Гаульхофер на основе исследования истории “положений ноги” показал связь этой казалось бы чисто “натуральной” и заданной естественными (анатомическими) параметрами характеристики с особенностями представлений общества о правильном и красивом в облике человека, о формах его достойного и недостойного поведения в обществе: “Идеальные положения… также отвечают стилю какого-то времени, как и одежда, танцы, музыка, стихосложение, живопись и архитектура” [см. 837, р. 94].
М. Маусе в своей работе “Социология и антропология” [1031] дал сравнительный анализ того, как люди различных национальностей используют свое тело в силу определенных культурных традиций. Он показал, в частности, что люди разных профессий, поколений и культур ходят по-разному, по-разному держат руки во время и после еды и т. д.
Некоторые исследователи характеризуют тело человека как “социальный (социокультурный) факт” [900, 901, 951], как "социальную структуру", имея в виду социальную сформированность того, “как мы воспринимаем физическую сторону нашего существа и как контролируем ее, как мы используем тело и как обращаемся с ним, как мы владеем телом и как к нему относимся” [811, S. 99].
К. Хайнеманн, специально анализируя эту проблему, отмечает, что можно выделить четыре аспекта тела, рассматриваемого как "социальная структура", "социальный факт": а) "техника тела" – способы осуществления разнообразных движений (бег, ходьба, прыжки, плавание и т. д.); б) "экспрессивные движения тела" – положение тела, жесты, выражение лица и т. д., которые служат средством символического выражения, самовыражения и коммуникации, т. е. "языка тела"; в) "этос (этика) тела" – отношение к телу, представление о нем, соответствующее личной и социальной идентификации и связанное с чувствами стыдливости, стеснения, идеалом красоты и т. п.; г) контроль инстинктов и потребностей.
Он обращает внимание на то, что каждая культура создает определенные нормы, касающиеся телесности, которые выступают как регуляторы поведения человека. Эти нормы определяют ситуации, когда тело может быть обнаженным и, наоборот, когда оно должно быть скрыто от взора, когда разрешены определенные рефлексы или спонтанные движения (например, чихание, кашель, смех, слезы), уточняют положения тела, которые считаются приличными и т. д. [900, 901].
В своей социализированной форме тело человека, его физические качества и способности относятся уже не к сфере биологии, а к миру социальных явлений и к миру культуры – в той степени, в какой оно является результатом сознательной, целенаправленной деятельности по его изменению и является ценностью в оценке определенного социального субъекта.
Как справедливо отмечает И.М. Быховская, включение “человека телесного” в социокультурное пространство влечет за собой существенные последствия для его телесности, превращающейся из биологического феномена в явление социокультурное, приобретающей в дополнение к своим природным атрибутам свойства и “окраску” социального, культурного толка – как объективного характера (телесно-двигательные атрибуты), так и субъективного, проявляющегося в придаваемых телу смыслах, значениях, его символизации и т. п. [70, с. 24].
Возможность такой модификации телесности прекрасно понимал еще Гегель, который писал, что свою собственную природную форму человек не оставляет такой, какой он ее находит, а намеренно изменяет. В этом причина всех украшений и уборов, всех мод, какими бы варварскими и безвкусными они ни были… как, например, крошечные ножки китаянок или прокалывание ушей и губ. Все те социальные модификации природного тела человека, на которые ссылается в данном случае Гегель, и являют собой пример тех физических качеств, форм человеческого тела, которые приобрели "культурный статус (,характер)", стали элементами культуры для определенного социального субъекта.
Для обозначения тела человека как социального, культурного и социокультурного феномена в отличие от естественного, биологически заданного тела необходимы определенные термины.
Интересный вариант решения данной проблемы предлагает И.М. Быховская [67–71]. Прежде всего она различает понятия "тело" и "телесность". Если первое понятие характеризует естественное тело человека, природную "сому" человека как таковую, то "телесность" – "это ‘очеловеченное’ тело, приобретшее в дополнение к своим изначально данным, естественным характеристикам те свойства и качества, которые порождены спецификой человеческой, социокультурной среды, определяющей условия существования, характер осмысления, принципы использования и преобразования свойств и качеств человеческого тела" [67, с. 40–41; 70, с. 26]. Заметим, что понятие “телесность” в его сопоставлении с понятием “тело” все шире применяется в различных науках – в философии [177, 684, 925, 1151], в современной психологии, где с телесностью связываются “психические процессы, понимаемые в культурно-семиотическом и психотехническом залоге” [475, с. 86] и т. д.
