Читаем без скачивания Они стучат дважды (СИ) - Вальх Лина

Андрей с силой вжал нарисованную кнопку сброса вызова на экране и выдохнул. Он усиленно игнорировал направленные на него взгляды трех пар глаз и поднял на них взгляд, только когда Александра красноречиво кашлянула и развела руками с видом неблагополучных одноклассников Морозова, после которого они обычно отбирали у незадачливых граждан телефоны и деньги.

— Что там?

Морозов нервно хохотнул.

— Призраки в квартире. Попросили убрать побыстрее, а то жильцы в соседней квартире жалуются на шум по ночам. — Андрей помедлил и сглотнул собравшуюся о рту слюну, пытаясь понять, сходит он с ума, говоря это, или нет. — Говорят, что те все время катают металлические шары по полу после одиннадцати и врубают Рамштайн в два ночи.

Дима грузно выдохнул и ушёл на кухню, махнув на Андрея рукой. Александра снова потёрла переносицу — кажется, у неё болели глаза. Насколько мог судить Андрей по ее раскрасневшимся глазам. Лицо же Адриана было спокойным и умиротворённым. Кажется, его не особо удивило задание на отлов призраков. Как будто это было чем-то естественным и обыденным для обитателей этой квартиры.

— Больше похоже на маргиналов, чем призраков, — вставил пять копеек Адриан.

Тихий негромкий писк раздался из спальни, и Андрей уже было снова кинула внутрь, но тут же был остановлен врачом, который, вскинув палец, проскользнул мимо Морозова с коротким «Это уже ко мне». Дверь захлопнулась, и Андрею оставалось только гадать, чем занимается за дверью таинственный хладнокровный врач. Но зато Морозов смог уловить тонкий аромат винного перегара, осевший на кожу, когда мужчина пролетел мимо Андрея.

Ждать Адриана долго не пришлось. Он вернулся через две минуты, вертя в руках термометр и недовольно хмуря брови.

— Тридцать два и два. Боюсь дело пахнет горелым эчпочмаком.

— Да у всех такая температура если полежать под открытой форточкой, — пожал плечами Андрей, сунув телефон Стаса в карман.

— Ректально.

— А. Ой.

Из школы Морозов точно вынес знание о том, что нормальная температура тела человека равнялась тридцати шести и шести. Он примерно помнил, что происходит, если у человека жар: белки, денатурализация и структура прочно сидели в его памяти. Или все же денатурация? Морозов мысленно отмахнулся, пытаясь понять, что произойдёт с человеком, если он остывает. И все идеи, которые подкидывал ему разум, намекали на то, что пора покупать венок и заказывать четверых весёлых носильщиков.

Александра не то простонала, не то отправила Андрея в далёкое путешествие и поспешила за Дмитрием на кухню, где уже во всю свистел кипящий чайник. Мимо ноги Морозова что-то скользнуло, и парень отскочил в сторону, прямо в объятья Адриана, чтобы в следующую секунду понять, что это был просто кот. Большой, толстый кот. Он высокомерно поглядел на Андрея, понял, что еды от него не дождёшься, и, махнув хвостом, скрылся на кухне вслед за хозяйкой.

Андрей выдохнул. Но уже в следующую секунду у него над ухом раздалось тихое:

— Я конечно не против, но вообще-то у меня уже есть девушка.

Морозов отпрыгнул от Адриана, неловко улыбнувшись и взъерошив на макушке волосы. Парень оглянулся, шаркнул ногой и решил последовать самому логичному пути к отступлению — перевести тему в интересное для себя русло.

— А вы… Вы давно ее знаете?

Адриан отёр руку о штанину, вскинул светлую бровь и зевнул

— Сашу? Достаточно. Мы были соседями по лестничной клетке, — мужчина потянулся. — Потом как-то наши пути разошлись и я познакомился со Стасом. Который оказался коллегой Саши и ее парнем.

— А, он ее па… — Андрей осёкся, непонимающим взглядом уставившись на Адриана. — Что? Кто?

— Бывший. Сложная история.

Сложная история складывалась сейчас в голове Андрея Морозова. Со стороны кухни раздалось напряженное перешёптывание. Адриан в свою очередь еще раз потянулся, привстав на цыпочках, громко простонал и, отстранив Андрея в сторону, снял висящую на крючке куртку. Врач несколько раз взглянул на часы, еще раз заглянул в комнату ко Стасу и только затем почтил Морозова своим вниманием. В этот же момент из кухни показалась голова Звягинцевой, смотрящей на Адриана с немым осуждением. Взгляд, от которого у Андрея сразу же бежал мороз по коже, оказался для врача не больше чем комариным укусом. Мужчина приветливо улыбнулся Александре, помахал на прощанье рукой и, схватив свою сумку, попятился спиной к двери.

