Я порой поражалась — как могла бояться его. Настолько Хорх был нежным, заботливым и внимательным.
Но…
В одно, совсем не прекрасное утро, меня разбудил не нежнй поцелуй, а осторожное прикосновение горда Фаруша. Едва я открыла глаза и встретила его взгляд — сразу поняла — моей сказке о ЛЮБВИ пришел конец!
— Нэра, быстрее вставайте, и идемте со мной. Если не хотите познакомиться с нэрой Чариттой. Быстрее же! — уже почти грубо он тянул меня за собой, по дороге собирая в большой ком все шмотки, до которых мог дотянуться.
Мы вылетели из каюты ит-горда, и почти бегом помчались до лифта. Там, спуск на пять этажей…
Ого! Это же практически технический этаж! Даже тюрьма на два этажа выше!
И потом, уже выйдя из лифта, Фаруш немыслимо быстро волок меня куда-то внутрь замысловатого переплетения механизмов, труб, лесенок, кабелей. Постоянно нервно к чему-то прислушиваясь и озираясь. Я, как могла быстро, трусила за парнем, ни на что не жалуясь и ни о чем не спрашивая. Босые ноги заледенели и кровили от того, что я запиналась об острые углы и выпирающие части предохранительных колпаков.
Внезапно, горд остановился. Отпустив мою руку, и бросив на пол тюк с тряпьём, он открутил несколько шайб на предохранительной обшивке некоего монстрообразного механизма, снял лист, открывший слабо освещённое небольшое помещение.
— Входите. Живее!
Вошла. Вслед за мной, внутрь последовал тюк с тряпьём и постельными принадлежностями.
— Вода и еда есть. Туалет за опорной колонной. Освещение выключается вот здесь… Постарайтесь экономить еду. Не знаю, через сколько дней смогу пронести вам пищу. И, если вам дорога жизнь — ни звука! — скороговоркой протараторил парень, прилаживая панель на место.
Вот и всё… Замурована..
Ясно. Её Садишество прибыла на корабль…
А что я ожидала? И так, Судьба была ОЧЕНЬ милостива ко мне. ТРИ месяца Счастья… Это немало!
Вздохнув, начала изучать помещение. Довольно большое… Метров двести. Зато теплое… Не окоченею. Кругом торчали трубы, тянулись кабели, стояли какие-то установки. В переплетении гигантских труб я обнаружила большой диван. За гудящей установкой — туалет и раковину. Хоть с водой нет напряженки…
Застелила диван. Сложила халат и комбинезон.
Побродила ещё немного. Накатила чёрная тоска. За ней последовали слёзы. Много слёз. Нарыдавшись до икоты, внезапно уснула, свернувшись в калачик.
Потянулись дни моего вынужденного заточения. Как ни странно, я почти не хотела есть. Пила довольно много. Спала. Бродила между тихо журчащих, жужжащих, шипящих, гудящих машин. Тихо разговаривала с ними.
Сегодня подсчитала царапинки, которые делала на обшивке какого-то трубопровода.
Я одна уже одиннадцать дней.
Мдя… если я умру, вспомнит ли хоть кто-нибудь о рабыне из Закрытого мира?
На двенадцатый день моего заключения, послышался шорох и позвякивание в том месте, где меня впустили в техпомещение. На всякий случай, притаилась в сплетении труб и кабелей. Тихие шаги.
— Нэра, где вы? — позвал горд Фаруш.
Выползла из укрытия, поздоровалась.
— Идемте… вас решено поселить среди наших спутниц, — парень положил на диван сверток с одеждой.
— Нэра Чаритта уехала? — нейтрально поинтересовалась я.
— Да. Она улетела готовиться к свадьбе. Нэра Чаритта беременна.
Слова Фаруша с трудом дошли до моего обомлевшего мозга. Всё. Хорх женится… Навалилась вялая истерика. Хотелось покричать, поплакать… но я не могла… Жесточайший приступ тошноты заставил меня рвануть к унитазу. Выворачивало долго и мучительно.
Сильные руки подняли меня и помогли умыться.
— Вы исхудали… — неодобрительно оглядев меня, сделал вывод горд.
— Кушать не хотелось, — неопределенно ответила я, — Простите, если оскорбляю вас своим замурзанным видом.
— Вы меня не оскорбляете. А пугаете. Я не знал, что вы ждете ребенка… И вас бросят тут одну. Если бы знал, то навещал бы каждый день, несмотря на запрет, — отводя глаза, едва слышно ответил парень.
