Элл увидела, как по губам Джоан скользнула улыбка, хотя она не подняла глаз от клубники.
Все продолжали есть молча. Несколько раз Элл чувствовала на себе взгляд Джоан, скорее любопытный, чем недоброжелательный, и поняла, что выдержала экзамен. Интуиция подсказывала, что и в противном случае X. Д. нашел бы способ уладить дело. Он был главным в этой странной семье и правил здесь как король, наделенный священной властью и стоящий выше правил и законов, предназначенных для простых смертных.
Она вопросительно поглядывала на X. Д… но он, как ни и чем не бывало поддерживал светскую беседу, точно она и на самом деле была подругой его сына.
Когда все, наконец, поднялись из-за стола, X. Д., выбрав момент, прикоснулся к ней и прошептал на ухо.
— Сегодня вечером. Увидимся сегодня вечером.
Утром 19 апреля Элл поднималась по покрытым красным ковром ступеням собора св. Николая мимо часовых, замерших в карауле. На несколько шагов впереди шествовали X. Д. с Джоан, рядом с Элл молча, со стиснутыми зубами шел Дьюк. Шесть сотен тщательно отобранных гостей входили через готический портал в церковь из белого камня. Среди них Ага-хан, изгнанный из Египта король Фарук, Ава Гарднер, Аристотель Онассис и Глория Свенсон.
Элл во все глаза смотрела на знаменитостей, которых до сих пор видела только в журналах или в кино, и вдруг осознала, что многие из них оглядывались на нее. Ей было необыкновенно приятно их внимание, возможно, вызванное тем, что она находилась среди членов семьи известного американского миллионера.
Внутри собор утопал в цветах. Алтарь был украшен белыми лилиями, сиренью и гортензиями и уставлен свечами, к свисающим с потолка люстрам были прикреплены позолоченные корзиночки с белыми цветами львиного зева.
Когда они с Дьюком сели, Элл попыталась шепотом начать разговор, но он даже не взглянул в ее сторону. Знает ли он подумала Элл, что она и X. Д. любовники? Или он злится потому, что она так явно предпочла ему отца?
Она решила, что попытается позже помириться с ним, ей не хотелось думать о неприятном в такой замечательный день.
В соборе воцарилась тишина, граничащая с благоговением, когда на глазах тридцати миллионов телезрителей появилась Грейс под руку со своим отцом Джеком Келли. Она была само очарование в платье, представляющем из себя произведение искусства. Его создали из старинных, прошлого века музейных розовых кружев — двадцать пять ярдов шелковой тафты, сотни ярдов шелковой, тонкой, как паутина, ткани. На вуали, обрамляющей прелестное лицо невесты, были нашиты тысячи маленьких жемчужин.
Грейс вступила в собор в сопровождении четырех девочек, несущих цветы, двух пажей, подружки невесты и шести девушек в желтых шелковых платьях из органди. Невеста заняла свое место у алтаря, и через мгновение фанфары возвестили прибытие его высочества князя Ренье. Он был в великолепном мундире, сшитом по собственному рисунку, с золотыми эполетами и памятными медалями в честь истории Монако. Пара преклонила колени перед архиепископом Монако, монсеньором Жилем Бартом.
Церемония была проста. Веками установившийся ритуал был очень похож на тот, который видела в деревне Элл, даже с теми же мелкими оплошностями. У нее вызвал улыбку шестилетний мальчик Ян фон Фюрстенберг, который нес кольца для новобрачных и, приблизившись к алтарю, уронил одно из них, А кольцо, которое надевал невесте на палец принц Ренье, налезло с трудом.
Часовая брачная месса скоро закончилась. После последнего благословения молодая монаршия чета поднялась с колен, повернулась лицом к высокому собранию и направилась к выходу. Молодые вышли из собора и с улыбающимися довольными лицами направились к ожидавшему их «роллс-ройсу».
Держась за руки, они ехали по улицам Монако. Подъехав к маленькой розовой церкви, стоявшей в гавани, молодые вошли в нее, и принцесса оставила свой букет у раки Святой Девы, которая, по преданию, принесла христианство в Монако. Наконец началось празднование, гораздо более великолепное, чем все, которые проходили до этого. Американцы вряд ли могли понять это так, как понимала Элл. Для жителей Монако гражданская церемония была простой формальностью: какой же брак может быть без церковного благословения?
Чувствуя себя принцессой, Элл пыталась запомнить мельчайшие детали приема в саду дворца Ле Роше. Музыка, цветы, шампанское с икрой, балыки, устрицы, всевозможные деликатесы. Свадебный торт потрясал — пять искусно разукрашенных ярусов. Когда князь Ренье отрезал первый кусок своим мечом, Элл вообразила, как однажды она будет стоять такая же гордая и прекрасная, как Грейс, возле своего жениха. Но за кого она выйдет замуж? Впервые у нее мелькнула неприятная мысль, что ей придется немало пережить, пока X. Д. станет свободен и женится на ней. Но ведь ему не первый раз менять жену…
Свадебный торт был поделен между гостями и съеден, провозглашены последние тосты и выпито шампанское, и вот прием закончился. Собравшаяся публика отправилась на Национальный стадион смотреть футбольный матч. Грейс и Ренье переоделись и вскоре отплыли на «Део Дживанте II». Когда яхта покидала гавань, молодые отвечали на приветствия толпы. Были выпущены две ракеты, снабженные парашютами, и в воздухе повисли два флага — США и Монако.
Медовый месяц княгини Грейс начался.
Поздно вечером X. Д. пришел в каюту Элл, потом ушел, и для нее тоже начался медовый месяц, когда «Хайленд Флинг» отплыла на греческие острова. Покидая Монако, Элл грустно посмотрела на удаляющийся берег, будто навсегда расставалась с мечтой об отце, которого никогда не знала. Но печаль прошла быстро, ведь впереди ее ждала роскошная беспечная жизнь, счастливое будущее. Пройдет немного времени, и она выйдет замуж за своего короля, а пока она уже обручилась по крайней мере с новой жизнью.
Из потрепанного чемодана Элл достала единственную ценную для нее вещь — фотографию матери в серебряной рамке: изогнувшись, она парила между небом и землей, как птица — так навечно запечатлел ее фотограф, человек, который ее любил, а потом оставил.
Свернувшись клубочком в роскошной постели, еще теплой от тела любовника, и вспоминая обещания, которые он только что ей нашептывал, Элл подумала, что хорошо усвоила урок матери. Моника после короткого триумфа, после победного взлета упала, сломалась, а позже погибла. Элл поклялась не повторять ее ошибок и не рисковать всем на свете ради любви. Одной любви недостаточно. Рядом должен быть мужчина, который может окружить ее роскошью, защитить, дать имя и уважение в обществе. Женщина одна беззащитна в этом жестоком мире.
Она сделала правильный выбор и была в этом уверена. Сейчас, правда, X. Д. женат, но это скоро изменится. Разве он не дал ей понять, что несчастен в этом браке? Разве не говорил, что Джоан не любит его, а жаждет только его денег? Элл были известны такие браки. Даже в деревне встречались пары, живущие под одной крышей и едва разговаривающие друг с другом. Элл видела этих женщин с поджатыми губами, чьи мужья проводили каждый вечер в бистро. Развод был запрещен церковью, но для X. Д. такой проблемы не существовало. И когда он найдет женщину, которая по-настоящему полюбит его, кто знает…
