— Хаггар, мне нужно поговорить с ней, — сказал Шенн десятнику. — Наедине. А воины ловят каждое наше слово.
— Что я могу поделать?
— Мы отойдем в ложбину и поговорим, и пусть никто нас не беспокоит!
— Э, нет! — отрезал воин. — Мы все отвечаем за твою жизнь. Я не дам тебе ни шагу ступить от стоянки!
— Хаггар, ты не понимаешь! Эта женщина…
— Явилась нам на беду! — закончил Хаггар. — Я не знаю, что там у вас было, догадаться нетрудно, одно скажу: женщина в отряде — не к добру!
— Ты ничего не знаешь, Хаггар! — резко сказал фагир. — Ни о ней, ни обо мне! Все, что мне нужно сейчас — это поговорить с ней наедине. И я поговорю!
— Мальчишка! — сквозь зубы процедил Хаггар, провожая взглядом уходящего в темноту фагира. Встретившись с Шенном взглядом, старый воин понял, что не сможет удержать его. Ладно, мягкой вам травки!
— Куда это они пошли? — спросил подошедшего Хаггара Кронир.
— А куда бы ты с такой пошел? — ухмыльнулся Эвран. — Хороша деваха! Слушай, Хаггар: разве фагирам можно быть с женщинами?
— Откуда мне знать? — отмахнулся воин. — Кто в дозоре?
— Дорран и я.
— Где Дорран?
— Там, — показал гурданец.
— Тогда почему ты здесь? — рявкнул Хаггар, и Эвран вскочил. — Живо на пост!
Шенн с Далмирой отошли от стоянки и сели у небольшого камня. Наконец, они одни!
Они говорили, смеясь и перебивая друг друга, и ночь пролетела, как час.
— Ты очень изменилась, — говорил Шенн, — ты непохожа на Далмиру, что я знал.
— Это плохо? — спросила она. Он пожал плечами:
— Я не знаю, Далмира. Я много лун вспоминал тебя такой, какой ты была. У тебя те же глаза, но иной взгляд, то же тело, но двигаешься ты не так, как раньше… Лишь волосы остались прежними. И голос.
— И ты не тот Шенн… — глаза девушки скользнули по одежде и ожерелью фагира. — Ты был варваром и еле говорил по–арнски, теперь фагир и говоришь так, будто всю жизнь прожил в Арнире!
— Да, я изменился, — признал Шенн. — Я многое узнал и многому научился.
— Но ты не забыл меня?
— Нет, Далмира! Я всегда о тебе помнил.
Поистине, эта встреча была чудом, и Далмира не отпускала рук Шенна, словно тот мог оказаться миражом и исчезнуть.
Настало утро. Нежданых гостей накормили и дали вдоволь напиться. Шенн рассказал им, что отряд идет в Кхинор, и сейчас они направляются к Руаннору — древнему разрушенному городу посреди пустыни…
— И вам придется идти с нами, — сказал Шенн. — Мы выполним задание и вернемся в Арнир.
— Конечно, я пойду с тобой, Шенн, — сказала Далмира. — И Карон пойдет. Да, Карон?
— Я пойду, — просто сказал Карон.
— Послушай, мастер, — сказал Хаггар. — Бойцы нам пригодятся, но женщина…
— Ты предлагаешь оставить ее в пустыне? — резко спросил Шенн. — Она пойдет с нами.
— Это не к добру, — покачал головой бородатый вояка. — Мы никогда не брали женщин в Кхинор!
— Хаггар правильно говорит! — сказал Эрбин. — И вот почему: морроны найдут их следы, и по этим следам найдут нас! Мы погибнем из–за них!
— Похоже, он дело говорит, — сказал Кронир, и никто из воинов не возразил.
— Вы, что, хотите оставить их здесь? — спросил Улнар. — А, может, нам их убить, чтобы они ничего не рассказали морронам? Они должны идти с нами!
— А как же с секретностью нашего дела, мастер? — спросил Идгерн. — Эти двое — неизвестно кто.
