– Вот именно, Найджел, душка, – поддакнул Рейф. – Будь хорошим мальчиком и пожелай нам доброй ночи.
Найджел нахлобучил шляпу и, метнув на Рейфа злобный взгляд, обратился к Фанни:
– В случае чего, немедленно зови меня на помощь.
– Не беспокойся, Найджел, твоя помощь мне скорее всего не понадобится. – Любезность ее тона несколько не вязалась с той решительностью, с которой она развернула Найджела лицом к поджидавшей его карете.
Рейф подошел к ней вплотную.
– И ты действительно находишь этого скользкого вертлявого типа привлекательным?
Фанни, кивнув с улыбкой на прощание последнему из гостей, шепнула своему новоиспеченному телохранителю:
– Если тебе так уж надо знать – нет, мне он не нравится.
Проводив гостей, Фанни вернулась в дом. Рейф последовал за ней. Фанни подошла к витражной двери, выходившей в сад, и прислонилась лбом к прохладному стеклу. Сгустились сумерки, небо окрасилось багрянцем. Рейф, стоя у нее за спиной, отодвинул задвижку, и тут же их накрыло волной лимонно-пряных ароматов сада.
Рейф сделал глубокий вдох.
– Опьяняет, правда? – Он заметил, как поползли вверх уголки ее губ до того, как Фанни спохватилась и стерла блаженную улыбку с лица прежде, чем обернуться к нему.
– Я должна распорядиться, чтобы для тебя приготовили комнату?
– Я не прошу комнату, может, лишь место, где я мог бы умыться. Мне бы хотелось взглянуть на твою спальню. – Прочистив горло, Рейф добавил: – Мы располагаем достоверной информацией о том, что обнаруженный мертвым в палате общин господин был похищен среди ночи из собственной спальни.
Слегка оторопевшая, Фанни направилась к лестнице, бросив через плечо:
– И где, позволь спросить, ты намерен спать?
Глава 4
– Проснитесь, сэр.
Кто-то бережно тронул его за плечо. Рейф с трудом заставил себя разлепить веки, и первое, что он увидел – замысловатый узор персидского ковра и гнутую деревянную ножку приставного столика. Скользнув взглядом вверх, он обнаружил китайскую вазу на полированной столешнице.
Рейф рывком сел, зажмурился и снова открыл глаза. Теперь он понял, что находится в особняке Грейвил-Ньюджентов. Юная горничная, бедром поддерживая тяжелый поднос с завтраком, взирала на него с любопытством.
– Шоколад для мисс Фрэнсин стынет, сэр.
Затекшее от неудобной позы тело не желало повиноваться. Несколько неуклюже Рейф выбрался из кресла, перекрывшее проход к спальне Фанни.
– Я сам принесу ей шоколад, – заявил Рейф, схватившись за поднос.
– Нет, сэр, мисс Фрэнсин…
Не внимая протестам горничной, Рейф забрал у нее поднос и направился в спальню Фанни. Перепуганная девушка трусила следом. Опустив поднос на кушетку с бледно-желтой полосатой обивкой, он раздвинул портьеры. В окно брызнул солнечный свет, из чего Рейф заключил, что утро сейчас совсем не раннее.
Не откладывая дел в долгий ящик, он тщательно обследовал комнату, заглянув в каждый уголок, после чего направился к находившейся в центре спальни большой кровати с балдахином.
Рейф боролся со сном долго, но, как видно, его все же сморило. Любопытно, Фанни всегда спит допоздна, или ей тоже долго не удавалось уснуть вчера? И что не давало ей спать? Не волнующие ли воспоминания с участием того, кто караулил дверь ее спальни? С возникшим было чувством вины Рейф легко справился, задав мыслям иное, более конструктивное направление.
– Доброе утро, Фанни.
Фигуристый холм под одеялом изменил очертания.
– Убирайся из моей комнаты, – донесся голос из-под одеяла. – Я не шучу, Рейф.
Взвесив за и против, Рейф решил остаться, чтобы увидеть еще кое-что.
– Я лишь хочу убедиться, что разговариваю именно с мисс Грейвил-Ньюджент.
– Рейф! – Одеяло вспорхнуло и отлетело в сторону. Фанни приподнялась, опираясь на локти. – Убирайся! – Копна каштановых кудряшек, обрамлявших свежие, раскрасневшиеся ото сна щеки, гневно качнулась из стороны в сторону. Рейф ухмыльнулся. Такая же хорошенькая, как ему помнилось, и даже лучше. И вся пламенеет от ярости. Он и забыл, как возбуждающе она на него действует. Последние пять лет он старался совсем о ней не вспоминать, решив для себя раз и навсегда, что она не для него.
Рейф перешел к отступлению:
– У нас впереди целый день, Фанни. Я должен тебя опросить, затем провести осмотр…
Он знал, что этот грозный прищур ее глаз не сулит ему ничего хорошего, и все же отвлекся, чтобы взглянуть на часы. В результате едва успел поймать летящую в него подушку.
– Надо же, уже скоро полдень. Мы с тобой проспали все утро. Самое позднее через полчаса мы должны выезжать.
Миниатюрная горничная набралась храбрости и вытолкала его за дверь под тем предлогом, что чем раньше она начнет одевать хозяйку, тем быстрее мисс Фрэнсин сможет куда-то отправиться.
К тому времени, как Фанни спустилась в столовую, экипаж уже ждал их возле дома. Наспех завернув в салфетку вареное вкрутую яйцо, пару ломтиков ветчины и булочку с маслом и сунув еду в карман, Рейф, взяв мисс Грейвил-Ньюджент под локоток, повел ее к карете.
– Прошу прощения за спешку, но мы сегодня сильно отстаем от расписания.
Как только они уселись в карету, Рейф вытащил из кармана узелок и, расстелив на коленях Фанни салфетку, разложил на ней припасенную еду.
Фанни резанула по нему взглядом, затем опустила глаза на лежавшую у нее на коленях еду. Насупив брови и брезгливо скривив губы, она поддела пальцем кособокий сандвич.
– Это что?
– Яйцо и ветчина на булке. – Рейф вытащил из кармана перочинный нож и, разрезав яйцо на относительно тонкие кружочки, водрузил его на ломтик ветчины, лежавший поверх намазанной маслом булки. Подумав, он накрыл яйцо второй половинкой булки маслом вниз. – Я почти каждое утро так завтракаю – по дороге на работу.
Фанни нерешительно взяла в руки сандвич. Первый раз она откусила с опаской. Второй раз уже с удовольствием вонзилась зубами в мягкий хлеб. Подкрепившись немного, Фанни вновь встретилась глазами с Рейфом.
– Не мог бы ты оказать мне любезность и объяснить, о каком расписании идет речь и почему я непременно должна ехать с тобой?
– Если ты можешь предложить иной способ охранять вверенную тебе персону и одновременно проводить расследование, прошу поделиться со мной своими соображениями. Скажу больше: Скотленд-Ярд был бы весьма благодарен за любой совет, который ты могла бы дать…
– Я тебя поняла, Рейф. – Фанни жевала, в молчаливой злобе взирая на своего телохранителя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
