узнаешь, — невозмутимо усмехается Каэль, изгибая бровь в привычной манере. — Только пей осторожно. Маленькими глотками.
Я и сама собиралась попробовать совсем немного, только лишь чтобы удовлетворить свое любопытство. Почти уверена, что это пойло куда хуже земных алкогольных напитков. Кто знает, каким может быть эффект… А я, вообще-то, собираюсь провести вечер в состоянии трезвого сознания, дабы усваивать всю необходимую информацию, ага.
— Ну… С днем рождения меня, — тихо произношу я, прежде чем сделать первый глоток.
Никакими словами не описать то, что я ощущаю следом. У напитка почти нет вкуса — но это лишь потому, что на него реагируют совсем иные чувства, нежели чем вкусовые рецепторы. У меня словно бы в одно мгновение открывается новое, шестое чувство, доселе неизведанное, и я ощущаю, словно только что сделала глоток чистой энергии. Ярко-красной, рубиновой, цельной, удивительно вкусной энергии, что вмиг растекается по всему телу, сворачивая в узел все нервные окончания одновременно, вынуждая их выстрелить энергетический разряд в каждую клеточку моего тела, и так же быстро отхлынуть обратно, расслабляя и отпуская, и вот я делаю выдох, а на самом деле -- издаю тихий стон, потому что мне кажется, все тело одномоментно испытало какой-то совершенно невероятный энергетический оргазм.
— Черт… — вырывается у меня.
— Никаких оскорблений, ты же помнишь? — усмехается Каэль, и я не сразу соображаю, что он находится совсем-совсем рядом. — Я думаю, теперь ты чуть больше понимаешь об “удовольствиях”, которыми мы здесь балуемся.
Заставляю себя выпустить стакан из рук, дрожащими пальцами опуская его обратно на барную стойку, и слегка отстраняюсь от демона.
— Понимаю, — стараюсь успокоиться и хотя бы попытаться говорить ровно, — И больше я такого употреблять не стану.
На долю секунды Каэль подозрительно щурится, явно не ожидая от меня такого ответа. Как бы то ни было, я не собираюсь ему объяснять, что предпочитаю состояние трезвого сознания любым сомнительным “удовольствиям”.
— Признаюсь, ты меня удивила, — наконец усмехается он, а я не успеваю ничего ответить, потому как кто-то совершенно наглым образом обхватывает меня за плечо со спины.
— Очередная полукровка! — чересчур громкий, полный веселья голос принадлежит какому-то демону с зелеными волосами, которого Каэль тут же отпихивает от меня и — удивительно! — даже поправляет упавший плед с моего плеча.
— Нет, Ли. Ты проиграл, так что брысь отсюда.
— Эй, у меня еще два вопроса!..
— Ты даже чистокровную меченую от полукровки отличить не способен. Проваливай.
— Тогда я задам вопрос, — раздается хриплый женский голос с другой стороны, и я, поворачиваясь на него, уже хочу сбежать отсюда подальше, особенно когда вижу создание, больше похожее на орка из онлайн-игры, — Она бастард твоего папаши? Вы с ней похожи чем-то…
— И ты проваливай, Олли, — раздраженно фыркает Каэль, сгребая меня снова в охапку и уводя от стойки, — Бастард… Что в твоих куриных мозгах вообще творится.
Кажется, Фанни выполнила свою работу на “отлично”, растрезвонив всем гостям вечеринки, что Каэль привел “особого гостя”. По крайней мере, пока мы доходим до небольшого диванчика в укромном уголке за ширмой, к нам еще несколько раз подходят с вопросами. Я старательно стараюсь их запоминать, думая про каждый, что он может оказаться верным, и что — вот она, та информация, которая мне нужна, но судя по тому, как от них отмахивается мой красноволосый дружок, здесь абсолютно все попали впросак. Неужели даже коренные жители ада, или… как его там, Шеола, — даже они не понимают, кем я могу быть? Почему обыкновенная девушка из Лондона, которая даже не верила прежде в мистику и прочую чушь, вдруг оказывается причастна к потустороннему миру? Как там обычно бывает в глупых фантастических фильмах… Я не прикасалась ни к каким артефактам, мне никто не оставлял наследство, я даже не умерла, черт возьми, чтобы попасть сюда!
Или все дело в том, что сегодня мой день рождения? Так мне не восемнадцать, мне двадцать два, это даже не круглая дата! Я просто собиралась сдавать экзамен по химии, не выспалась, и…
Я не выспалась. И тут я вспоминаю, почему.
Тот самый сон.
— Скажи, — не до конца оформив мысль в своей голове, спрашиваю я Каэля, как только мы оказываемся наедине за ширмой, а он мне зачем-то вручает свой коктейль, что забрал с барной стойки, — А я сама… Могу задавать вопросы?
— Зависит от того, сколько тебе успела рассказать Клото, — усмехается он, вальяжно облокачиваясь на локоть и смотря на меня теперь снизу вверх.
— Мне приснился сон, — решаю перейти сразу к делу, — Мне кажется, он как-то связан с этим местом.
На мгновение на лице Каэля словно бы пролегает тень сомнения. Интересно, почему?
— Вам, землянам, разное снится, — уклончиво отвечает он.
— Когда ты мне дал тот напиток… И все эти цвета в воздухе вокруг… Я точно знаю, что мне снилось что-то похожее…
— Да? — игриво усмехается демон, поднимаясь и оказываясь ко мне почти вплотную. — И о чем же был этот сон?
Кажется, я моментально краснею, и не могу придумать сходу, как дать лаконичный и в то же время понятный ответ, завуалировав смысл. Поэтому вскакиваю, неловко пятясь — всего лишь хочу сократить дистанцию, но, кажется, слегка теряю равновесие и задеваю ширму плечом.
— Неважно, — стараюсь отшутиться я, придерживая хрупкую конструкцию, которая, кажется, вот-вот развалится от моих неловких посягательств на нее. — Скорее всего, и вправду, просто всякое приснилось…
Запоздало слышу рычание за спиной, и не сразу понимаю, почему вдруг Каэль так обеспокоенно вскочил. Инстинктивно я все еще стремлюсь сократить расстояние между нами, снова делаю шаг назад, и…
Кажется, наступаю на что-то. Или на кого-то. Слышу лишь приглушенный скулеж, а следом — еще более громкое рычание за своей спиной.
Успеваю лишь заметить, как глаза Каэля округляются… Словно бы от самого настоящего ужаса. Сердце пропускает удар, падая стремительно в пятки, и я медленно разворачиваюсь, понимая, что не увижу ничего хорошего. Особенно, если учесть, что в эту секунду становится все тише и тише.
Еще мгновение — и замолкает вообще все. Слышно лишь, как утробно рычит адская тварь, перед мордой которой я оказываюсь. Морда принадлежит огромной, просто невообразимых размеров черной псине, что обнажает свои здоровенные, размером с мою голову, клыки.
А еще, пока я не зажмуриваю в испуге глаза, готовая прямо сейчас
