моем мире блиц даже на фронте никогда не практикуется, потому что способов противодействия масса, правда почти все из них мне без красного потока сейчас недоступны.
Однако, учитывая мой родовой взор, техники контроля воспоминаний с легкой примесью синего потока будет достаточно, чтобы я мог ответить что угодно даже сейчас.
— Согласен, — после легкой заминки кивнул я и покорно сел на стул.
Жеребцов самодовольно улыбнулся и снял пиджак. Спустя десять секунд его наглое ухмыляющееся лицо оказалось прямо передо мной.
Дыхание боярина стало медленным и размеренным. Его внутренние потоки соединялись плавно и четко, Магистр явно использует технику допроса не первый раз.
Бедные студенты. Родовая стихия Жеребцовых штука не из приятных.
Любопытно что член совета имеет полномочия свободно применять блиц в стенах Академии. Без важной должности в структуре это было бы невозможно. В моем мире совет бояр на пушечный выстрел не подходил к Академии деда, а тут за одну ночь на территории я встретил уже двух членов совета.
Это явно не к добру.
От мыслей отвлекли неестественные колебания вокруг.
Воздух стремительно наполнился родовой силой Жеребцовых. В кабинете стало жарковато. В горле мигом пересохло, а по лбу побежал пот. Неприятное ощущение, будто одетым в баню засунули, а потом еще подожгли.
Но дискомфорт допрашиваемого это тоже часть техники блица, так что никаких проблем. Разве что опять ванну принимать придется.
Закончив приготовления, Жеребцов вцепился своим вулканическим взором в меня. Для неподготовленного его бездонные черные глаза с едва заметным красным огоньком выглядели реально жутко.
Вот уж кто точно похож на демона.
— Нарушение комендантского часа? — без предупреждения начал Жеребцов.
Ну тут нет никакого смысла отпираться. Там меня Елизавета и нашла.
— Было.
— С какой целью?
Так, найти в голове нужное воспоминание и уверенно ответить.
— Из-за плохого самочувствия.
— Проникновение в женское крыло?
Скрывать тоже не было причин. Есть записи камер и свидетели.
— Было.
— Изнасилование Елены Скрябиной?
Самое щекотливое обвинение, ради которого все и затевалось. Не поверю, что папка у Лены просто очень разозлился из-за моего ночного визита. Может у нас с рыжеволосой ничего и не было, я же не помню, но пусть будет так.
— Секс по обоюдному согласию.
Боярин Жеребцов нахмурился после моего ответа и сделал едва заметную паузу. После чего концентрация магматической энергии в кабинете усилилась десятикратно и это больше стало походить на технику дознавателя, чем на простой блиц.
Какие грубые методы.
Весь организм безостановочно подавал мозгу сигналы, что вот-вот умрет. Легкие отказали, дышать стало невозможно. Живот скрутило так, будто все внутренности вывернули наизнанку. Будь я простым студентом мигом бы признался во всех смертных грехах, даже в тех которые не совершал.
Теперь сомнений не осталось. Скрябин-старший лично успел потребовать расправы над насильником и вместе с остальными членами совета ждет результатов, потирая свои жирные лапки.
Полагаю, в этом мире наказание за доказанное изнасилование боярского отпрыска не сильно отличается от моего мира. Смертная казнь.
Но сначала нужно доказать, а с этим у нашего Брониславчика возникли проблемы.
— Нападение на членов дисциплинарного комитета с применением потока? — безэмоционально изрек Жеребцов, когда понял, что техника дрогнула. Блиц не подразумевает длительных пауз.
Тут даже напрягаться для правильного ответа не придется.
— Самооборона без потока.
Только спустя пятнадцать секунд после моего ответа родовая магматическая сила Жеребцовых стихла, и я смог расслабиться. Мое нынешнее тело весьма развито физически, но против чистого потока я сейчас мало что могу противопоставить.
Кроме своей железной воли с точечным усилением астральной энергией в общем-то и ничего.
В углу мерно заурчал кондиционер, отчаянно пытаясь вернуть в помещение прохладу. Елизавета Алексеевна тяжело дышала и устало опиралась на стенку, из последних сил размахивая веером. Казалось, дамочка вот-вот упадет в обморок. И это при том, что весь поток Жеребцова был сконцентрирован на мне.
Не удивительно, что Елизавету шатает, она едва дотягивает до ранга Ветеран. Магистр даже не подумал сдерживаться. Надавил бы чуть сильнее, и единственный свидетель допроса потерял бы сознание лишая всю процедуру легитимности.
После такого Жеребцов бы уже не смог смело заявить имперцу что провел блиц.
Не сказав ни единого слова, Бронислав Иванович с задумчивым выражением лица плюхнулся обратно в свое кожаное кресло. Внешне прочитать боярина было невозможно, но потоки выдавали его с головой. Жеребцов не допускал ни малейшей вероятности что я не дрогну в ключевом обвинении и даже не плюхнусь в обморок.
А после того, как я успешно прошел блиц-опрос, дознавателя на меня тоже не повесишь. По крайней мере пока не будет дополнительных доказательств.
Теперь вариантов у боярина осталось всего два.
Нагло переступить грань полномочий выполняя указания совета и Скрябина или отступить и следовать букве закона.
Я был готов к любому исходу. В открытом бою Магистр на мне живого места не оставит, но тот факт, что мы сейчас в Академии во многом связывает ему руки. Учитывая, что сильнейшие техники Жеребцовых весьма шумные и заметные, есть шанс уйти живым.
Если, конечно, Бронислав Иванович не решит ради совета спалить главный корпус Академии дотла. Что маловероятно. Внимание имперцев к этому делу им точно не нужно.
Спустя еще десять секунд молчания боярин, наконец, принял решение что делать дальше и поднял взгляд на нас. И только сейчас заметил, что его подчиненная еле стоит на ногах.
Хорош начальник, что сказать.
— Елизавета Алексеевна, будьте так любезны, позовите сюда господина Жукова, — мягко проговорил Жеребцов.
Услышав эти слова, я облегченно выдохнул. Жеребцов выбрал второй вариант. Нет, я был бы только рад хорошей драке даже в нынешних обстоятельствах, но, если выбирать, я все же
