их мирах. Проявлять столь явное прямое вмешательство недопустимо.
— Это им на благо, — поднес руку к затылку Цорг.
Цасси была права, но… признавать свою ошибку не в правилах высших сущностей, поэтому бог лета судорожно размышлял, как выкрутиться.
— Ты истратил свои попытки на вмешательство. Ты ведь понимаешь? — повернулась к нему Цасси.
В ледяном зеркале появилось отражение блондинки, которая еще не знала, что неожиданно стала супругой феникса. И что ей предстоит отправиться в другой мир, из которого, возможно, она не сможет вернуться.
— Но ты ведь мне поможешь? У тебя ведь остались твои попытки? — попытался Цорг спиной загородить фигурки смертных, которые начали разговаривать.
— Мое время зима, — равнодушно обронила владычица ледяных чертогов и пошла к своему трону.
Вокруг засуетились снеговики, убирая снег, налетевший с ее пушистой шубки. Да и ледяное зеркало в очередной раз нужно восстановить. Бог лета зачастил к ним в гости, и каждый раз после его визита приходится делать ремонт и заморозку предметов интерьера.
Цасси села, расправила складки своего белого одеяния. Она творит свои шалости зимой, среди снегов и морозов, сосулек и вьюг. Сейчас, в разгар лета, она может только наблюдать, не вмешиваясь. А вот ее добрый друг увлекся, перестарался. Как это типично для него… Цорг никогда не мог сдержать свой огненный темперамент и страдал чрезмерностью.
Ну что ж, проделка бога лета весьма забавна, пусть и нарушает законы Земли. Но улаживать это с покровителями того мира ему придется самостоятельно. А она понаблюдает. А зимой, может, и вмешается, если Цорг очень попросит.
Елена Огнева
С процессом одевания мы управились легко и быстро, в чем нам помогли рулетка, интернет-магазины и срочная курьерская доставка. С едой помогли они же, но уже без рулетки.
Фиктивный жених вел себя прилично. Рук не распускал, пошлостей не говорил. Информацию о своем мире выдавал, но порционно. Сошлись на том, что ему туда необходимо вернуться. А я могу помочь. Филипп настойчиво мне рекламировал свой прекрасный край, наличие магии, дивные культурные ценности, чистый воздух. С экологией у них там все в порядке, не то что у нас. А вот транспорт гужевой. И лишние конечности у животных, на которых ездят.
В переводе на простой язык: у кого есть лапы или четыре ноги — бегают, прыгают и скачут на них. У кого есть крылья — еще и летают. У кого только две ноги, те ездят верхом на всех остальных.
— Я не умею ездить верхом, — сразу обозначила я. — Так что учти, если я отправлюсь в твой мир на пару дней, мне нужно будет обеспечить карету. Или что там у вас.
— А если задержишься — научишься?
— С чего бы вдруг мне задерживаться? — подняла я брови. — У меня работа, родители, квартира хорошая, прекрасная налаженная жизнь.
— Но нет мужа и детей.
— Так у меня и в твоем мире их нет, — рассмеялась я. — Вот уж замуж выйти — это не проблема. Сложно найти мужчину, который бы соответствовал заявленным требованиям, чтобы согласиться на брак с ним. Успею еще я найти мужа, если поставлю себе цель — выйду.
— Вот это уже вряд ли, — едва слышно пробормотал он.
— Что?
— Нет, ничего. А каким требованиям должен соответствовать твой супруг?
— О, ну я не оригинальна. Все предельно просто, ничего сверхординарного я не жду. Мне нужен обеспеченный, привлекательный, умный мужчина. С хорошим здоровьем и гибким характером. Чтобы не злоупотреблял алкоголем и не имел других вредных привычек. Трудолюбивый. Не люблю ленивых и инертных. Еще хотелось бы, чтобы он знаком был с понятием «романтика», я это ценю.
— И все? — уточнил Филипп, зачем-то загибая пальцы, словно галочками отмечал.
— Ну-у-у… — Я попыталась вспомнить, над чем еще мои подруги постоянно подшучивают, говоря, что я мужа найду нескоро. — А! Вспомнила. В идеале, чтобы у меня свекровь отсутствовала или жила не слишком близко. Не испытываю желания делить такого замечательного мужчину с его мамой. — Тут я рассмеялась, давая понять, что не принимаю все свои запросы буквально.
— А титул? Владения? Наличие сильного дара?
— У нас ни у кого нет титулов. Владения — это входит в состав обеспеченности. Уж на свою квартиру-то он должен был заработать. Мы ведь не студенты уже все-таки. Наличие дара — ты про что? Таланты? Нет, ну если у него будет красивый голос, умение играть на музыкальных инструментах или рисовать, это только в плюс.
Выслушав, иномирный гость кивнул своим мыслям, довольно потер руки, и пришлось его слегка приземлить:
— Но тебе это зачем? Жених ты мне ненастоящий, а замуж в другой мир я не планирую. Даже если там есть тот мужчина, который соответствует всем моим запросам.
— Да-да… — согласился Филипп. И предложил собрать необходимые вещи, но такие, которыми я смогу пользоваться у него в волшебном крае.
Я к этим сборам относилась с огромной долей скепсиса. Ну, согласитесь, сложно всерьез воспринимать заявление, что мы отправимся в иную реальность, туда, где живут персонажи сказок и фэнтези-романов. Вышла я из возраста, когда безоговорочно веришь в любую дичь и радостно бежишь ей навстречу.
С другой стороны, вот же он — сказочный персонаж. Сидит своей волшебной персоной у меня на диване, ярко горит на солнышке огненно-рыжая шевелюра.
А потом все как-то внезапно и быстро случилось. Только вот собрала я сумку и рюкзак с разными девичьими мелочами, удобной одеждой и обувью. Выключила всю технику, отправила сообщения маме и начальнику, что срочно уезжаю. Маме надо забрать все из холодильника и овощи-фрукты из шкафа. Шефу придется мне оформить или отгулы, или отпуск за свой счет, потому что…
А потом без всяких ритуалов, танцев с бубнами, магических пассов Филипп просто обнял меня, прижал к себе лицом в грудь — ой, какой он горячий и как вкусно пахнет! — и вокруг повеяло жаром, словно мы вошли в раскаленную сауну.
Сухой горячий воздух обжег на несколько мгновений, дышать стало трудно, но неприятные ощущения быстро прошли.
Рука Филиппа, прижимающая меня за талию, ослабила хватку, и я смогла слегка отодвинуться и оглянуться. Увиденное снова вышибло воздух из груди, но уже от восторга.
Я стояла в коконе из огненных крыльев. Примерно так рисуют в детских книжках Жар-птицу, которая горит… Каждое перышко этих огромных огненных крыльев, которые укрывали меня шалашом и огораживали от окружающей действительности, сияло и горело. И по всем законам физики я должна была бы загореться. И я, и мои волосы, и моя одежда.
Но по неведомой причине этот невероятный жар
