Сердце Валери болезненно сжалось. О чем она думала? Зачем впуталась во все это? Мужчина, который ей сейчас звонит, всего-навсего легкомысленный прожигатель жизни, как это ни жаль. Может, ему и нет равных в постели, как утверждает Мелисса, но ее женская гордость восстает против того, чтобы подобный человек счел ее легкой добычей, одной из многих.
А он сделает это, непременно сделает…
— Валери? — переспросил голос в телефоне, и она отозвалась коротко и сухо:
— Да, я слушаю.
В конце концов, у нее еще есть время все вернуть на круги своя. Сделать так, чтобы ничего не произошло.
— Я очень извиняюсь, — сказал Маноло.
— Пустяки. Вам не стоило волноваться… и звонить тоже не стоило.
— Я не хотел, чтобы вы подумали, будто я заставляю вас ждать… Или что не дорожу временем прекрасной дамы.
— Я бы так и не подумала, — отозвалась Валери, которая подумала бы именно так.
— Вы чем-то расстроены? По голосу кажется, что да.
— Нет, вовсе нет. Я просто еще не кончила собираться.
Смех его был низкий и потрясающе чувственный. И этот смех напомнил Валери, из-за чего она влипла в эту историю.
— Теперь понимаю… Я порой забываю, сколько времени нужно женщине, чтобы одеться. Тогда перестаю отвлекать вас, тем более что хочу, чтобы к моему прибытию вы были полностью готовы. Я умираю от голода.
Валери почувствовала легкое раздражение.
— Помнится, вы говорили, что ужинаете поздно.
— Кажется, я сегодня забыл позавтракать. А буфет в моей новой квартире оказался совершенно пуст — я обнаружил там только чай и кофе.
— О Боже, я должна была за этим проследить!
— Вот и Мелисса об этом упомянула, когда я позвонил ей, чтобы поблагодарить… Но вы не беспокойтесь. Я ей сказал, что собираюсь вечером поужинать в ресторане, а к завтрашнему утру вы обещали обо всем позаботиться.
Сердце Валери словно бы замерло.
— Вы что, сказали ей, что собираетесь ужинать со мной?
— Н-нет…
— Слава Богу!
— Почему?
— Что — почему?
— Почему вы не хотели, чтобы я ей сказал? Валери не знала что и ответить.
— У меня ужасное подозрение. — Голос Маноло после минутной паузы приобрел жесткие нотки. — Кажется, ваше нежелание отвечать связано с тем, что вы думаете обо мне и моем образе жизни. С вашим предубеждением.
Валери не могла отрицать этого, поэтому снова промолчала.
— Ммм… Поговорим об этом подробнее за ужином, и тогда вы уже не сможете отмалчиваться, как делаете сейчас. О, мы двинулись, кажется, пробке конец! Я скоро буду. Поторопитесь, Валери, иначе вам придется пойти в ресторан в том виде, в каком я вас застану. Смею я надеяться на вечернее платье?
В конце концов ей пришлось пойти в ресторан именно в том виде, в каком Маноло ее застал. Потому что стоило Валери повесить трубку, тут же позвонила Мелисса и долго просвещала ее относительно гастрономических предпочтений месье Шальгрена, а потом еще некоторое время старалась выудить из подчиненной профессиональное или личное мнение о новом клиенте. Валери удалось отделаться от начальницы, но было уже поздно: звонок домофона зажужжал как раз в тот момент, когда она шагнула в сторону спальни.
Валери застонала, поняв, что менять что-либо в своем туалете уже не придется. Хорошо бы Маноло понравилось то, что есть. Нет, бирюза никак не подходит к платью, решила она, быстро снимая серьги и бросая их на туалетный столик по пути к двери. Кто бы мог подумать, что все ее достоинство и самоуважение исчезнет как дым от одного звонка в дверь, и Валери Акерт будет волноваться, как девчонка, из-за такого ничтожного человека!
Если бы сейчас еще можно было вежливо отказаться от ужина, видит Бог, она бы сделала это. А так ей оставалось лишь положиться на волю судьбы и уповать на то, что подобное больше не повторится. Довольно страхов в ее жизни. Страхов и тревог из-за мужчин.
— Маноло, это вы? — спросила она по возможности холодным тоном в переговорное устройство домофона.
— Я, и только я. Уже одеты и готовы выходить?
— Да. Только сумочку захвачу. Можете подождать в вестибюле?
— Жду.
Валери хотела сменить туфли, но подумала и не стала. Возможно, зря — и эта мысль терзала ее все время, пока она спускалась на лифте, и потом, когда шла через вестибюль. Черные лаковые туфли на шпильке, украшавшие ее ноги на этот раз, заставляли померкнуть воспоминание о прежних бежевых, в которых Валери проходила первую половину дня. И не потому что у них оказался выше каблук — это было просто немыслимо. Но они обладали одной зловредной особенностью — слишком тонкий каблучок и узенький ремешок, охватывающий щиколотку, делали туфли опасными при ходьбе… Зато ноги казались еще длиннее, что, возможно, было даже излишеством.
Маноло так и подумал, судя по взгляду, брошенному на ее ноги. Глаза его отслеживали каждый ее шаг, прикованные к стройным лодыжкам.
Валери тоже во все глаза смотрела на него. Но Маноло был слишком увлечен созерцанием ее ног и туфель, чтобы это заметить.
С тех пор как они виделись днем, он успел переодеться, хотя все равно был в черном. Черный костюм. Черная шелковая рубашка, застегнутая на все пуговицы. Черные ботинки и такого же цвета плащ. Экономка отца об этом позаботилась. Еще до того как Валери ушла, Маноло позвонил домой и попросил ее привезти его вещи на такси.
Валери полагала, что большинство женщин исполняет просьбы Маноло Шальгрена, причем немедленно.
Кроме того, он принял душ и побрился. Да, и привел в порядок волосы. Если при первой их встрече Маноло был небрежно красив, то теперь его можно было бы назвать безукоризненно красивым. Безупречным.
Валери была бы ослеплена его красотой, если бы уже не предусмотрела подобной реакции, А так сердцебиение ее, конечно, участилось, но защитные укрепления выстояли, и не думая рушиться от одного взгляда черных, насмешливых глаз. Глупая мысль, что интерес Маноло к ней может оказаться чем-то посерьезней мимолетного увлечения, была моментально отметена прочь.
Плэйбои не бегают за такими ничтожествами, как ты, дорогая, сказала себе Валери. Их любовницы — это супермодели, богатые наследницы, актрисы, звезды эстрады… Ты для него лишь минутное развлечение. Просто Маноло понадобилась женская компания на сегодняшний вечер, а ты удачно попалась ему на глаза.
Да, циничное заключение, но что же делать — Валери всегда была циником по отношению к мужчинам. И у нее были на то веские причины.
Но Маноло… кажется, он остался доволен тем, что увидел перед собой. В глазах его сверкнуло неподдельное восхищение, когда она наконец прошла через вестибюль и остановилась перед ним. Женское честолюбие Валери вполне было удовлетворено тем, как искренне и открыто кавалер любовался ее красотой. Однако показывать это она не собиралась. Что ж, одежда специально подбиралась, чтобы поразить его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
