— Теперь куда? — тяжело дыша, проговорил Хаггар. Шенн поглядел на небо:
— Анвинор там! — указал он. — Но туда мы не пойдем.
— Как? — изумился Руннор, прижимая к пробитому стрелой плечу окровавленную тряпку.
— Морроны, тупица! — сказал Эрбин. — Пока чернолицые на хвосте, нам никуда не деться. Выследят.
— Знать бы, сколько их, — сказал Маррод, покачивая клинком. С лезвия капала кровь.
— Биться хочешь? — спросил Хаггар, взвешивая в руках секиру.
— Для того нас и наняли, — Маррод взглянул на десятника. — Разве нет?
— Но мы не знаем, сколько их. И не знаем, куда отступать, — сказал Идгерн. — Думай, мастер, скоро они найдут нас!
Улнар смотрел на спину Маррода и думал, что воин сражается так, как никто другой. И что он, Улнар, может прекратить погоню — стоит только показать морронам флакончик Ош–Рагн… Но что скажут друзья? Как объяснить, что он не служит гунорбохорской ведьме? И еще: власть Ош–Рагн велика, но не все морроны подчиняются ей. Преследователи могли быть из их числа.
Шенн бросил взгляд на звезды:
— Идем туда! — указал он, и никто не стал спрашивать, почему. Фагир вывел отряд из засады, и теперь ему верили все.
Глава 7. Буря
— На востоке болота гулхов. Там есть, где пройти, и морроны туда не сунутся, но это далеко. Не дойдем, — объяснял Шенн настырному Хаггару. — Учитель говорил: в эти пески морроны не заходят. Нет воды, песчаные бури…
Хаггар фыркнул и сплюнул на песок.
— А мы как пройдем? Все припасы там остались. И вода. Только фляги при нас, и то не у всех.
— Пройдем, — уверенно сказал фагир. — У меня карта. По ней мы выйдем к источнику.
— Источник? Прямо в пустыне? — усомнился рыжебородый воин. — Что–то не верится…
Они сделали, как велел Шенн: повернули на север. Изрезанные холмами и лощинами земли сменила пустыня, усеянная бурыми клочками травы и низким колючим кустарником. Затем потянулись голые безводные пустоши, где властвовали ветер и песок.
— А следы–то заносит! — радостно показал товарищам Семир. — Морроны не выследят нас.
— Мастер, — к Шенну подошел Улнар. — Разреши спросить.
— Конечно, Улнар. Спрашивай.
Воин говорил вполголоса, пока они не отошли в сторонку:
— Мне случалось видеть карту Арнира. Настоящую карту, ту, что есть у самого одана… Я много скитался и знаю, что на ней многого нет, а я всегда хотел знать: что там, на западе?
— Ты любознателен, — отметил Шенн. — Как тебе, должно быть, известно, за Кхином простирается великая равнина. К югу она упирается в горную гряду, на севере опять же горы, в которых, нашли убежище остатки древних. Это место известно как Эльденор.
Улнар кивнул:
— А слышал ли мастер о Гунорбохоре?
— Гунорбохор? Хм, воин, откуда тебе известно об этом месте? — Шенн с удивлением взглянул на Улнара.
— Бывает, мы допрашиваем пленных морронов… Я знаю, это их родина.
— Я сам недавно узнал о нем. Это болотистые земли к западу от Анвинора.
— Сколько дней пути?
— Зачем тебе это знать?
— Любопытно, — Улнар не мог лгать, но и правду говорить было нельзя. — Я слышал: там кочуют многие их племена, и Ош–Рагн собирает их под свою руку. Вот я и думаю: сколько времени им потребуется, чтобы дойти до Кхина, и успеем ли мы вернуться быстрее? Ведь ты говорил: от нас зависит жизнь многих…
— Ты мыслишь, как военачальник. И знаешь имя Ош–Рагн…
— Имя морронской ведьмы знает всякий, кто когда–нибудь бился в приграничье, — ответил воин. — Можешь спросить у Хаггара.
