После этого тетка удалилась и заперла дверь на ключ, оставив Ребекку гадать, как скоро придется встретиться со своими поклонниками. «Наверное, где-то через неделю», – решила она.
В свете всего, что сулило ей будущее, жизнь могла показаться бедняжке безрадостной, но Ребекка ужасно обрадовалась, узнав, что горничная убедила Грифтонов в том, что она, Лора, ничего не знала о готовившейся эскападе молодой хозяйки. По словам хитрой служанки, Ребекка поменяла местами свою чашку с чаем, в который был добавлен лауданум[1], с ее чашкой, где был обычный чай. Горничная рассыпалась в извинениях, молила о прощении и проклинала себя за недостаточную бдительность; дошла даже до того, что заявила, будто Ребекка не понимала, что для нее хорошо, а что плохо, – зато все то, что затеяли Грифтоны, отвечало ее интересам как нельзя лучше. Грифтоны проглотили эту ложь и больше никаких вопросов не задавали.
– Наверное, не стоит и надеяться, что красивый молодой джентльмен вскорости нанесет вам визит? – спросила Лора. – Какая гадость все старики, которых подыскали вам граф с графиней! Почему они не хотят найти человека, который больше подходит вам по возрасту, – такого, с которым вы и вправду могли бы обрести счастье?
Ребекка невольно застонала – плечо пронзила боль, когда она чуть повернулась, чтобы лучше видеть Лору.
– Наверное, они просто не хотят брать на себя труд и возить меня в Лондон на балы. Ведь наготове уже есть два джентльмена, которые согласны меня взять, освободив их от столь ужасной обузы. К тому же они боятся лишних расходов. Ты же знаешь, как дядя с тетей трясутся над каждым пенни.
Лора кивнула.
– Да, это правда. Хотя меня все равно терзают подозрения… Кажется, что здесь еще что-то кроется. Слишком уж они настаивают… – Девушка покачала головой и добавила: – Если спросите меня – я вам вот что скажу: дело это очень темное…
Такая мысль и Ребекке приходила в голову, но она так и не выяснила, оправданны ли ее подозрения.
– Не знаю… – пробормотала она. – У меня нет причин думать, что они хотят от меня избавиться не просто так.
– Может, вы правы, – согласилась Лора, но в голосе ее звучало сомнение. Она вздохнула, потом вдруг улыбнулась. – Итак, миледи, там был какой-то молодой человек? Вчера вы познакомились с мужчиной, который, возможно, приедет вас навестить или… быть может, сделать вам предложение?
Губы Ребекки тронула улыбка, когда она снова вспомнила своего безрассудного повесу.
– Да, там был один, и его общество доставило мне огромное удовольствие.
Лора даже вскрикнула от волнения, но тотчас зажала рот ладонью; в глазах же ее горело любопытство. Немного помолчав, она шепотом спросила:
– Миледи, кто же он?
– Ну… – Ребекка сделал паузу для пущего драматического эффекта. – Его зовут мистер Невилл, и он – наследник маркиза Уолвингтона.
Брови Лоры поползли вверх.
– Должно быть, красивый! И наверное, очаровательный – так мне кажется.
– Почему ты так считаешь? – удивилась Ребекка.
– Потому что вы та-ак произнесли его имя, миледи!..
Ребекка посмотрела на девушку с недоумением, и тогда горничная повторила слова хозяйки, подражая ее мечтательным интонациям и закатывая глаза. Потом, рассмеявшись, вскочила со стула, чтобы принести госпоже чашку чаю. Оглянувшись через плечо, она с лукавой улыбкой сказала:
– Думаю, этот молодой человек сразил вас наповал.
Ребекке не хотелось лгать, и она проговорила:
– Должна признаться, что не могу выбросить его из головы. Хотя думаю, замуж за него выходить нельзя. Он мне не подходит.
– Почему же это? – спросила Лора, снова садясь возле постели Ребекки и подавая ей горячий чай.
– Потому что он распутник. И с ним у меня никогда не будет счастливой семейной жизни, о которой я мечтаю. Ты была бы шокирована, узнав о некоторых из его проделок. Но если бы даже я решилась закрыть глаза на его многочисленные пороки… Ох, сомневаюсь, что тетя с дядей его бы одобрили. К тому же у них под рукой есть и граф, и герцог.
– Но если он наследник…
– Ты не хуже меня знаешь, что наследник – не считается, – перебила ее Ребекка. – Для них он просто человек без титула. Да еще и обремененный дурной славой. – Она со вздохом покачала головой. Как печально, что ее родственники – такие ограниченные люди! Но они не одни такие. Сколько презрительных взглядов было адресовано минувшим вечером мистеру Невиллу! Ребекка сделала глоток чая, откинулась на подушки и закрыла глаза. – Да о чем я вообще говорю? Как будто можно ожидать, что он заедет с визитом… Нет, подобное маловероятно. Ведь он узнал, кто я такая. И даже красотой не отличаюсь, что делает его интерес ко мне еще более подозрительным. Видимо, мне суждено выйти за Топпера или… – Ребекка наморщила носик. – За Гроувера.
Открыв глаза, она обнаружила, что Лора пристально смотрела на нее.
– Миледи, сколько раз вам твердить, что вы красавица? Когда же вы наконец мне поверите?
Ребекка грустно улыбнулась.
– У меня слишком смуглая кожа – ни у кого такой нет. Да еще и черные волосы… Не думай, что я забыла, как другие девочки смеялись надо мной, когда я была маленькой. Они называли меня цыганкой! Я бы не удивилась, если бы узнала, что кто-нибудь из них зовет меня так и поныне.
– Ну, если дело в этом, тогда они не знают, как цыгане выглядят на самом деле. Вы унаследовали испанскую кровь вашей матушки, вот и все. Тут нечего стыдиться, миледи. И уж если на то пошло – вам следует радоваться, что вы не такая, как другие девушки. Я бы нисколечко не удивилась, узнав, что именно поэтому вы и понравились мистеру Невиллу. Кроме того… Возможно, он распутник, как вы утверждаете, но всегда остается возможность того, что он изменится. Ведь его друг герцог изменился же, не так ли?
Ребекка со вздохом кивнула:
– Да, полагаю, это правда. Но у него были на то весьма основательные причины. Слишком большая ответственность легла на его плечи. А вот у мистера Невилла…
– Никаких обязанностей, да? Но вы ведь только что сказали, что он наследник титула Уолвингтонов. Разумеется, в один прекрасный день ему потребуется жена, а затем и наследник.
– Уверена, что так, – согласилась Ребекка. Да и сам мистер Невилл говорил ей об этом. Но предложив свое имя, он совсем не обязательно предложит ей и верность – супружескую верность. Ребекка отдала пустую чашку горничной и, устроившись на подушках, зевнула.
– Прости меня, Лора, но мне вдруг стало нехорошо. Попытаюсь немного отдохнуть.
– Отдыхайте, миледи. А я пойду срежу для вас нарциссы – как и обещала.
– Спасибо, – прошептала Ребекка, закрывая глаза. Она услышала шаги Лоры, а затем – тихий скрип двери. Уже проваливаясь в сон, она снова вспомнила об улыбке мистера Невилла, обнимавшего ее и кружившего в танце.
