Каменная кладка была древней и местами обвалилась. За столетия камни посветлели и в лучах вечернего солнца казались золотыми. На арочных окнах были толстые деревянные ставни, а большая входная дверь была вырезана из цельного дуба. Когда-то, возможно, она сдерживала натиск врага.
– Ох! – выдохнула Дарси, выходя из машины. Сальваторе улыбнулся. В первый раз она видела искреннюю улыбку на его лице, и сердце женщины екнуло. Судя по всему, приехав домой, он расслабился.
– Добро пожаловать в Торре-д’Аквила. Замок построен в тринадцатом столетии и назван в честь орлов, которые гнездились на самой высокой башне. Они по-прежнему селятся здесь. Смотрите!
Сальваторе указал на небо. Дарси заметила большую птицу с крючковатым клювом и огромными крыльями, кружащую над башней.
– Это орел Бонелли, иногда его еще называют белым орлом из-за белых перьев на груди.
– Я никогда не видела орлов в природе. Дарси зачарованно наблюдала за тем, как плавно скользит в вышине эта птица. Величественный орел как нельзя лучше подходил древнему замку. Она взглянула на внушительного мужчину, стоявшего рядом. С твердыми чертами лица, словно высеченными из камня, и длинными черными волосами, Сальваторе словно был создан для жизни в этих стенах. Уже при первой встрече он напомнил Дарси древнего воина, гордого и благородного. И опасного.
Сальваторе представлял угрозу для ее душевного равновесия. Безопаснее было сконцентрироваться на Рози, и Дарси улыбнулась маленькой девочке, когда отец вынул ее из кресла.
«Можно мы поплаваем, папа»? – жестами показала она.
Он покачал головой: «Не сейчас. Завтра у меня будет время, и мы пойдем все вместе».
– Важно, чтобы вы сопровождали свои жесты словами, – подсказала ему Дарси. – Так Рози быстрее начнет понимать речь.
Она заметила разочарование на лице маленькой девочки и вспомнила, что Рози любит плавать.
– Не могли бы вы с ней искупаться сегодня? – спросила она. – Это пойдет ей на пользу.
Сальваторе покачал головой:
– Есть одно важное дело, которое мне необходимо закончить прежде всего.
– И это дело имеет отношение к вашей работе, верно? – В ее голосе звучали обвинительные нотки.
Подбородок Сальваторе напрягся. Он и так чувствовал себя неловко оттого, что расстроил Рози, а слова Дарси усилили его чувство вины. Но сейчас он был в состоянии думать только о Пьетро, человеке, заменившем ему отца.
– Ваша работа заключается в том, чтобы помочь Рози заговорить, а не читать лекции ее отцу, – холодно заметил он.
Дарси смотрела на его высокомерное лицо. Неужели всего несколько секунд назад она видела на нем улыбку?
Сальваторе что-то пробормотал по-итальянски. В этот момент открылась дверь, и к ним вышла женщина.
– Я не ожидал, что здесь Лидия, – негромко произнес он.
Вначале Дарси решила, что платиновая блондинка с чрезмерным макияжем – его любовница, возможно бывшая, так как Сальваторе явно не обрадовался ей. Она бросила в его сторону вопросительный взгляд.
– Лидия моя теща. Она часто приезжает, чтобы увидеться с Рози. Любопытно, что ее визиты всегда совпадают с нуждой в деньгах, – сухо добавил он.
Рози протянула руку Дарси, и они вместе поднялись по каменным ступеням к бабушке Рози. Женщина с любопытством взглянула на Дарси и повернулась к внучке.
– Привет, милая! – громко произнесла Лидия, не пользуясь языком жестов. Она нахмурилась, когда маленькая девочка не ответила, и взглянула на Сальваторе. – Ты сказал, что ей будет сделана операция, после которой она заговорит.
– Операция позволила ей слышать, – пояснил Сальваторе. – Понадобится время, чтобы Рози научилась говорить. Мисс Риверс – логопед, который ей поможет.
Он представил женщин друг другу. Дарси вошла в холл и застыла.
– Какое прекрасное место! – вырвалось у нее. Огромный холл был залит солнечным светом, падавшим из арочных окон на мраморный пол. Стены были обшиты панелями из вишневого дерева, а комнаты, которые виднелись вдалеке, были выкрашены белой краской. Их оживляли яркие гобелены. Антикварная мебель была отполирована до блеска. Внимание Дарси привлекла огромная фотография, висевшая напротив входной двери. На ней была изображена поразительно привлекательная брюнетка в алом шелковом платье. Портрет невозможно было не заметить.
– Это моя дочь Адриана, – пояснила Лидия. – Она была топ-моделью и работала с известными домами мод. Незадолго до ее гибели Адриане предложили сниматься в фильме. Ужасно, что смерть настигла ее так рано. Она была очень молода и не успела полностью реализовать себя. Верно, Сальваторе?
Он не ответил, его лицо оставалось непроницаемым, однако Дарси показалось, что в глубине глаз мелькнуло затравленное выражение. Это поразило ее. Скрытое напряжение в отношениях Сальваторе и Лидии было очевидно.
Чтобы прервать неловкую тишину, она обратилась к Сальваторе:
– У вас прекрасный дом. Наверное, вашей жене нравилось жить в замке.
«Почему мы должны жить в этих руинах? Я хочу в город. Здесь я умру от скуки…» Сальваторе нахмурился:
– Нет. Адриане замок не нравился.
Лидия громко расхохоталась, но Дарси ее смех показался наигранным.
– Конечно, нравился. Вы были здесь счастливы, Сальваторе.
– О чем вы не устаете мне напоминать, – заметил он и взглянул на Дарси. – Кто-нибудь из персонала покажет вам вашу комнату и принесет ваш багаж. Это Армонд, дворецкий, – представил он мужчину, который присоединился к ним. – Обращайтесь к нему, если вам что-нибудь понадобится. Может быть, вы посидите с Рози? Я поищу няню для нее, но сейчас у меня есть другие дела. Извините.
Сальваторе вышел из замка. Когда он спускался по ступеням, Дарси заметила, что он хромает сильнее, чем обычно, словно у него разболелась нога. Она вздохнула. Какой же он загадочный! Дарси чувствовала, что аура таинственности, окружающая Сальваторе, связана с его погибшей женой.
Она вздрогнула, услышав голос Лидии.
– Вы должны простить моему зятю резкость, – негромко произнесла та. – Он так любил мою дочь, что до сих пор не оправился после ее гибели. – Лидия оценивающе посмотрела на Дарси. – Иногда у него случаются романы, но эти женщины ничего не значат для Сальваторе. Боюсь, никому не удастся занять место Адрианы в его сердце.
Дарси читала Рози сказку на ночь, когда в детскую вошел Сальваторе. Девочка обрадовалась. К удивлению Дарси, Сальваторе подошел и сел на край кроватки. Волосы у него были спутаны, он пропах дымом. Рози недоуменно взглянула на отца: «Почему у тебя на лице черные пятна, папа?»
Сальваторе потер щеку и, увидев на пальцах копоть, заметно огорчился.
«На винодельне был пожар. Я осматривал разрушения», – показал он. Поцеловав дочь в лобик, Сальваторе добавил: «Спокойной ночи, ангел».
