— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я. Боковым зрением, я вижу, как Мэри подбегает, чтобы прервать разговор.
— Извините, Мисс Геллар, но мне строго-настрого приказали не пускать этого человека в здание, — говорит она, одаривая его яростным взглядом.
— Всё в порядке, Мэри. Он уже уходит.
Мэри переводит взгляд с меня на Майлза с выражением неуверенности на лице. Она кивает и направляется обратно к своему рабочему месту. Недолго думая, я иду через холл к дверям. Я знаю, Майлз следует за мной, потому что могу слышать шуршащий звук, который издаёт его куртка, когда его рукава трутся об его бока, но мне плевать. Я не хочу иметь дело с ним сегодня вечером. Или в любой другой вечер.
Я выбегаю из парадных дверей StoneHaven Publishing на улицу. Я всё ещё привыкаю к необходимости надевать пальто куда бы я ни пошла. Даже холодная зима в Лос-Анджелесе ничто по сравнению с температурой здесь.
— Бекка, подожди!
— Чего ты хочешь? — спрашиваю я, разворачиваясь к нему. Майлз делает шаг назад, поражённый гневом в моём голосе. Он поднимает свои руки вверх, словно сдаётся. Люди, которые спешат домой, обворачиваются на нас с любопытными взглядами, как будто ожидают, когда же вспыхнет драка. Мои щёки пылают от смущения. Я не хочу больше иметь дело с этим. С меня хватит.
— Я хотел поговорить с тобой без твоего чрезмерно собственника-бойфренда, который ошивается вокруг. — он смотрит на меня с невинным выражением лица.
— Он не мой бойфренд.
— Мне так не показалось, — говорит он.
— Я не понимаю, что ты в нём нашла.
— Майлз, оставь меня в покое. Возвращайся в Калифорнию, или оставайся. Меня больше это не волнует. — Мне нужно добраться до дома. У меня опять начинает кружится голова.
— Я беспокоюсь о тебе. — Майлз хватает мою руку и притягивает её к себе. Я вздрагиваю от прикосновения его губ, но не от желания. Раньше его ласки переворачивали мой мир с ног на голову, но сейчас это уродливое напоминание о годах, которые я потратила впустую. Майлз и я были вместе так долго, что временами я забываю, что он был совсем другим человеком. Он был продолжением меня. Мы были две души, сплетенные в одну, до момента, который мы не пережили и всё разрушилось и рассеялось.
— Я провёл расследование насчёт этого парня. У него женщины повсюду. Он не тот, кто остепениться, как бы ты этого не хотела. — Ирония заключается в том, что Николас собирается остепениться с другой, но не со мной. Эта реально причиняет боль. Даже если я не хочу, чувствовать её, всё равно причиняет. Николас привлекает меня, как никто другой. Каждый раз, когда я рядом с ним, мой список мужчин которых следует избегать вылетает в трубу.
— И это говоришь мне ты? — спрашиваю я, закатывая глаза.
— Бекка, я хочу, чтобы мы вместе построили будущее. И мне не нравится этот парень. — Ты ему точно не нравишься. Я начинаю понимать, что Николас подпадает под свою собственную категорию. Он не вписывается ни в одни рамки и мне это нравится.
— Я совершил ошибку, но я люблю тебя. И хочу жениться на тебе, — признаётся он.
— Я больше тебя не люблю.
— Что?
— Я больше тебя не люблю, — повторяю я.
— Но я люблю тебя и буду бороться за нас, чтобы доказать это тебе, — говорит он.
— Думаю, что, если бы я мог доказать тебе, насколько я серьезен насчёт нас, ты сможешь полюбить меня.
К моему ужасу, Майлз опускается на одно колено и вытаскивает черную коробочку. Он открывает её, и посередине находится красивый грушевидной огранки бриллиант. Паника прокрадывается в мою грудь и в моё сердце. Моя голова начинает плыть, а моё тело слабеть, когда я качаюсь справа-налево, едва удерживая себя от падения лицом вниз. Я слышу, как Майлз зовёт меня и чувствую, как его пальцы сжимают мою руку, но его голос приглушён. Небольшой звон пронзает мое ухо, а затем всё замолкает. Последнее, что я вижу это тень и два ярко-голубых глаза, сверкающие гневом передо мной. Николас? Откуда он взялся?
Глава 8
Ребекка
Два дня спустя...
Лучи, проникающие сквозь окно, ослепляют меня потоком солнечного света. Моя голова раскалывается, когда я медленно сажусь в постели, которая кажется мне смутно знакомой. Я провожу рукой по правой стороне лица, и при моем прикосновении мой висок болит. Я морщусь от этой боли, которая выстреливает по всей правой стороне. Ощущение такое, что в моей голове всё полыхает огнем. Я осматриваю комнату, включая обои в пастельных тонах и фотографии, которые украшали стену. Малу-помалу мои мысли в голове проясняются, и я понимаю, что нахожусь в своей комнате. Что случилось? Даже думать больно.
— Как ты себя чувствуешь? — слышу я голос Кэрол до того, как она входит в мою спальню.
— Я так волновалась. — От её вида мне становится больно. Её глаза слегка слезятся, как будто она плачет.
— Я чувствую себя так, как будто меня сбил борец сумо.
Она смеется, заставляя меня вздрогнуть от боли, когда я улыбаюсь в ответ.
— Ты упала в обморок.
— Упала в обморок?
— Ты не помнишь? — я закрываю глаза, пытаясь вспомнить, но всё кажется расплывчатым.
— Я помню, как пришла на работу, как в офис приходила стервозная невеста Николаса, а затем увидела Майлза в холле...О, Боже, я помню, как он мне сделал предложение.
— Да, и ты почему-то забыла рассказать мне, что он в Нью-Йорке, мисси (прим. пер. шутл., ласк., реже пренебр. обращение к молодой девушке). — Кэрол разочаровано смотрит на меня, и я сразу же понимаю, что облажалась, скрывая это от неё.
— Прости, я очень хотела забыть, что он здесь, — говорю я, потирая лицо руками. Кэрол садится на край кровати рядом со мной.
— Ты пропустила такой спектакль. Когда ты разговаривала с Майлзом, твоя задница упала в обморок. По всей видимости, Николас искал тебя, когда увидел всё это. Он подумал, что Майлз что-то тебе сделал, поэтому ты упала и тогда он врезал ему в челюсть.
— Ни хрена себе.
— Да... хорошая новость доктор сказал, что ты, скорее всего, потеряла сознание от глубокого эмоционального потрясения, а твой организм уже работал на пределе, пытаясь бороться с гриппом. Бекка, я удивляюсь, как ты не разбила голову об этот чёртов тротуар.
— Я рада, что не разбила. Должна признаться, я весь день чувствовала себя неважно.
— Но сейчас с тобой будет всё в порядке. И похоже, что через некоторое время, у тебя появятся синяки. Кстати, ты что избегаешь Николаса? Он упомянул, что пригласил тебя поужинать.
— Да, — стону я.
— Хорошо, и почему же ты не хотела идти?
— Потому что я боялась, что он попросит меня быть с ним.