"Как это — беременность?" — затупил разум, — "Как я, взрослая баба, не заметила беременности? Хотя… в той, земной жизни, у меня тоже часто были нарушения циклов. Но это не мешало мне исправно беременеть…"
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что меня ждет?
— Не знаю. Будете тут находиться до родов. Я постараюсь создать вам комфортные условия. После родов решится ваша судьба. Скорее всего, вас продадут в бордель… — горд досадливо поморщился, — Я просил ит-горда о милости… чтобы он позволил обратиться к нэре Чаритте с просьбой продать вас мне. Ит-горд отказал… Ваша жизнь сейчас в руках страшной, лживой садистки… Не надо было выбирать командора… Переодевайтесь. Нам надо идти.
Вот и все… страшный конец красивой сказки…
***
Прошло пять месяцев. Они были как в тумане. Беременность переносилась очень тяжело. Токсикоз не оставлял н на минуту. К тошноте прибавились сильные головные боли. Скакало давление. Я почти не вылезала из медотсека.
Хорхейна я больше не видела. За мной тенью ходили Фаруш и врач. Остальная команда, и девушки в том числе, относились ко мне с плохо скрываемым сосраданием, переходящим в откровенную жалость.
Было горько, обидно, одиноко. Но я держалась. Всегда была вежлива и любезна со всеми. Старалась никому не мешать и не докучать. Никто не должен знать о том, что твориться в моей душе. Они и так более чем добры и терпеливы.
А потом настал Чёрный день.
Мне не здоровилось уже третий день. Тянуло живот. Постоянно шла кровь из носа и рта…
К тому же, куда-то пропал Фаруш. Я робко спросила о нём у Старшины. В ответ получила странный взгляд… и никаких пояснений.
Мы ещё спали, когда в нашу комнату вошло несколько мужчин, по поведению похожие на земных секюрити. Вспыхнул свет. Девушки испуганно кутались в одеяла. Когда в комнату вошла красивая беременная женщина, все девчонки слетели с кроватей и бухнулись на колени. Я тоже сползла с постели, с трудом опускаясь в нужную позу.
— Свободны, — мелодичным голосом отдала команду нэра Чаритта, — Вышли! Все!
И девчонок и охрану словно ураганом унесло.
— Что он в тебе нашел? — прошипело над моей склонённой головой, — Тощая, синяя, забитая… Что в тебе притягивает мужчин? Так, что лишает чувства самосохранения? И почему Звёзды одарили всех самок твоей расы таким подарком?
Не по женски сильная рука, схватила меня за волосы, заставляя поднять глаза на прекрасное лицо. Вернее, оно было бы прекрасным. Если бы злоба, похоть и садизм не оставили на нём свои мерзкие следы.
— Умойся! Через полчаса чтобы была в кают-компании. — неожиданно, её лицо исказила судорога боли. Шипя, она схватилась за живот, — Меркий ублюдок! Аааа… как же больно! — шипела Чаритта сквозь зубы.
Что-то мне это не нравится. Похоже на начало схваток…
Но Чаритта уже отвернулась и быстро вышла из комнаты.
Девчонки осторожно входили в нашу комнату.
— Нэра, давайте мы вам поможем, — тут же кинулась ко мне Мирайя, помогая встать, — Мы всё слышали. Сейчас поможем умыться и быстро оденем.
Действительно, девчонки успели и меня умыть-одеть, и сами привели себя в порядок. Робкой стайкой мы пошли в кают-компанию экипажа. Только успели встать, как снова открылась дверь и в помещение вплыла ослепительно улыбающаяся Чаритта… рука об руку с невозмутимо-заботливым Хорхейном. Любимый скользнул по мне равнодушным взглядом… И во мне что-то с жалким писком разбилось. Наверное это были сердце и душа.
— Мы прилетели сюда, чтобы явить Звёздам наследника. Скорее всего, у меня сегодня будут роды. А завтра, вам всем будет представлен мой сын. Обладатель уникальных способностей и являющий собой образец нашей расы. По этому поводу — три дня будут праздниками!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Окончание этого краткого и сухого сообщения все встретили аплодисментами. Супружеская пара выплыла из помещения. А ко мне подошли три телохранителя нэры Чаритты.
— Мы сопроводим вас в медблок. Госпоже сообщили, что у вас, возможно, тоже будут роды. Она милостиво позволит вам воспользоваться услугами своего врача. — меня недвусмысленно взяли под ручки и настойчиво потянули в медблок. Под испуганные взгляды девчоной и затравленно-сочувствующие — мужчин.
