«Останься со мной, молю тебя, останься со мной», – мысленно повторял Дэниел.
Глава 3
Следующий час пролетел как в дымке тяжелого сна. Хозяин дома, герцог Кингсборо, пришел на помощь Дэниелу сразу после того, как в леди Ночь стреляли. Он в это время находился рядом – любовался фейерверком, – и сейчас Дэниел был очень благодарен ему за участие.
– Положите ее на землю, – приказал Кингсборо, поспешно сбрасывая с себя фрак, чтобы расстелить на траве для леди Ночь.
Дэниел тотчас же выполнил указание герцога, а тот, мгновенно развязав свой галстук, скомкал его и бросил приятелю со словами:
– Прижимайте покрепче к ране. Постарайтесь остановить кровь.
Сердце болезненно сжалось в груди Дэниела, когда он прижал галстук к рваной ране на левом плече девушки. Белая ткань тут же стала красной от крови, и Дэниел отчаянно заморгал, пытаясь прогнать дымку, туманившую зрение. Он прижал галстук покрепче, и Ребекка тихо застонала.
Кингсборо же обратился к брату, прибывшему вместе с двумя джентльменами, одного из которых Дэниел узнал, это был лорд Роксбери.
– Уинстон, оставайся здесь, а я попытаюсь выяснить, что, черт возьми, произошло. – Герцог выпрямился и быстро направился в сторону террасы.
Пальцы Дэниела дрожали, когда он снял маску с лица леди Ночь, надеясь, что так ей будет легче дышать.
– Наверное, лучше отнести ее в дом, – сказал лорд Уинстон. – Рану нужно промыть. И я уверен, что леди будет там удобнее.
– Не могу не согласиться, – раздался женский голос. Дэниел повернул голову и увидел мать герцога, вдовствующую герцогиню. Говорила она вполголоса, но, судя по всему, была настроена весьма решительно. – И поскольку мы не знаем, насколько опасна рана, следует поспешить.
Дэниела охватил панический страх. «Господи всемогущий, она не может умереть прямо сейчас. Это будет вопиющая несправедливость. Я обязан ее спасти. Она должна жить…» – мысленно твердил он снова и снова.
Подхватив девушку на руки, он постарался овладеть собой, так как понимал: решительность и способность мыслить ясно – только это сейчас поможет. Крепко прижимая к себе леди, голова которой покоилась на его плече, Дэниел быстро зашагал к ступенькам, ведущим на террасу. Лорд Уинстон и вдовствующая герцогиня следовали за ним по пятам, и на лицах обоих было выражение крайней озабоченности.
Поднявшись на террасу, Дэниел направился к стеклянным дверям, за которыми открывался бальный зал. Внезапно перед ним возникла полная пожилая дама, преградившая ему путь.
– Что это значит? – спросила она, переводя острый, как лезвие бритвы, взгляд с лица леди Ночь на лицо Дэниела. Рядом с пожилой дамой стоял хмурый джентльмен весьма плотного телосложения.
– Кто-то стрелял в эту леди. Прошу, пропустите меня, – проговорил Дэниел срывающимся от волнения голосом. – Ведь она ранена…
– Покажите рану, – потребовала пожилая дама.
«Черт возьми, кто эта грубая и бессердечная особа?» – подумал Дэниел.
– Почему бы вам не пойти вместе с нами? – сказала герцогиня, и Дэниел восхитился ее выдержкой. Что до него, так он бы просто оттолкнул нахалку и продолжил путь. Неужели она не понимала, насколько дело срочное?
Женщина пронзила его суровым взглядом, потом молча кивнула, отступив в сторону и позволяя ему пройти. Дэниела охватил гнев; шагая через бальный зал, он представлял, какой выговор устроит этой мегере. Как она смела подвергать жизнь леди Ночь еще большей опасности?!
Поднявшись по лестнице, ведущей в холл, Дэниел обнаружил там Кингсборо. Вид у герцога был растерянный; похоже, ему не удалось найти стрелка.
– Сюда, – сказал он, выводя Дэниела в коридор, а затем – в гостиную, обстановка которой была выдержана в различных оттенках зеленого. – Можете устроить ее здесь, Невилл. Я уже послал за доктором, однако… – Герцог смутился и тихо спросил: – Она еще жива?
У Дэниела перехватило горло; уложив леди Ночь на обитый шелком диван, он лишь кивнул в ответ.
– Похоже, что жива, – пробормотал Уинстон.
Вдовствующая герцогиня, которая последовала за Дэниелом в гостиную, жестом попросила его отстраниться, потом начала осторожно спускать рукав платья с плеча девушки.
– По крайней мере мы можем сейчас попытаться промыть рану, – пояснила она. – Будьте добры, дайте мне бренди… и другой галстук. Этот промок насквозь.
Дэниел поспешно развязал свой шейный платок, а Кингсборо, налив в стакан бренди, поставил его на ближайший к дивану стол. Герцогиня встала на колени, опустила шейный платок в стакан, а затем плотно прижала его к открытой ране.
Герцог откашлялся и пробормотал:
– Я думал, она…
– Сбежала от нас, – перебила его полная дама. – Очевидно, заранее все обдумала.
В какой-то момент показалось, что герцог хотел ей возразить, но выражение его лица вдруг смягчилось, и он, обращаясь к полной даме, проговорил:
– К несчастью, я не имею представления, кто это сделал. Похоже, преступник уже сбежал, однако я послал за констеблем. Поэтому будем надеяться, что преступление вскоре будет раскрыто. А пока что я беру на себя всю полноту ответственности за произошедшее несчастье. Надеюсь, вы примете мои искреннейшие извинения.
Полная дама и ее супруг коротко кивнули, и герцог обратился ко всем присутствующим:
– Я должен отойти, чтобы сообщить о случившемся нашим гостям. Но скоро вернусь. Справитесь до моего возвращения?
– Все будет в порядке, – заверила сына герцогиня, и тот поспешно покинул гостиную.
Ноги Дэниела словно приросли к полу, а взгляд обращался то на рану на плече леди Ночь, то на хмурую полную даму и ее мужа, которых он не знал. Почему они остановили его? И почему герцогиня предложила им пройти в гостиную? Скорее всего, эти люди являлись родственниками леди Ночь. Но если так – то почему их пригласили на бал без нее? Этому не было никакого разумного объяснения, разве что… Похоже, девушка сказала ему правду.
С минуту Дэниел обдумывал слова полной дамы. Наконец, твердо решив все выяснить, шагнул к пожилой чете и поклонился.
– Позвольте представиться, – сказал он, стойко выдерживая придирчивый осмотр, которому немедленно подвергся. – Я мистер Невилл, а вы… – Дэниел попытался улыбнуться, дожидаясь, когда супруги хоть как-то отреагируют на его имя, – но тщетно; насколько он мог судить, они знали о нем не больше, чем он про них.
– Я лорд Грифтон, – ответил, наконец, пожилой джентльмен, – а это – моя супруга, леди Грифтон.
– Рад познакомиться с вами, – сказал Дэниел, стараясь говорить как можно учтивее.
Леди Грифтон смотрела на него точно ястреб, наметивший жертву.
– Не могу сказать, что разделяю вашу радость, – сообщила она. – Если бы не вы, возможно, она не стала бы мишенью для стрелка.
