше всего на свете. Ой, Билл, подожди. С тобой хочет поговорить мама».
Трубку взяла Сара.
«Билл, дорогой, выслушай, – попросила она. – Ты не заметишь, как быстро пролетит время, пока Элизабет будет занята на съемках – месяцев пять, от силы шесть.
И вообще, ей всего семнадцать, а она уже снимается у Джорджа Стивенса – ну неужели тебе хочется, чтобы она упустила столь редкую возможность, и…»
В тот вечер Билл Поли прилетел в Калифорнию, чтобы выяснить отношения с невестой и ее семьей.
Он заявил Элизабет, что порывает с ней всякие отношения, если только она сию же минуту не откажется от съёмок. Поли добавил, что и без того долго ждал, когда она сначала закончит картину с Ваном Джонсоном, затем со Спенсером Трейси, но он не намерен больше ждать.
Элизабет разразилась рыданиями, Сара ломала руки и умоляла, но Билл Поли оставался неумолим. На следующий день он улетел из Калифорнии и сделал сообщение для прессы, что его помолвка с Элизабет Тейлор расторгнута.
Он также дал понять, что причиной тому «ее обязательства перед кинобизнесом».
«Странная вещь! Терпение приходит с годами. Чем меньше остается лет жизни, тем больше наша способность к терпению»
Этот разрыв Лиз восприняла довольно близко к сердцу.
Ей нравился Билли, ей хотелось стать его женой, но оставить любимую, хоть и суетную, работу, славу – на это любви Элизабет к Уильяму оказалось недостаточно.
Голливудская красавица позирует фотографу Уоллесу Бирию
Самый богатый человек Америки
Пожалуй, самым эксцентричным женихом можно назвать миллиардера Говарда Хьюза: американского промышленника-предпринимателя, инженера, новатора американской авиации, режиссера и кинопродюсера. Журнал «Караван Историй» так охарактеризовал этого неординарного претендента на руку и сердце Лиз:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
