доме (точнее, уже моём). К тому же, зная, что Сабуро затворник…
Даже если бы я имел доступ к воспоминаниям о маршрутах и местонахождении дома, вряд ли нашёл бы дорогу.
Я вздохнул. Ну что это такое? Раз уж я попал в тело какого-то парнишки, разве это не мог быть человек, которого точно не станут похищать? А ведь вернуться домой просто необходимо — только там, в комнате Сабуро, я узнаю обстоятельства, которые привели нас к обмену телами.
Хотя, обмен — всего-лишь теория. Может ли настоящий Сабуро быть мёртв? Что на самом деле случилось? Если я этого не узнаю, вряд ли я смогу вернуться…
Ты никогда не вернёшься.
Сколько в тебе упорства?
У тебя есть одна задача.
Всё, о чём ты должен беспокоиться.
Я скривился, напряжённо пытаясь вдохнуть побольше воздуха через сжавшийся ошейник. Почему эта штука такая приставучая? Хватить читать мои мысли!
Секунд десять, и я снова смог дышать. В такие моменты понимаешь, что нет ничего приятнее ощущения, когда ты не собираешься вот-вот помереть.
Женщина, услышав странные звуки с моей стороны, снова замахнулась ногой. Правда, попасть не смогла — и слава богу. Туфелькой по голове получать самую малость стыдно. А по прошлым пинкам я заметил, что незнакомка на каблуках. Шпильки острые — такими и ранить можно.
— Эй, — позвал я шёпотом. — Хватит меня бить. Я тут связан, между прочим. Прямо как ты.
Нужно же иногда взывать к здравому смыслу.
Женщина попыталась что-то сказать. Поначалу выходило шёпотом — ничего, я когда проснулся, тоже понял, что едва ли могу пошевелить языком.
— Ты… Я… Что происходит? — наконец у неё получилось выдавить несколько слов, и я понял что немного ошибся. Молоденькая, всего лишь девушка.
— Ну, вариантов не много. Нас похитили, — отозвался я. — И если ты будешь избивать товарища по несчастью, лучше тебе не станет.
— То… товарищ? Да ты хоть… знаешь… кто я?
— Нет, — честно признался я. — Я же тебя не вижу. Да и какая вообще разница. Да будь ты хоть богиней, ты всё равно валяешься в кузове рядом со мной.
Интересно, те, кто ведут грузовик, вообще слышат нас? И куда подевались остальные? В кузове с нами точно никого, а когда я думаю о местах спереди, в голове всплывает картинка всего с двумя сидениями. Меня забрали трое, когда девицу закинули, голосов снаружи было ещё больше. Ещё одна машина? Да, вероятно, едет сзади. А может спереди другая пристроилась…
Думать о том, как люди водят непонятный транспорт на непонятных дорогах тяжелее, чем я думал.
— Гад…
— Спасибо за комплимент, — я тихо фыркнул. — Ну ладно, я позволю тебе немного похвастаться. Ну и кто ты?
Кажется, девушка скрипнула зубами и зарычала. Нарочито громко, чтобы я услышал. Что ж, злые девочки никогда меня не пугали. Ну, пока это не Психея. Да будь она хоть женщиной, хоть мужчиной, хоть хомяком — я всё равно был бы в ужасе.
— Мария… Вяз-земская… — да уж, а вот её ногам подвижность вернулась быстро. Достаточно, чтобы мне врезать.
Я немного помолчал и спросил:
— И когда пугаться? Дальше-то что, Мария Вяземская? Ты жрица, маг, богиня? Может, сама королева, ну?
Ещё никогда я не чувствовал, как человек рядом злится, когда я его даже не вижу. Мария снова потянулась ко мне ногой и попыталась пнуть, но зацепила только воздух возле моего бока.
— Ты издеваешься?! Мой отец… Кирилл Антонович… Вяземский.
Я поморщился.
— Не советую кричать. Мало ли. Приятно познакомиться, дочь какого-то Кирилла Антоновича. Я вот, вроде как, Кикучи Сабуро.
Может, минуту назад я и потребовал, чтобы Мария уточнила, раз уж она так хочет, чтобы я узнал о её статусе, но сам я кроме имени толком ничего и не скажу. В конце концов, я так и не понял, что за клан Кикучи, чем он занимается, и какую роль во всём этом играет настоящий владелец тела.
Прошла секунда. Затем другая. По какой-то причине дыхание Марии стало тяжёлым и шумным, и наконец она взревела:
— Ты?! Подонок из семьи подонков!
— Эй! — кто-то из сидевших впереди мужчин ударил через стенку и рявкнул: — Будете шуметь — языки вам поотрезаю!
— Вот об этом и я говорил, — добавил я шепотом. — Тебе дорог твой язык? Мне пока да.
— Трус! — отозвалась девушка; и всё же, она стала немного тише. — Все вы, Кикучи, просто мусор! Ты притворяешься, что не знаешь меня? Так ты относишься к невесте своего старшего брата? Вот папа разорвёт эту помолвку, и ваша семья будет окончательно раздавлена!
Как яростно. Погодите-ка секунду, невеста старшего брата? Занятненько — значит, кто-то из этих идиотов ещё и умудрился отхватить выгодную партию (ну, судя по самомнению этой самой партии).
Что ж, пришло время для легенды.
— Знаешь, — начал я. — Кое-кто избил меня, и с тех пор я потерял почти все свои воспоминания. Я действительно тебя не знаю. Так которого из моих братьев ты имеешь в виду?
— Да ты издеваешься, — не поверила девушка. Ну да, я на её месте тоже не поверил бы на слово. Тут бы справку от врача, а лучше сразу несколько… Справка? Да откуда я этих слов набираюсь? Всплывают и всплывают — скоро совсем как местный буду. — Потеря памяти… Это такой бред. Хотя… Если никто так давно не видет Кикучи Сабуро, может ли быть так…
— Я знаю, что ты не можешь просто взять и поверить в это, — сказал я, пожав плечами. — Но, как ни крутись, это так. Кстати говоря, судя по моему недолгому пребыванию в своём доме, спасать меня никто не кинется. Наверное, они только рады будут.
Кроме Рико. И как такая молодая женщина может быть моей тётей? Разве она не жена отца? Да что за хрень происходит в доме Кикучи?
— Папа обязательно меня вытащит. Он один из самых влиятельных людей Российской Империи!
Папа то, папа сё. Что она ведёт себя, как ребёнок? Подумав, я отозвался:
— Империя, говоришь? Здорово. А судя по тому, что тебя сюда закинули, как мешок с картошкой, ты немного преувеличиваешь, да?
— Ты… Да ты! — Мария явно не находила слов. — И в каком месте ты человек, потерявший память? Люди с амнезией так себя не ведут!
— А ты часто их встречаешь? А вдруг ведут? Что-то ты не похожа на врача, чтобы так уверенно об этом заявлять.
Кажется, Мария обиделась. Она немного пошуршала, будто отвернулась от меня, и замолчала.
Не то чтобы я собираюсь уговаривать её простить меня. И всё же…
— Так чья ты невеста?
