Не обращая внимания на холод, Девлен скрестил руки на груди и посмотрел вслед удаляющейся карете, которая уже катилась вниз с горы. Похоже, Беатрис Синклер еще доставит ему немало хлопот.
Глава 6
Издалека Крэннок-Касл казался темно-серым, но на самом деле кирпичи были почти черными. Из долины внизу просматривалась лишь часть старого крыла замка. Деревенские жители не могли разглядеть четыре башни с зубчатыми краями, напоминающими ощеренную пасть, или извилистую подъездную дорогу, ведущую к массивной сводчатой двери.
Снизу лишь открывался вид на крепкую башню с толстыми стенами, за которой прятался осыпающийся древний замок. Может быть, и обитатели Крэннока скрывали свои тайны за надежным на вид фасадом?
Карета стремительно неслась вниз, к Килбридден-Виллидж. Похоже, вознице не раз приходилось совершать путешествие по петляющей горной дороге к замку и обратно, и он успел приобрести известную сноровку. Правда, Беатрис дважды швыряло почти к самой дверце кареты. Чтобы не выпасть, ей приходилось хвататься за ремень, закрепленный над окном.
Ближе к подножию горы дорога стала чаще петлять. Здесь то и дело попадались коварные изгибы и повороты, но кучер почему-то лишь сильнее нахлестывал лошадей, заставляя их мчаться все быстрее. И Беатрис всерьез задумалась о том, уж не этот ли самый возница виновник памятного несчастного случая, лишившего Роберта родителей и навсегда приковавшего Камерона Гордона к инвалидному креслу.
В долине дорога оказалась изрыта канавами, и экипаж с грохотом трясся на ухабах. Один раз он так резко накренился, что едва не перевернулся, и Беатрис мысленно простилась с жизнью. Но кучер, вместо того чтобы снизить скорость, принялся громогласно бранить лошадей. Съежившись в уголке кареты, Беатрис слушала его крики.
На той же бешеной скорости экипаж въехал в деревню. Лошади неслись по улицам так, словно за ними гнались волки. Возница не сделал ни малейшей попытки замедлить ход. Он гнал коней, не обращая внимания на выбоины на дороге.
Беатрис закрыла глаза, вцепилась обеими руками в ремень и принялась шептать слова молитвы, пока карета мчалась по Килбридден-Виллидж.
Каких-нибудь десять минут спустя девушка услышала резкий пронзительный звук и увидела, как мимо окна пролетело колесо. Карета внезапно сильно дернулась и накренилась, продолжая двигаться вперед, но уже гораздо медленнее.
Должно быть, сломалась ось. Беатрис цеплялась за ремень, пока карета не остановилась окончательно.
– Мисс Синклер! – Голос Гастона раздался прямо под ухом Беатрис. Повернувшись, она увидела, что слуга просунул голову в распахнутую дверь кареты и протягивает ей руку. – Вы хорошо себя чувствуете, мисс Синклер? – Беатрис кивнула, хотя ее еще слегка подташнивало. – Я помогу вам выйти, мисс Синклер. Вам будет удобнее подождать снаружи, пока починят колесо.
Карета заметно осела набок, и Беатрис пришлось осторожно подбираться к оказавшейся вверху двери, после чего Гастон подхватил девушку и бережно опустил на землю. Хотя слуга действовал со всей возможной деликатностью, а Беатрис тщательно заботилась о том, чтобы не показывать свои нижние юбки, все же при приземлении юбки предательски раздулись, обнажив ноги. Беатрис смущенно покосилась на Гастона, но тот, похоже, ничего не заметил, а если и заметил, то тут же забыл.
Девушка поспешно расправила юбки. Старательно обходя грязные лужи, она направилась к обочине дороги. Только там Беатрис поняла, где находится. У мельницы. На земле Джереми Маклауда.
Должно быть, она сдавленно вскрикнула, потому что Гастон с тревогой посмотрел в ее сторону. Она помахала ему рукой, давая понять, что все в порядке.
– Поломка нас немного задержит, мисс Синклер. Томасу придется вернуться в Крэннок-Касл за новой осью. Или за другой каретой.
Беатрис так и хотелось возразить, что если бы Томас хоть немного посматривал на дорогу и ездил осторожнее, то ничего не случилось бы. Но она только кивнула в ответ.
День определенно не задался. Тот самый человек, с которым Беатрис совершенно не хотелось встречаться, уверенно направлялся к ней. Джереми Маклауд. Она отчетливо разглядела его рыжеватые волосы и тронутое бронзовым загаром лицо.
– Тебе нужна помощь, Беатрис?
– Здравствуй, Джереми. Нет, спасибо.
– Как видите, – добавил Гастон, указав рукой в сторону кареты, – у нас случилась небольшая неприятность.
Беатрис так и не поняла, то ли Гастон нарочно обратил внимание Джереми на герцогский герб на дверце кареты, то ли Маклауд сам его заметил.
– А что ты тут делаешь, Беатрис?
Девушка сжала руки, пытаясь унять дрожь.
– Я получила место в Крэннок-Касле и вернулась домой, чтобы забрать вещи.
– В Крэннок-Касле? Прежде я вел с ними дела.
Джереми растерянно замолчал. Похоже, он не собирался продолжать беседу. Беатрис хотелось расспросить его об обитателях замка, но подобные расспросы вызвали бы подозрение, что она все еще сомневается в своем решении, поэтому она тоже предпочла промолчать.
Неловкую тишину нарушил Гастон.
– Если вы объясните, как добраться до вашего дома, мисс Синклер, я мог бы поехать туда верхом на одной из лошадей и привезти все, что вам нужно.
– В этом нет нужды, – вмешался Джереми. – Если хотите, я одолжу вам телегу. Дом Беатрис совсем недалеко. Туда можно добраться пешком.
Джереми знал, о чем говорил. Он часто бывал в доме Беатрис.
– Вот и отлично, – кивнула Беатрис, стараясь придать голосу как можно больше любезности. – Как мило с твоей стороны предложить мне телегу.
Она искренне надеялась, что на сегодня запас неприятностей уже иссяк, но стоило ей только подумать об этом, как пошел дождь.
– Расскажите мне о своих ночных кошмарах, – попросил Девлен.
Роберт сидел на полу, выстраивая оловянное войско. Восточный ковер в герцогской спальне служил полем брани, его узоры обозначали холмы и долины, реки и ручьи. Девлен подарил кузену этих солдатиков на Рождество. Многочисленную армию Роберта пополнил батальон гессенских наемников и английских солдат.
– Дурные сны участились? – Девлен опустился на пол рядом с мальчиком. Захватив пригоршню солдатиков, он принялся расставлять их в ряд.
– Нет, не так. – Роберт недовольно махнул рукой. – Лучше я сам. Они ведь должны победить.
Юный герцог Брикин обожал играть в войну, и Камерон, к досаде Девлена, всячески поощрял это увлечение. Если другие мальчики любили слушать истории о храбрости и героизме, то Роберта всегда интересовали подробности битвы. Он хотел знать, сколько человек погибло, сколько сражений пришлось выдержать, прежде чем окончилась война, да и многое другое, что, по мнению Девлена, не должно занимать мысли семилетнего ребенка. Хотя кто знает? Возможно, мисс Синклер известно об этом больше. Или у нее столь же мало опыта в обращении с детьми, как и у него самого?
