линии подбородка. Девица сидела, расставив ноги и потирая, по всей видимости, об ректора ушибленный лоб. На полу рассыпались её вещи, завершая картину живописную.
Ожидал, пока она поднимется и извинится, арр ректор непростительно долго. Отчитывать неуклюжую милостиво не стал, списав случившееся уже немного привычно. Особа — что с неё возьмешь?
Продолжив движение, он вдруг спиной почуял, что девица, поле его ухода еще некоторое время стояла и смотрела ему в след. С чего бы? Арр ректор вдруг пожалел о том, что ушел. Ведь наверняка она растерялась, после падения, а когда увидела, как он уходит, вспомнила, что хотела что-то ему сказать!
Испытывая легкую досаду, арр ректор испытал заодно и чувство дежавю тут же. Потому что в него опять врезались! Он даже обернулся, чтобы проверить, но там, откуда он пришел, никого сейчас не было. Только после этого он посмотрел на ту, что возлежала у его ног в данный момент. С некоторым разочарованием он понял, что немного ошибся. Да — девица. Нет — не та. Что с одной стороны логично было. Оббежать все здание, чтобы оказать снова у него на пути, у первой особы просто не было времени. К тому же условия столкновения всё же немного отличались. Эта девица выскочила на него из-за двери.
Никаких ассоциаций с той ночью, когда "попаданки" посетили его кабинет, конкретно эта девица у него не вызывала. Из чего он сделал вывод, что это особа номер четыре. Лицо у неё было бледноватое, нос крупноват и с легкой горбинкой, разрез глаз миндалевидный. Впрочем, может так казалось из-за её прически. Распущенные чёрные волосы были собраны на затылке в хвост. И это собственно всё. Что-то подобное арру ректору приходилось видеть, только так с ходу он не смог вспомнить, где именно. Только то, что с женской прической для него это было мало связанно.
Девица, закрепленная под номером четыре в мысленном списке арра ректора, сидела на полу в очень знакомой позе, виденной им буквально только что. Пока особа терла ушибленный локоть, извинялась, поднималась, извинялась, собирала свои вещи, извинялась, арр ректор раздумывал, что на этот раз не стоит слишком торопиться и дать ей шанс прийти в себя, собраться с мыслями и воспользоваться ситуацией. В итоге на пятом уже витке извинений девица изрядно подрастратив, по всей видимости, свой словарный запас замолчала, уставившись на арра ректора. Он решил быть снисходительным и дал ей ещё тридцать секунд. Девица потратила их совершенно бездарно, захлопав глазами, опустив их вниз и почему-то покраснев. Увидев такую её реакцию, арр ректор испытал приступ разочарования. Покрасневшая девица, это верный признак того, что теперь она говорить совсем не сможет. Чем, эти совершенно разные физиологические процессы, в женском организме связаны, он не понимал, и раскрыть эту тайну великую не надеялся даже, предчувствуя, что это безнадежно и не стоило потраченных усилий.
Оставив девицу краснеть дальше в одиночестве, арр ректор был немного уже раздражен. Вторая упущенная возможность! Это кого угодно расстроило бы! И никто не мог сказать, что во второй раз он был нетерпелив и не дал особе возможности осуществить требуемое!
Подходя к очередному повороту, арр ректор вдруг сбился с размеренного шага. И провел мысленно расчет. Девиц четыре. Двух он уже видел… Но, потом он всё же сам себя одёрнул — если в совпадение можно было бы поверить в первых двух случаях, третий, а уж тем более четвертый раз, это уже, простите, ни в какие ворота не лезет. Поэтому за угол он завернул вполне уверенно и не без самодовольства некоторого поздравил себя с тем, что он как всегда полностью прав оказался.
Но добравшись до лестничного пролета, по которому ему нужно было подняться, арр ректор самодовольство несколько подрастерял. Навстречу ему, спускалась Рыжая с номером три. Исследовательский азарт, не совсем к месту, но кольнул пытливый ум ректора. Он остановился у самого начала лестницы, пристально наблюдая за субъектом исследования.
Девица не сразу его заметила, к слову сказать, а когда появился арр ректор, она была примерно на половине пути. Почувствовав на себе его взгляд, она вскинула глаза и судя по лицу несколько растерялась. Настолько что на предпоследней ступеньке споткнулась, без видимых на то причин. Чудом, избежав падения, она задела арра ректора плечом, но всё же устояла, уставившись на него широко распахнутыми глазами. Не обращая внимая на вещи, что уронила.
Арр ректор проанализировал произошедшее и вынужден был признать — до боли знакомо! Врезалась, вещи на полу, особа! Какая-то странная тенденция прослеживалась в поведении всех без исключения девиц. И каким-то образом она была связанна в этом уравнении именно с ним.
Дойдя до последнего пункта, арр ректор почувствовал некоторое беспокойство. Рыжая смотрела на него и хлопала глазами в полной тишине. Студенты шмыгали мимо еще тише. А когда щеки девицы начали розоветь, арр ректор не выдержал и ушел. Чувствуя, что его прямую спину сверлят взглядом до тех пор, пока он не скрылся из поля видимости.
В этот момент его нашел секретарь. Пристроившись и подстроившись под шаг начальства, он докладывая на ходу о нескольких требующих внимания арра ректора неотложных делах, когда вдруг понял, что разговаривает сам с собой. Остановившись, секретарь обернулся и увидел, что без видимой на то причины, арр ректор стоит и подозрительно смотрит вперед. Проследив его взгляд, ирр секретарь не увидел ровным счетом ничего.
— Вперед, — указал направление движения арр ректор и сам двинулся туда же.
Секретарь ожидаемо дождался, пока он приблизится и собирался уже шагнуть следом, как всегда, пристроившись чуть позади. Но арр ректор снова остановился, не дав ему такой возможности, как только оказался прямо перед ним.
— Я сказал вперед, — процедил он холодно.
Растерявшись, ирр секретарь просто сделал то, что от него требовали — пошел вперед. Ощущая себя крайне не комфортно, осознав, что арр ректор идет рядом с ним и чуть позади. Будто, ни с того ни с сего, они поменялись местами! Аура начальника давила, с непривычного ракурса на тыл, дико нервируя. Никаких причин для такой рокировки секретарь не видел, и уразуметь не мог.
Прошагав в установленном арром ректором порядке, пара завернула за угол.
— Хм, — услышал ирр секретарь и скосил глаза на ректора.
Тот остановился, поглядывая по сторонам с очень задумчивым видом. С некоторой долей облегчения, секретарь понял, что может уже остановится и вернуться к привычной для себя диспозиции. Проделав это, он уставился на начальство преданными глазами, ожидая, что будет дальше.
Арр ректор, не обращая на него
