синхронизацию показалось, что чувствую затылком холодный бетон. А вот ног не чувствую… А нет, похоже, чувствую… Но лучше бы не чувствовал!
Внимание! Запущен процесс подготовки очистки и регенерации брони.
Внимание! Активировать быструю очистку с уничтожением агрессивной среды?
Очень хотелось согласиться на максимально быструю, чтобы ноги перестало колоть и жечь, но меня смутила формулировка про уничтожение. Если дают выбор, то интересно из чего он состоит?
Второй вариант, соответственно, был медленным, но типа умным. С анализом среды и попыткой выработки противоядия. Не совсем антидота, но, по крайней мере, система в следующий попыталась бы хоть как-то побороться.
Стиснул зубы и спрятал под себя руки, прижав их к креслу — чтобы даже возможности расчесать зудящую кожу не было.
Пофиг на Мертвую голову, джентльменское один — один меня вполне устраивало, как говорится, ничего личного, просто делим территории. Вопрос был неконкретно в этом монстре — а в том, что ждет меня на той стороне. И судя по первому контакту — я банально еще не готов. Ни к среде, ни к скудной энергии, ни к монстрам.
Вывод напрашивался простой — надо стать сильнее. И я даже рад был, что на той стороне меня ждет такой противник. Считай, лакмусовая бумажка — пройду его, значит, пройду и дальше!
Пока размышлял, просчитывал свои перспективы: уровень, навыки, скорость набора опыта, возможности комбинирования и все прочее, что могло помочь, ноги восстановились. Кислотные пузыри и бородавки разгладились, оставив после себя только бледные следы на броне. Вот только их было настолько много, что казалось, будто на Оридже надеты светлые гольфы. Или, как вариант, странный загар человека в высоких носках.
— Осталась третья дверь, — я хмыкнул, — надеюсь, там не по одежке встречают.
Похоже, из-за переезда аномалии, поменялись местами и пункты назначения. Третья дверь вела на нашу сторону. И даже не в какую-то прям жопу мира, а всего-то в паре тысяч километров от «Тридцать седьмой». И во вполне развитом секторе.
Вот только в аномальной зоне, отчего эта часть в рамках сектора считалась серой зоной. И еще был один минус — сектор был под фоггерами. Как, впрочем, и соседние…
— Ладно, вы копать, а я пойду одолжу у кого-нибудь транспорт…
Я протащил через портал Рава и Джама, указав им на портал и, по сути, продублировав алгоритм изъятия. Оставил им Хомяка для охраны, а сам осмотрелся и построил маршрут до ближайшего поселения.
* * *
От автора: Со следующей главы откроется подписка и она уже на сайте! В случае каких-то сложностей с оплатой, пишите в личные сообщения. Спасибо за поддержку, лайки и комментарии!
Глава 6
План был простой: выкопать портал и перевезти его на «Тридцать седьмую». В принципе, ничего невозможного — пройти две тысячи километров по территории фоггеров.
Орнитоптер бы не помешал, но в случае успеха лететь мне сначала сюда, а потом на «Тридцать Седьмую» по времени будет столько же (а то и больше), сколько отсюда на нормальной машине напрямую. А в случае неуспеха — фоггеры поймают, лишусь и портала, и орнитоптера. После Вормсити птичка не является для них чем-то неожиданным, а на трети мощности (с грузом) шансы уйти от них приблизятся к нулю.
Я посмотрел на карту, освежая в памяти все, что знал про этот сектор.
Номер — 92.
Полуофициальное название — «Черный лес», благодаря большому количеству оргенума (или оргенонума, как его называли местные) и его производных.
Неофициальное название — «Аокигахара» (в честь японского леса самоубийц).
Население (на весь сектор) около десяти тысяч человек и техники.
Шесть крупных поселений — все связанные с добычей, обработкой и изучением местной «древесины».
Плюс, десятки мелких «лесопилок».
В отличие от Роберта, мне оргенум никогда особо не нравился. По виду как засохшие коряги, по весу как кирпичи, по цене как автомобили. В промышленности практически не использовали, в основном в декоративных целях, но многим нравилось. На Большей земле ценили за оригинальность и причастность к Мерзлоте, а здесь за эффект уюта и тепла, которой давал эффект древесины. Но, вроде бы даже не горел. Но это не точно, при таком ценнике проще было денежные купюры в камин бросать, так что особо желающих проверить не находилось.
Много было теорий о происхождении этого материала, и теперь (после изучения биомов Разлома) я склонялся к тем, кто считал оргенум замерзшей (застывшей, окаменевшей) гигантской плесенью или мхом-мутантом.
В общем, никакого уюта я в них теперь не видел, а выйду из синхронизации, пробегусь по станции. По-любому Роберт протащил какую-нибудь «ценность».
И пофиг, что ученые доказали, что оргенум не влияет на психику человека. А неофициальное название (Лес самоубийц) сектор получил не из-за самого материала, а из-за тех паразитов, что из него вылезли. Давний случай, когда материал только открыли и толком не умели обрабатывать. Но как бы там ни было — почти сто операторов погибли, когда их мозгами завладела какая-то ересь.
Я делал ставку на какой-то из подвидов метаморфов, но за давностью лет обсудить это было не с кем. Тогда зараженный город просто сравняли со льдом, залили все химией, выжгли, а потом еще и бетоном залили. И с тех пор, прежде чем собрать «урожай» его дополнительно обрабатывали спецсредствами. Но, говорят, оргенум после этого даже мягче становился.
Все мои познания об оргенуме и конкретно о том случае были почерпнуты из документалки, которую я смотрел еще в больнице сразу после разморозки. Но углубляться в тему я не собирался.
Хотя там, где я оказался, оргенума было полно. Портал стоял чуть ли не в центре большой поляны, расчищенной аномалиями — несколько пучков, висящих в воздухе, похожих на «Сухой лед». А за ними уже во все стороны тянулся скрюченный лес.
Я прошелся мимо аномалий, разглядывая основание — похоже, мы не первые, кто за счет таких зон, территорию искусственно ограничивает. Спасибо вам, люди прошлого и будущего, сейчас мне это на руку.
— Хоук, прием! — я вызвал нашего боевого начальника по рации. — Хоук! Есть вопрос!
— Я на обеде, — пробурчала девушка. — Хочешь поговорить, приходи.
— Уже иду…
Вернулся в Приют и вышел из синхронизации. Надо было раньше поесть, а то вместо разговора все мысли о еде будут.
Хоук сидела в зале одна. Подтащила свой столик прямо к информационному экрану, разделенному сейчас на
