Дверь гостиной со стуком захлопнулась за спиной Джима. Он пошатнулся. Издалека донесся звук, который напоминал рычание… или хриплый смех.
Гнусная тварь заманила его в ловушку, чтобы с его помощью получить свободу. И он попался, обманутый оборотнем и его супругой.
Супругой… Джим резко обернулся. Дейдра стояла совсем близко. Лицо ее изменилось. Оно потемнело, черты его огрубели, кое-где на нем начала пробиваться шерсть.
Улыбка Дейдры – Дейдры? – все ширилась, пока не сделалась безумно-плотоядной, обнажающей не зубы – не человеческие зубы – но клыки, влажные и зловещие.
Джим попятился. Но бежать было некуда. Их оказалось двое – гнусных оборотней, поджидавших его так долго и терпеливо.
Пасть волчицы распахнулась в торжествующем вое, сверкнули глаза – и клыки сомкнулись на горле Джима.
Глава 3
Последняя карта, изображавшая Красавицу и Зверя, лежала на чемоданчике. Билл Роджерс не спускал с нее глаз. Потом перевел взгляд на Джима Даусона. Мертвенно-бледный, тот уставился на что-то, видимое лишь ему одному, и застыл в оцепенении. Лицо его было искажено ужасом.
Спустя мгновение Джим очнулся и оглядел попутчиков, как будто желая убедиться, что все они по-прежнему едут в поезде. Любопытно, что померещилось этому малому? После того, как доктор Шрек разложил карты, в течение нескольких минут Даусон сидел неподвижно, с закрытыми глазами. Да и остальные замерли, не смея нарушить напряженную тишину ни единым словом.
Даусон облизнул пересохшие губы и спросил:
– Вы хотите убедить меня, что все это случится со МHОЙ?
Вместо ответа Шрек пристально посмотрел на него:
– Куда вы сейчас направляетесь?
– В Брэдли.
– А потом?
– Не знаю. Пока не вернусь в Эдинбург, я не могу судить, какая именно работа окажется первоочередной.
– Но вы не слишком удивитесь, если обнаружите, что вас срочно вызывают на остров Унга на Гебридах?
Во взгляде, который Джим бросил на доктора, промелькнуло чувство, близкое к ненависти. Но Шрек оставался невозмутим.
– Остается ведь пятая карта, – вмешался Билл. – Разве вы не говорили, что с ее помощью узнают, как изменить предначертание.
– Да, если его МОЖHО изменить.
– Хорошо, – нетерпеливо сказал Джим. – Откройте пятую карту.
Пальцы Шрека замерли над колодой. Он осторожно приоткрыл карту, не показывая остальным. Лицо его помрачнело.
– Ну, что там?
– Ничего, – ответил Шрек.
Он поспешно засунул карту обратно в колоду и начал собирать остальные.
– Что там? – настаивал Джим. – Скажите мне!
Высокомерный тип, спрятавшийся за раскрытой газетой, опять насмешливо фыркнул. Биллу Роджерсу это лицо показалось знакомым. Сначала он решил, что видел его по телевизору в каком-то комедийном шоу. Но теперь понял, что ошибся: этот парень был вовсе не комиком, а обычным грубияном.
– Не будьте таким простаком, – процедил этот невежа. – Разве вы не видите, что все это подстроено?
– Что подстроено, мистер Марш? – мягко спросил Шрек.
При упоминании своего имени Марш, казалось, на мгновение растерялся. Но быстро оправился и, пожав плечами, отрезал:
– Что бы ни было, вы все равно пытаетесь нас дурачить!
Американец растерянно переводил взгляд с одного на другого.
– Вас HА САМОМ ДЕЛЕ зовут Марш?
– Ну и что? Уверяю вас, в том, что ему известно мое имя, нет ничего сверхъестественного.
– Да, но как он узнал? – вмешался молодой трубач, ждавший лишь удобного момента, чтобы принять участие в разговоре.
– Может, прочел на багаже? – предположил Билл и, вытянув шею, попытался разобрать, что написано на бирках, болтающихся прямо у него перед носом.
Марш самодовольно покачал головой:
– В этом нет никакого секрета. Большинству образованных людей известно имя Фрэнклина Марша, искусствоведа и критика. Ловкие мошенники всегда считают своим долгом знать знаменитостей в лицо.
– Я никогда не слышал о вас, – простодушно сказал трубач.
Марш одарил его испепеляющим взглядом и опять закрылся газетой. «Хорошо, – подумал Билл, – что в этой газете так много страниц, – по крайней мере, этому типу есть что почитать».
В купе наступила тревожная тишина. Ни один не мог отвести глаз от карт – казалось бы, безобидных и в то же время, если верить Шреку, пугающих.
Но разве опасность обязательно грозит каждому? Судьба у всех разная. Возможно, этому парню – Даусону – просто не повезло. Но из этого не следует, что остальным тоже не повезет. Билл испытывал искушение рискнуть. Он прекрасно знал, что его ждет в ближайшие несколько недель: отпуск, проведенный вместе с Энн и Кэрол. Что тут может случиться: разве что машина сломается, Кэрол объестся мороженым или погода испортится? Но Билл всегда тщательно изучал прогнозы синоптиков, да и Энн сверялась с гороскопами в нескольких – по меньшей мере двух – ежедневных газетах и популярном женском еженедельнике, хотя их предсказания никогда не совпадали. Почему бы не узнать, что предскажут карты Таро? Во всяком случае, попытаться стоило.
– Доктор Шрек, если вы не возражаете, я хотел бы попробовать.
С минуту старик как будто обдумывал услышанное. Потом обречено кивнул:
– Хорошо. – И протянул карты.
Билл трижды коснулся колоды – и карты замелькали в руках Шрека. Замелькали как будто сами по себе – Билл подметил это еще в первый раз. Он почувствовал беспокойство и уже готов был отказаться, но что-то помешало ему заявить об этом. Ритмичное движение карт завораживало, в нем было нечто фатальное, нечто неумолимое…
– А вот, – сказал Шрек, – что вас ожидает.
Он открыл первую карту. На ней был изображен Сумасшедший – нелепо разряженный малый, по-видимому, возвращающийся с прогулки. Позади него плелась собачонка. После недолгой паузы Шрек произнес:
– Вы собираетесь в отпуск.
Билл оглядел соседей и, встретившись взглядом с музыкантом, лукаво подмигнул. Сейчас он подловит этого старикашку.
– Один? – вкрадчиво спросил он.
– С женой и дочерью, – был ответ.
По спине Билла забегали мурашки.
– Откуда вы знаете?
Фрэнклин Марш, привлекая внимание, громко зашуршал газетой. Уверившись, что все обернулись к нему, он усталым жестом указал на багажную полку. Оттуда, потешно таращась, свешивалась голова куклы.
– И собакой, – продолжал Шрек, не обращая внимания на Марша.
– Верно! – одобрительно воскликнул Билл.
Все они придут встречать его в Брэдли, прямо на станцию. Шрек и остальные смогут убедиться, что это очень верное предсказание. Энн с ума сойдет, когда он ей расскажет. Она любит подобные вещи. «Это знак!» часто повторяла она по любому поводу. А когда он начинал выспрашивать, что же этот знак предвещает, не способна была сказать ничего вразумительного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
