— Ты ведь не можешь знать наверняка, твоя память…
— Знаю. У меня нет родных. Это единственная преграда? Теперь я могу остаться у тебя навсегда? — Аврора вскинула на меня взгляд нереально зеленых глаз.
Глядя в них, практически невозможно отказать… И я понял — какого черта сопротивляюсь?! Если судьба подкинула шанс, зачем искать причины отказаться от него?
— Да… — выдохнул я, все еще не веря, что это происходит со мной на самом деле.
В следующий миг Аврора с восторженным вскриком бросилась ко мне, чтобы тут же повиснуть на шее. К счастью, я уже был готов к чему-то подобному и перехватил ее, чудом не сбив с плиты сковороду с кипящей подливой.
— Теперь ты окончательно признаешь меня своей избранницей? — воскликнула она, лучась счастьем. И что можно ответить на это? Тем более что мне и самому хотелось бы хоть немного продлить эти сладкие мгновенья.
— Избранницей, единственной, женой… Готов признавать кем угодно, пока ты хочешь оставаться со мной, — признался честно и уже сам нашарил ее мягкие губы.
На секунду замер, давая ей возможность оттолкнуть меня, если вдруг… Но додумать мысль не успел — мне тут же с жаром ответили на поцелуй. В этот раз все было как-то иначе, нежнее, трепетнее. Хотелось, чтобы мгновение длилось вечно… Но запах подгорающей подливы отрезвил, заставив разомкнуть объятья и броситься обратно к плите.
К счастью, мне удалось спасти ужин до того, как он превратился в угольки, и вскоре мы с Авророй уже рассыпали рис с мясом и овощами по тарелкам.
За сегодня много чего произошло, и пока занимались готовкой, за окном опустились густые сумерки. Не желая тратить заряд маголамп, я зажег свечи, украсив ими обеденный стол. Аврора несказанно обрадовалась и едва не опалила себе брови, приблизив лицо совсем близко к огню.
— Осторожно! Ты же можешь обжечься.
— Ой! Знаю, что опасно, но каждый раз забываю, увидев завораживающие танцы пламени, — бесхитростно улыбнулась она, больше не предпринимая попыток коснуться огонька свечи рукой.
Покачав головой, сел за стол напротив нее и приступил к еде. При мягком неровном свете свечей Аврора казалась совсем нереальной, плодом воображения, словно только сошла со страниц какой-то детской сказки. Хмыкнул в ответ на эти мысли.
— Что? — Аврора удивленно приподняла бровь и нанизала на вилку очередной кусочек мяса.
С улыбкой умиления проследил, как она тщательно пережевала его, закатывая глаза от удовольствия.
— Ничего. Просто подумалось, что ты могла бы быть сказочным персонажем. Например, лесной феей, — не стал скрывать свои размышления, любуясь девушкой.
— Феей? Не слышала о таких, — фыркнула она, отбрасывая за спину волосы, падавшие в тарелку.
— Не слышала, а вдруг они существуют? — и подмигнул ей с заговорщицким видом, делая глоток воды из стакана. Ужин получился очень вкусным, и я быстро насытился. Сейчас же просто наслаждался приятной компанией.
Аврора честно задумалась, даже на несколько мгновений перестала жевать. Этот момент бабочка выбрала для того, чтобы сесть на ее волосы, став своеобразным украшением, довершая образ рыжей красавицы.
— И какие же они?
— Феи? Ммм… Прекрасные девушки, живут в лесах, носят одежду, сотканную из лепестков цветов или осенних листьев, целыми днями играют друг с другом, а от людей прячутся. Питаются цветочным нектаром. И у них за спиной прозрачные крылышки, — перечислил все, что помнил из детских сказок.
— Лепестки вянут быстро, листья сохнут — неудобная одежда, лучше без нее. Постоянно играть быстро наскучит. На цветочном нектаре долго не протянешь… И крылышек у меня нет, — на последней фразе даже обернулась, словно желала удостовериться в этом наверняка.
— Значит, не фея, — констатировал я, легко согласившись.
Потянувшись, стер пальцем с подбородка девушки каплю соуса. Аврора перехватила мою руку и слизнула эту капельку, отчего я невольно ахнул, чувствуя, как вновь просыпается желание, а мысли путаются.
