У меня нет элегантного вкуса. Даже Настасья Павловна по сравнению со мной эталон вкуса и изящества, так что я обращаюсь за помощью к консультанту магазина. Она быстро подбирает нужный наряд, после чего в салоне относительно цвета платья визажист делает проф макияж.
Когда вся суета подходит к концу, а это, на минуточку, занимает почти шесть часов, я внимательно оглядываю себя в зеркале. Столько времени на красоту! И мужчины в современном мире хотят, чтобы у женщин на все сил, средств и энергии хватало?
Но я не могу не сказать, что выгляжу я потрясающе. Волосы завили и уложили в элегантный низкий пучок, оставив у лица две волнистые пряди. В ушах красиво мерцают изумрудные серёжки, а платье черного цвета в пол, со смелым разрезом от бедра, смотрится как на актрисах на ковровых дорожках.
Звонок телефона в сумочке отвлекает меня от созерцания собственного внешнего вида. Достаю мобильник и вижу номер Руслана.
— Да?
— Маршанская, ты там пластическую операцию делаешь или что? Почему так долго?
— Извините! Ты же хотел, чтобы я приоделась на приём!
— За это время можно африканское племя приодеть.
— Готова с тобой поспорить, что ты сильно ошибаешься.
— В общем, ты готова, Тась? Я уже в машину спускаюсь, — выдыхает в трубку Костров.
— Готова. Приезжай на Алабинскую 17. Я к тебе выйду.
— Пятнадцать минут, Маршанская. Срази меня наповал тем, что ты там наделала за шесть часов.
Сразить наповал?
Снова бросаю на себя взгляд в зеркало.
Я попытаюсь.
Глава 12. Что ты злишься, Костров?
Глава 12. Что ты злишься, Костров?
Тася
– Всё нормально?
– Нормально.
– Ты хорошо себя чувствуешь?
– Хорошо.
– Точно ничего не случилось?
– Точно.
Ну всё. Я так больше не могу.
Бросаю недовольный взгляд на Кострова, который всю дорогу до резиденции их семьи едет с мрачным лицом и отвечает односложными ответами. На меня посмотрел всего один раз, когда я вышла к нему из салона. Буркнул что-то вроде «И это всё, что ты сделала за шесть часов?» И больше ничего не говорил. Сел в машину, вцепился в руль и не отрывает глаз от дороги.
Это вообще на него не похоже!
И для чего я старалась в этих проклятых магазинах и салонах? Хоть бы комплимент сделал. Один, какой-нибудь жалкий…
К резиденции Костровых мы подъезжаем примерно через час пути. Бабушка Руслана живёт в доме своего сына. И надо заметить, что этот дом выглядит как самое настоящее царское имение. У них даже имеется собственное озеро. Довольно большое. И еще сад с фонтанами.
Когда мы с Русланом были детьми, то жили в другом районе, и дома у наших семей были попроще. С тех пор его отец сильно поднялся, и сам Руслан тоже. А вот мой наоборот пропил и проиграл всё имущество, и в итоге умер от проблем с печенью, когда мне было двадцать.
– Идём. Нас уже заждались, – Костров выходит их машины всё с таким же хмурым видом, затем обходит автомобиль и открывает дверь с моей стороны.
Надо же, какая галантность.
Стараюсь выходить осторожно, чтобы не испачкать платье, а ещё эти высоченные каблуки, к которым я не привыкла. Но как бы я ни старалась быть аккуратной, всё равно спотыкаюсь.
Руслан подхватывает меня за руку и прижимает к себе.
– Осторожнее.
– Я не привыкла к каблукам.
– Могла бы и не надевать.
– С этим платьем и вообще со всеми платьями подобного формата никакая обувь больше не подходит. Только каблуки высоченные.
– Значит, надо было выбрать другое платье.
– Надо было тебе тогда ехать со мной и выбирать платье самому! – не выдерживаю напора Кострова, который, на мой взгляд, явно перегибает палку со своим недовольством.
– В следующий раз так и сделаю!
– Хватит обниматься. Мы долго будем вас ждать? – скрипучий голос со стороны широко крыльца дома заставляет нас с Русланом одновременно повернуться и отпрыгнуть друг от друга.
Бабуля Кострова несколько раз бьет тростью по крыльцу, после чего указывает на дверь.
– Вы опоздали.
– Не веди себя, как вонючий засранец, Костров, – шиплю на Руслана прежде, чем направиться в сторону дома вслед за его бабушкой. – Я столько часов потратила на то, чтобы выглядеть хорошо на приёме, а кроме недовольного лица от тебя ничего не получила. Следует сказать Настасье Павловне, чтобы поучила тебя хорошим манерам.
Гордо вскинув подбородок, шагаю к лестнице, стараясь при этом не упасть. Перед тем как войти в оранжерею, где обычно бабуля Кострова собирает гостей, медленно выдыхаю и мысленно успокаиваю себя, что смогу, обязательно смогу пройти этот путь, не свалившись, но как только делаю шаг вперёд, неожиданно чувствую давление на руке – Руслан берёт меня под локоть и окидывает темным взглядом.
– Ты превосходно выглядишь, Маршанская. Тебе очень идёт это чёртово платье, – цедит сквозь зубы.
Я иронично выгибаю бровь.
– Прозвучало не как комплимент, а как обещание убить меня при случае.
– Вот и не доводи до такого исхода.
Он тянет меня вперед, и мы, наконец, вливаемся в толпу гостей, которых, к слову, оказалось гораздо больше, чем я ожидала.
– Всегда было интересно, откуда у твоей бабушки столько знакомых и друзей?
– Будешь строить годами семейный бизнес – поймёшь. В бизнесе семья играет на руки. Это позволяет со многими партнерами заручиться более крепкими эмоциональными связями, разрушить которые гораздо труднее, чем обыкновенные деловые отношения.
– Почему же ты тогда до сих пор не женился? – сощуриваю взгляд в ожидании ответа.
– Ждал, когда появится возможность жениться на тебе, Маршанская, – усмехается гад и подмигивает.
– Не смешно. Ты, кстати, предупредил бабушку, чтобы она пока публично ничего про нас не говорила?
Я только успеваю озвучить свои опасения, как Настасья Павловна громко объявляет, изящно постучав вилочкой по фужеру с шампанским.
– Господа и дамы, хочу всем представить моего внука Руслана, кто с ним не знаком, и его невесту Таисию.
Видимо, не предупредил…
Десятки пар глаз упираются в нас с Костровым и с любопытством рассматривают. Особенно меня. Не удивлюсь, если завтра информация о нашей помолвке разлетится по всем бизнес журналам и сайтам.
– Они дружили много лет и не смогли совладать с чувствами. И наконец, на старости моих лет, решили осчастливить новостью, что хотят создать семью и подарить клану Костровых наследника.
Воды… Кто-нибудь дайте?!
– Улыбайся и маши, Тась, – шепчет Костров, склонившись ко мне, когда толпа начинает активно хлопать, приветствуя наш союз.
Видимо, Руслан почувствовал, как напряглась моя рука на его предплечье.
– Твоя бабушка самая настоящая Drama Queen (ред. Королева драмы). Это что за шоу?
– Веди себя спокойно. Она устроила представление, чтобы взять меня в оборот с помощью общественного давления. Просекла, что мы можем врать насчет наших отношений.
