Он понял, что просчитался, когда, чуть помедлив, она добавила:
– Ваш план был обречен на неудачу еще до того, как вы приблизились к нашему экипажу.
Калли возмутилась бестактным поведением своей подруги:
– О, Файер!
Лорд Эман выглядел очень растерянным.
– Я уверен, что мистер Броули не хотел вас оскорбить, миледи. Прошу вас, примите наши извинения.
Маккус бросил на виконта раздраженный взгляд.
– Если в этом будет необходимость, я и сам смогу принести за себя извинения, Эман.
Возможно, к дочери Солити требовался иной подход. Он уже привык к дамам, которые таяли при виде мужественного и высокомерного красавца. Но леди Файер с такой решительностью схватила свой зонтик, как будто собиралась пронзить его этим оружием.
– Я устала от сидения в экипаже, – заявила она, обращаясь к своей спутнице. – Если вы не возражаете, мисс Маблворд, я бы предпочла вернуться домой.
– Да, конечно, – поспешно согласилась Калли.
Робкий взгляд, брошенный на Эмана, был красноречивее слов – ей явно хотелось остаться, чтобы продолжить завязавшееся между ними знакомство.
Маккус решил воспользоваться неожиданным замешательством. Он крикнул кучеру, и тот остановился. Не обращая внимания на Эмана, удивленно смотревшего на него, и возмущение леди Файер, Маккус придержал свою лошадь и, спрыгнув с седла, привязал ее к герцогскому экипажу.
Леди Файер тут же поднялась, чтобы отругать и кучера, и нового знакомого, но растерялась, не зная, с кого начать. Маккус решил, что должен перехватить инициативу, и распахнул дверь экипажа.
– Что вы себе позволяете? – в гневе воскликнула Файер.
– Но разве я могу оставить леди в беде? – улыбаясь, сказал Маккус и взял ее за руку.
Леди Файер была слишком расстроена, чтобы думать о соблюдении внешних приличий. Она вырвала руку и демонстративно вытерла ладонь, затянутую в перчатку, о юбку. Этот оскорбительный жест едва не привел Маккуса в бешенство. Когда он схватил ее за тонкую талию и почти вынес из кареты, Файер громко закричала:
– Немедленно отпустите меня! – Она вся дрожала от охватившей ее ярости и, как только ощутила под ногами землю, больно ударила Маккуса.
– Бог ты мой, Броули! Вы сошли с ума! – воскликнул Эман. – Если вам понравилась леди, разве можно проявлять свой интерес к ней подобным образом? – Виконт быстро спрыгнул на землю и, посмотрев по сторонам, укоризненно добавил: – Недопустимое легкомыслие!
– Файер, ты не ушиблась? – спросила Калли, придвигаясь ближе к открытой двери экипажа. Она беспомощно оглянулась на лорда Эмана, пребывая в полной растерянности.
Леди Файер, в отличие от своей подруги, чувствовала себя намного увереннее. Она знала, чего хотела: ей нужно было заставить этого нахала раскаяться в своем поступке.
– Нет, – ответила она и бросила возмущенный взгляд на Маккуса.
Если бы она снова ударила его, Броули сумел бы ей ответить. Но он, казалось, приветствовал ее яростную реакцию, хотя и помнил, что дело превыше всего.
– Эман, успокойтесь. Нет никакой нужды становиться на защиту дамы. Она сама призналась, что с ней все в порядке. Возможно, я проявил излишнее рвение, исполняя волю леди Файер. Но ей хотелось прогуляться, а я с радостью готов сопроводить ее.
Лицо девушки залил густой румянец, и оно приобрело такой же яркий оттенок, как и ее роскошные волосы.
– Я не высказывала подобной просьбы! – сверкая своими изумрудными глазами, возразила она и бросила мимолетный взгляд в глубь аллеи.
К сожалению, ее опасения подтвердились. В такой день многие лондонцы соблазнились хорошей погодой, решив отдохнуть на природе.
– Скромность всегда считалась неотъемлемым достоинством утонченной леди, – заявил Маккус, едва не рассмеявшись.
Дочь герцога не отличалась ни робостью, ни застенчивостью. Если бы Файер начала спорить с высказанным замечанием, она бы тем самым признала, что не может претендовать на то, чтобы называться истинной леди.
– Леди Файер, мы в компании друзей, и я буду счастлив, если вы позволите сопровождать вас, пока мисс Маблворд и лорд Эман продолжат беседу. – Он склонился к ней и прошептал: – Если вы отвергнете меня, Эману придется встать на вашу защиту и поссориться со мной. Выдержит ли ваша репутация еще один публичный скандал?
Калли, ухватившись за дверь, с наигранной бодростью воскликнула:
– Я бы могла присоединиться к вам, если вы хотите. – И бросила тоскливый взгляд в сторону виконта. Лорд Эман остался безучастен к ее молчаливой мольбе, так как он, все еще нахмурившись, смотрел на Маккуса. Однако от внимания леди Файер не укрылось истинное желание Калли.
Смирившись с тем, что из этой ситуации нет достойного выхода, и не желая вновь притягивать к себе всеобщее внимание, Файер сказала:
– Нет, Калли, не волнуйся. Оставайся с лордом Эманом. Я приму благородное предложение мистера Броули сопроводить меня. Думаю, прогулка пойдет мне на пользу. Мы не задержимся.
Мисс Маблворд вручила леди Файер ее зонтик.
– Если вы торопитесь из-за меня, прошу вас, не стоит. Я с удовольствием вас подожду.
Лорд Эман тем не менее все еще не мог справиться с изумлением, которое вызвало в нем беспечное поведение Маккуса. Будучи истинным джентльменом, он не допускал мысли, что леди Файер может пострадать от навязчивости Маккуса, с которым он ее познакомил.
Мистер Броули тем временем предложил девушке руку, нарочито вежливо склонившись перед ней. Зеленые глаза Файер сверкали, метая молнии. Она гордо подняла подбородок и прошла мимо него.
– Прошу вас, мистер Броули, я не хотела бы, чтобы мое потрясение отразилось на вашем самочувствии, – многозначительно произнесла она.
В воздухе запахло войной.
Маккус отвесил поклон мисс Маблворд и коротко кивнул Эману, после чего присоединился к леди Файер. Он не отрывал глаз от девушки в голубой накидке, хотя редко позволял себе смешивать удовольствие и свои деловые интересы. Похоже, на этот раз Маккус был готов нарушить правила игры.
Идя на пару шагов впереди, Файер медленно пересекла поляну, за которой начиналась аллея, густо обсаженная деревьями. Ни хотелось как можно дальше отойти от экипажа. Если мистер Броули собирается сообщить ей нечто важное, то пусть это произойдет не на глазах гуляющей публики. Файер зябко повела плечами, вспоминая свое столкновение с лордом Стэндишем и леди Хипгрейв. У нее не было ни малейшего желания делать смою жизнь достоянием любопытных зевак.
Она ощутила приближение мужчины еще до того, как он коснулся рукава ее платья. Это прикосновение было сравнимо с разрядом, которые посылают хитроумные французские машины. Файер резко остановилась.