— Ты слышал о Следе Топора? — спросил Шенн.
— Да. Это трещина, рассекшая Кхинор надвое.
— Ты прекрасно знаешь мир, Улнар! Так вот, начало След Топора берет недалеко отсюда, а заканчивается у болот Гунорбохора.
Улнар кивнул. Теперь все ясно.
— Скажи, мастер, а что дальше? Что за болотами на твоей карте? Или это тайна?
— Не тайна. Дальше пергамент заканчивается, — улыбнулся Шенн.
— А ты хотел бы узнать, что там, мастер?
— Конечно!
— Когда соберешься туда, вспомни обо мне. Я тоже хочу это узнать.
Шенн довольно рассмеялся:
— Я рад, что в этом мы похожи.
Среди бесконечных рыжих барханов гулял ветер, занося следы путников. И правда, подумал Улнар, здесь нас морроны не найдут. Если сами тут не сгинем.
Солнце палило. Ноги увязали в мелком красноватом песке. Улнар заметил что–то блестящее, наклонился и поднял изогнутый осколок ракушки. Похожие он в детстве находил на берегу Восточного моря. Но там было много воды, а здесь…
Могучий Карон помогал идти раненому стрелой Руннору. Воин двигался тяжело, загребая ногами, и Улнар подумал, что он долго не протянет. Так и случилось. После привала Руннор подняться не смог.
Шенн осмотрел раненого: горячий лоб, затрудненное дыхание. Фагир нахмурился:
— Дай мне осмотреть рану!
Сама рана была неопасной: стрела угодила в мякоть мышцы, не задев кости, но воин потерял много крови. Наконечник тут же извлекли. Как водится, рану присыпали толченым корнем синелиста, останавливающего кровь, и наскоро перевязали.
Шенн снял повязку и покачал головой: рана не заживала. Кожа по краям была черной, сама рана сочилась гноем…
— Что? Что там? — спрашивал бледный, как полотно, Руннор. Шенн молчал, заново перебинтовывая рану.
— Вот, съешь и запей, — Шенн высыпал раненому в рот порошок и поднес к губам свою флягу. — Все будет хорошо, верь мне.
— Он выживет? — спросил фагира Хаггар. Шенн качнул головой:
— Не знаю. Похоже, стрела отравлена. Я не знаю, что это за яд. Это очень плохо.
— Слушай, мастер, а может… — воин многозначительно погладил рукоять кинжала. — Если он все равно не выживет? И ему мучений меньше.
— Нет! — резко ответил Шенн. — Я не знаю, выживет ли он, но… Незачем это, десятник. Морроны не идут за нами — иначе бы давно нагнали — значит, не надо спешить. Он может выжить. Вели сделать носилки.
Воины взяли копья, накинули сверху плащи, привязали. Так, меняясь каждый час, несли Руннора.
— Пейте меньше, — говорил воинам Шенн. — До источника еще далеко.
— Что–то небо мне не нравится, — сказал Эрбин, указывая на горизонт.
Улнар вгляделся: действительно, небо подернулось черно–синей дымкой, а солнце заволокло серым туманом.
— Что это может быть? — спросил Хаггар. — Мастер, ты знаешь?
Шенн помрачнел:
— Это песчаная буря. И нам ее не обойти.
— Теперь я понял, почему морроны не суются сюда! — крикнул Идгерн. — Они не такие дураки, как ты!
Словно в подтверждение, налетевший порыв ветра швырнул воинам в лица горсть песка. Послышались витиеватые проклятья Эрбина — песок попал эшнарцу в глаза.
— Это пустяки по сравнению с тем, что вот–вот начнется, — сказал Шенн. — Слушайте меня. Замотайте лица и привяжитесь друг к другу. И не останавливайтесь, если хотите жить. Вперед!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