Наряду с двумя указанными понятиями И.М. Быховская вводит также понятия природного, социального и культурного тела. "Природное тело" – "биологическое тело индивида, подчиняющееся законам существования, функционирования, развития живого организма". "Социальное тело" – "результат взаимодействия естественно-данного человеческого организма (природного тела) с социальной средой: с одной стороны, это проявление ее объективных, спонтанных явлений, стимулирующих реактивные и адаптивные “ответы” тела; с другой – оно производно от целенаправленных воздействий на него, от сознательной адаптации к целям социального функционирования, инструментального использования в различных видах деятельности”. "Культурное тело" – “продукт культуросообразного формирования и использования телесного начала человека. “Культурное тело" как бы “снимает” характеристики двух других уровней телесного бытия; оно является своего рода квинтэссенцией, завершением процесса перехода от “безличных”, природно-телесных предпосылок к собственно человеческому, не только социально-функциональному, но и личностно-означенному бытию телесности” [70, с. 26–27; см. также 67, с. 55–56].
Нам представляется, что в предлагаемой концепции не совсем точно указано различие “социального тела” и “культурного тела”. Специфику “социального тела” И.М. Быховская усматривает в том, что тело человека целенаправленно формируется для использования и действительно используется в различных видах социальной деятельности. Но ведь это означает, что для определенного социального субъекта тело выступает и как определенная ценность, а, значит, и как элемент культуры, т. е. как “культурное тело”. И сама И.М. Быховская характеризует физическую культуру (см. ниже) как нормы, ценности и т. д., связанные с “формированием, сохранением и использованием телесно-двигательных качеств человека”. К числу тех процессов, которые должны быть изучены при анализе телесности человека как социокультурного феномена, она причисляет “преобразование, целенаправленное формирование телесных характеристик, двигательных навыков на основе принятых ценностей, норм, идеалов, образцов” [70, С. 25]. Кроме этого И.М. Быховская не разъясняет отношение указанных понятий к понятию “телесность”.
Поэтому, поддерживая в целом предлагаемый И.М. Быховской путь решения обсуждаемой проблемы, считаем целесообразным внести в него некоторые коррективы. Для обозначения тела человека как социального феномена (т. е. подвергшегося процессу социализации) мы предлагаем использовать термин “социальное тело”. При этом важно различать социальную модификацию естественно-данного человеческого организма (природного тела) в результате стихийного воздействия на него социальной среды от его модификации в результате сознательного, целенаправленного воздействия с ориентацией на определенные идеалы, нормы и т. д. Это различие может быть отражено, например, в терминах “стихийно сформированное социальное тело” и “сознательно сформированное социальное тело”. Термин “культурное тело” в рамках этой терминологической системы целесообразно использовать для обозначения тела человека как культурного феномена (т. е. представляющего ценность для определенного социального субъекта, а значит, ставшего элементом культуры), а термин “социокультурное тело” – для обозначения тела человека как социокультурного феномена.
Понятие, структура и основные показатели соматической культуры. Социализация и “инкультурация” органического тела человека, его физического состояния происходит прежде всего за счет того, что возникает особая социальная деятельность, направленная на их социально-культурную модификацию. Эта деятельность предполагает определенное отношение человека, социальных групп, общества в целом к телу, к физическому состоянию, использование определенных средств для изменения их в нужном направлении, формирование определенных интересов, потребностей, ценностных ориентаций, норм и правил поведения и т. п. На определенном этапе развития общества появляются специальные социальные институты, которые направляют свои усилия на то, чтобы обеспечить функционирование и развитие человеческой телесности, физических качеств и способностей человека в соответствии с общественными и личными запросами. Важно и то, что между участниками рассматриваемой деятельности складываются определенные социальные отношения.