— Ладно. Пойду я. Работы еще полно. Да и у вас тут как-то тесновато становится. Не дай бог еще пол провалится. Вот баба Клава-то удивится, — хохотнул Адриан, скидывая свои пожитки в небольшой портфель. — Звоните, если понадобится помощь. Но только в привычных приземлённых делах. Стасу привет. И напомните, чтоб вернул пять косарей, которые занимал до зарплаты. Уже два года жду. А если помрёт, то так и останусь ни с чем.

Он еще раз помахал Александре, щёлкнул замком, надавил локтем на дверную ручку и вывалился в коридор. Андрей с трудом подавил в себе желание последовать за Адрианом, потому как ноги словно приросли к полу, а взгляд Александры сканировал каждую клеточку его тела. Он мог даже предположить, что она читает его мысли.

— Нет, я не читаю твои мысли, идиот, — фыркнула Звягинцева. — У тебя все на лице написано.

— Вот дерьмо. Кто положил меня на эту кушетку?

Хриплый ссохшийся голос раздался из спальни, которая все это время хранила молчание. И Андрей был уверен, что это не барабашка. А то, как Звягинцева и Дмитрий вылетели из кухни и поспешили на зов, не оставляло сомнений — Стас пришёл в себя. А значит и участь Морозова, возможно, будет не столь печальной.

— Стас!

Морозов заглянул в спальню через минуту. Или две. Осторожно приоткрыл захлопнувшуюся перед носом дверь и нырнул внутрь, так и оставшись стоять около входа, перекатываясь с пятки на носок. Андрей собирался с силами достаточно долго, чтобы упустить часть разговора со Стасом, и теперь чувствовал себя четвертым лишним на семейных посиделках. К тому же слова Адриана об отношениях Стаса и Александры прочно засели в голове у студента. Он даже по-другому воспринимал каждое движение Звягинцевой, пойманное его внимательным взглядом. Александра и Дима кружили вокруг Стаса, и Андрея это неожиданно стало раздражать.

— Как ты себя чувствуешь? — Дима опустился на придвинутый к кровати стул, щёлкнул выключателем фонарика и, приподняв веко Стаса, засветил тому в глаз.

— Как будто по мне проехался асфальтоукладчик, — Стас поморщился и попытался увернуться от слепящего света, но Дима оказался сильней, — а потом еще сверху попрыгала парочка сумоистов. А так у меня все в полном порядке. Ты можешь не светить мне в глаз этой… штукой? Она меня раздражает.

— Это фонарик, если ты вдруг забыл, — хмыкнул Дима.

Александра нависла над кроватью и Стасом бледной тенью. Она разглядывала не менее бледное лицо Стаса, расспрашивала его о самочувствии, периодически прикладывала ладонь ко лбу и качала головой, словно ей это о чем-то говорило. Звягинцева нервничала и пыталась скрыть это за показушной заботливостью. Андрей прекрасно это видел. Потому что и сам частенько прибегал к подобному методу.

Простояв немым наблюдателем еще несколько минут, Морозов медленно сглотнул, скрипнул старым паркетом и негромко кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Не хотите мне объяснить, что вообще у вас тут происходит?

Александра и Дима синхронно обернулись на Андрея. Даже Стас приподнялся на локтях и, прищурившись, вгляделся в лицо Андрея. Кажется, вместо Морозова он увидела манную кашу со сливочным маслом, иначе было трудно объяснить то отвращение, что появилось на лице парня. И чем дольше он разглядывал Андрея, тем яснее становилось — Морозов ему не нравится.

— Это вообще кто? — если бы Стас мог, он бы непременно ткнул в Андрея пальцем. — И что он тут делает?

Звягинцева раздражённо выдохнула:

— Мой стажёр. Журналист. Потом объясню.

Кажется, подобный ответ полностью устроил Стаса, потому как он тут же кивнул и рухнул обратно на постель, крякнув. Александра и Дима переглянулись и одновременно закатили глаза. Они проводились над Стасом еще какое-то время. Поправляли постельное белье, расспрашивали парня о самочувствии и причитали, как бабушка Морозова. В какой-то момент Александра переключилась на покосившуюся тумбочку и начала в ней рыться, что-то напряженно бормоча под нос и выкидывая на пол все, что попадалось под руку. Дима поспешил ей на помощь.