своего фиктивного жениха запала, что уж тут скрывать. Мужик он роскошный, с какой стороны ни посмотри. И фигурально, и буквально. Но не настолько, чтобы украдкой в ночи лезть к нему под бочок.
Осторожно, стараясь не дышать, я оторвала голову от такой уютной — черт бы побрал Филиппа с его мощной харизмой — груди. Ах ты ж… Мои волосы скользнули по его коже, явно защекотали и разбудили мою прекрасную подушку.
Я медленно повернула голову, посмотрела на лицо мужчины и встретилась взглядом с сонными оранжевыми глазами. Неловкая ситуация. Очень!
Удивительно, но он тоже спал крепко, невзирая на то, что находится невесть где, в чужом мире, у чужой женщины… Хотя вроде уже и не чужой, а договорной невесты… Короче, спал он крепко. И не сразу понял, что я тут делаю, лежа на нем. А когда понял, улыбнулся немного удивленно и радостно. Ну еще бы мужик не радовался, обнаружив под боком красивую молодую женщину.
— Доброе утро, — хриплым со сна голосом поздоровался он.
— Доброе, — пришлось мне ответить и сделать попытку тоже улыбнуться. Буду все отрицать. Вот вообще все! — А я зачем здесь? — спросила и невинно похлопала ресницами.
Догадки у меня, конечно, возникли.
Зачем я здесь? Ну, реально, с какой бы стати я приперлась в ночи к потрясающему, офигенному мужику, забралась к нему в постель, обхватила руками и ногами и пригрелась? Вот даже предположений нет, для чего бы мне это понадобилось. Ага.
Филипп, чтоб его, подумал то же самое. Потому что улыбка его стала шире, а брови приподнялись.
— Ты меня перенес? Но… смысл какой? — пошла я в полную несознанку.
Ничего не знаю. Раз я не помню, чтобы шла сюда, значит, не было такого. Вот я еще только сама за мужиками не бегала. Не случалось такого никогда и не случится.
Улыбка феникса стала совсем уж неприлично широкой. Негодник! Я фыркнула и сообщила:
— Понятия не имею, как я тут очутилась. И когда ты меня перенес, даже не заметила, так крепко спала.
Вот только пусть попробует сказать, что это не он. Вероятно, предположения у него возникли, что будет, если он посмеет меня обвинить в домогательствах, поэтому Филипп промолчал. Только снова как-то подозрительно ухмыльнулся.
— Кофе хочу, — заявила я. — Выпустишь?
Нет, я, конечно, могу и сама перелезть. Но это чревато. Потому что мужик-то голый. Ага. И пробудился не только он, мужик, но и детали его мужского организма.
Выпустил меня Филипп. Вот прямо выпустил из объятий, гад такой, сел, придерживая простыню у пояса и пряча все самое интересное, негодяй… И выпустил.
Возмущенно пыхтя, я встала, быстро шмыгнула к себе за ширму и только там до меня дошло. Я забыла, что мы на «вы» и я «леди Елена». Он вчера предлагал просто по имени обращаться, но мы четко соблюдали вежливое обращение. А тут я мало того, что вломилась к нему в постель, так еще и «тыкаю» с утра пораньше.
Молодец, Ленок! Проявила себя во всей красе! Именно так и надо поступать с потрясающими экземплярами мужского пола, попавшими в твой дом.
Я уронила лицо в ладони, постояла, осознавая бездну своего падения. Пережила приступ стыда, а потом решила, что… Ну ладно. Жених как-никак. Фиктивный, правда, но это уже мелочи. Интересно, а как он целуется?
Черт!
Кофе! Много! И холодный душ!
Холодный душ не помешал мне еще немного поупиваться своим позором и порефлексировать. Я девушка взрослая, романы были. Но чтобы вот так, самой залезть в постель к мужчине — никогда. Это за мной ухаживали, когда красиво, когда не очень. Иногда дело даже до поцелуя не доходило, ограничивалось несколькими свиданиями.
Но если уж роман начинался, то отношения развивались по канону. Я — девочка-припевочка, мягкая, нежная, добрая, он — брутал и добытчик. Тут моя позиция незыблема и крепка: мужчина должен быть сильнее и богаче. Иначе он вообще мне не нужен. Себя я прекрасно в состоянии обеспечить сама. Что, собственно, и делаю. Много работаю, прилично получаю, хорошо отдыхаю и не скупясь трачу на себя и свой комфорт. Но как раз поэтому мужчина с более низкими потребностями в финансах и в уровне жизни в мою картину мира не вписывается. Я крепко держу планку и снижать ее не намерена, только поднимать.
Но это ладно, с иномирным гостем у нас не роман, а фиктивная помолвка, я оказываю услугу. Но вот все остальное…
Я вчера была в таком ступоре от всего происходящего, что не могла осознать всю его нереальность. Как бы понимала, но не прочувствовала. Словно кино смотрела или сон. Магия, огонь, голый мужик на моей плите, он горит, пламя отступает при моем приближении, он феникс, он умер где-то в своем мире, но вылупился из яйца… Если думать об этом всерьез, то кукушечка отъезжает. Да еще странный ритуал, обмен кровью, непонятная стихийная чудесатина, рисунок на моей руке.
Кстати, о рисунках. Я не люблю татуировки и категорически против того, чтобы портить свое тело. Я так за ним ухаживаю и слежу не для того, чтобы всякие каляки-маляки уродовали мою кожу. Красоты я в этом не видела и себе никогда тату не хотела. А тут приветики, прямо на руке, на самом видном месте рисунок. Стоя под струями воды, я потерла пальцем нарисованного феникса. И взвизгнула, так как он шевельнулся и немного изменил положение.
— Это что за дичь такая?! — Я аж руку от себя отодвинула. — Оно живое?!
Пришлось быстро выбираться из душа, впопыхах вытираться и выбегать из ванной.
— Оно шевелится! — обвиняюще заявила я, продемонстрировав запястье Филиппу, который даже и не подумал встать с постели.
— Кто оно? — спокойно спросил он, оглядывая меня вполне таким мужским взглядом. Выбежала-то я в банном полотенце.
— Птица. Рисунок! Он шевелится!
— Тебе показалось, Елена. Помолвочный рисунок неподвижен.
— А мой — подвижен! Я его сейчас потерла пальцем в душе, и птица поменяла позу. — Я потрясла рукой, то ли негодуя, то ли требуя внимания к своим словам.
— Да? Это странно, — перестал улыбаться Филипп, легко поднялся и, не обращая внимания на свою наготу, двинулся ко мне.
Зато я — обратила. Тут же демонстративно подняла голову выше и отвернула в сторону, чтобы не смотреть на голого мужика. Бли-ин, какой же он… Кхм. Короче, все я успела увидеть. Как это теперь развидеть? Я все же живая. И одинокая. И вообще!
Филипп же подошел, взял мою руку и принялся изучать рисунок на ней. Покрутил так и эдак.