— Значит, не фея… — повторила Аврора эхом, словно только что ничего не произошло. — Это плохо?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это замечательно! Что бы я делал с ожившей сказкой? — заметил внезапно охрипшим голосом.
— Не знаю… А что бы ты хотел делать со мной?
От, казалось бы, невинной фразы меня вмиг бросило в жар, и сладко заныло в паху, подсказывая ответ на вопрос моей гостьи.
— Уложить в кровать и удостовериться, что это не сон… — признался, не отрывая жадного взгляда от нее.
Аврора грациозно потянулась и, встав из-за стола, мягким крадущимся шагом подошла вплотную. Всматриваясь прямо в глаза, села мне на колени и, обвив руками шею, шепнула в губы:
— И что же тебя останавливает?
— Ничего…
И задул свечу, подхватывая свою драгоценную ношу поудобнее…
8. Шрам
Аврора
Сейчас, когда наша связь несколько укрепилась, и мне было доступно многое из воспоминаний Дэниела, я уже не чувствовала себя такой потерянной в этом чужом для меня мире. Что-то находило отклик в душе, пробуждая отголоски из моего далекого прошлого. Только, к сожаленью, даже с новыми (или хорошо забытыми старыми?) знаниями многое оставалось непонятным.
Но какое это имеет значение, когда мой избранник совсем рядом? Я видела восхищение в его глазах, слышала учащенное дыхание, чувствовала его желание… Он манил меня больше, чем теплый яркий огонек, от которого свеча плачет воском. И я точно знала — Дэни меня не обожжет.
По-прежнему неясно, почему он не говорит о своих желаниях, но мне несложно спросить. И совсем не трудно подойти к нему, коснуться, обвить шею руками и одарить нежным поцелуем. Я вся твоя, Дэниел, и вряд ли это изменится, что бы ты там себе ни придумал.
Осторожные нежные прикосновения, сменявшиеся ласковыми поцелуями, словно он исследовал мое тело, знакомился с ним заново. Горячее дыхание, опалявшее кожу и отзывавшееся сладким спазмом внизу живота. Солоноватый пьянящий привкус на губах и потемневшие от глубинного желания глаза. Чувство, что больше не выдержу это мучительное удовольствие, сменившееся восхитительным ощущением наполненности. И каждый толчок двух тел, слившихся воедино, приближал к чему-то удивительному, волшебному, и хотелось кричать от восторга, разбиваясь на сотни осколков, растворяясь в эмоциях…
Значительно позже, лежа на смятых влажных простынях в объятьях своего избранника, я рассеянно водила ногтями по его руке от запястья до изгиба локтя, заставляя едва ли не мурлыкать. В голове все еще роилась сотня вопросов об окружающем мире и о прошлом Дэниела, которое видела так ярко, словно все прожила сама. Но я еще успею их задать. Или подожду, когда он расскажет сам. Кажется, так принято у людей? Так странно… Но я согласна подчиняться этим правилам, если это сделает моего избранника счастливым. Потом.
Сейчас просто хотелось наслаждаться уютными минутами покоя. Слушать дыхание Дэниела, чувствовать биение сердца под моей щекой, вдыхать терпкий запах страсти, ощущать вкус его тела, когда, поддавшись настроению, я прочертила влажную дорожку языком до пупка и ниже. Кстати об этом.
— Рори, что ты… — выдохнул мужчина, но прервался, с шумом втянув воздух, и тихонько застонал, как только мои губы накрыли интересующую часть тела…
— Ты невозможная, — заявил он некоторое время спустя.
— Ммм?
Сквозь неплотно задернутые шторы неярко светила луна, окутывая нас мягким светом. Казалось, его можно пощупать, завернуться в него, как в вуаль. Сейчас бы отправиться в лес, на поляну, слушать звуки природы и танцевать под них, выплетая свой рисунок, ощущая, как душу пронизывают нити силы, наполняют ее…
Вздохнув, завозилась, ложась так, чтобы видеть лицо моего избранника. Просто лежать рядом с ним — многого стоит. Что касается танцев на лунных дорожках, возможно, когда-нибудь это будет парный танец.
— Ни одна аристократка не сделала бы такого, — хмыкнул вдруг Дэн, с нежностью погладив меня по щеке.