— Далмиру я знаю, как себя! — горячо ответил Шенн.
— Ладно. Пусть девчонка ни при чем. А он? — кивнул на Карона Идгерн. — Кто поручится, что он — не шпион? Они говорят, что катящуюся крепость разграбили морроны, но кто из нас хоть раз слышал о подобном? И как им удалось уцелеть?
Карон стоял и молчал. Далмира смотрела на воинов, но не видела ни жалости, ни участия.
— Он ортанский наемник, — сказал Идгерн. — Мы все знаем, кого нанимают ортаны. Мергинов, воров и убийц, скрывающихся от суда фагиров.
— Да, я бежала от воинов одана и помогала мергинам! — крикнула Далмира. Ее рука стиснула копье. — Хочешь судить меня? Попробуй!
— Тише, Далмира. Я фагир, и я буду судить, если потребуется, — сказал Шенн. — Они идут с нами — это мой приказ.
— Если все, о чем они рассказали — правда, то морроны уже идут за ними! — гнул свое Эрбин.
— Значит, мы пойдем еще быстрее! — отрезал Шенн.
Кронир покачал головой:
— Мастер Шенн, ты заставляешь нас напрасно рисковать! Этим людям нельзя доверять, к тому же их преследуют. Мы погибнем из–за них!
— Ты предсказатель, Кронир? — язвительно спросил Улнар. — Что ты делаешь здесь, если так боишься боя с чернолицыми? Если ты и Эрбин боитесь схватки, давайте вас оставим здесь вместо них, — вольный воин указал на Далмиру и Карона. — Они не боятся! А морронам все равно.
Семир и Руннор рассмеялись, остальные молчали. Улнар понимал: раскол в отряде не принесет ничего хорошего, но воин был уверен — Хаггар подчинится Шенну. Так и вышло.
— Как бы то ни было, — сказал десятник, — поздно что–то менять. Найдут их следы — найдут и наши. Надо идти.
Шенн ободряюще взглянул на Далмиру. Его взгляд говорил об одном: что бы ни случилось, я не брошу тебя.
Девушка с благодарностью взглянула на Улнара. Воин в красном тофе чем–то неуловимым выделялся среди прочих, его глаза глядели на нее так странно…
Эвран и Маррод вернулись из дозора. Гурданец присел подкрепиться, а Маррод застыл в трех шагах от Далмиры. Только теперь он, как следует, рассмотрел девушку…
Далмира вскочила. Лезвие копья направилось в Маррода:
— Ты!
Все застыли. Эмон не обнажал меча, но было заметно, что он готов к схватке.
— Я, — удивленно произнес он. — Так ты жива? Вот уж, не ожидал.
— Я убью тебя! — копье ударило Маррода, но воин уклонился и выхватил меч.
— Желаешь продолжить нашу схватку? — усмехаясь, проронил эльд.
Улнар и Карон бросились между ними.
— Никаких поединков, пока я жив! — вскочил Хаггар. — Вам, что, делать нечего?
Шенн схватил Далмиру за руку:
— Что случилось? Почему ты напала на него?
Девушка с ненавистью глянула на Маррода:
— Мы встречались. Он едва не убил меня!
«Вот как! — с изумлением подумал Улнар. — И меня он едва не убил. Как же тесен Арнир! Или все, что происходит — немыслимая игра богов?»
— Это правда? — напряженно спросил Шенн.
— Да, — ответил Маррод. Голос его был спокоен.
— Но почему ты хотел убить ее?
Воины собрались вокруг.
— Это была работа.
— Убийство было твоей работой, Дорран? — продолжил допрос фагир.
— Я служил одану Тейлора, — пояснил воин. — Меня отправили в южные области, там восстали мергины. Мне приказали убить бунтовщиков и их главарей.
— Мергины не бунтовщики, а честные и справедливые люди! — возразила Далмира, и Улнар мысленно согласился с ней. Он верит в своих богов, мергины — в своих. И он хорошо знает, отчего мергины бунтуют…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
