Ее слова вернули его мысли к настоящему.
— Неужели ты считаешь, что успех такого маленького предприятия, как ваше, будет неизменным всегда? — мягко спросил он. — Не от Бога же вы получили право владеть всем этим и управлять. Жизнь переменчива, ничто в мире не вечно, а особенно — стабильность. Волей-неволей приходится приспосабливаться к переменам.
— Ты хочешь сказать, что у нас нет никакой надежды. Так?
Он тряхнул головой. Ее потемневшие глаза напряженно глядели на него, словно взывали к его совести.
Зачем он это делает? Неужели подсознательно пытается наказать ее за то, что она вызывает в нем более сильное желание, чем бы ему хотелось? А может быть, он хочет расквитаться с ней за свое низкое происхождение? В этом случае он поступает несправедливо и даже нечестно.
— Я не говорю, что надежды нет. Если бы я так считал, то не стал бы тратить зря время. Согласна?
— Спасибо и на этом, — сухо ответила она.
— Научись смотреть правде в глаза, Кайлоран, сердито продолжал он. — А правда такова, что ответа у меня нет. Пока нет. Можно спасти компанию или нельзя — время покажет. Пока я не просчитаю все до последней цифры, пока не проверю все детали, ничего определенного сказать не могу.
— А если бы я была умнее, проницательнее и расторопнее, если бы я вовремя заметила обман Эдди, все было бы отлично? Да?
Он повернулся к ней и, прямо глядя ей в глаза, сказал со всей откровенностью:
— Я пока не могу сказать. Не знаю.
— Но возможно, что это так?
— Ты сама все отлично понимаешь.
— Боже! — Она отвернулась, обняв себя руками за плечи, словно, сменив яркий солнечный день, внезапно наступила лютая зима. — Что же я наделала!
В ее голосе он услышал безнадежную тоску. Такое состояние когда-то пережил он сам, поэтому знал, что это остается в душе на всю жизнь, как шрам. Внезапно он почувствовал прилив сострадания к ней.
— Кайлоран…
Она повернулась к нему. Солнце светило ему в спину, и его лицо было в тени, лишь глаза, смотревшие на нее, оставались светлыми и сияющими.
— Что? — отозвалась она.
— Давай спокойно подождем и посмотрим, как пойдут дела. Хорошо?
Она кивнула и прикусила губу, надеясь, что он не заметит, как к глазам подступают слезы. Несколько мгновений они стояли не двигаясь, и Кайлоран вдруг почувствовала, как ее охватывает неожиданное чувственное желание.
Адам безошибочно прочел это в ее глазах, он был достаточно опытен в общении с женщинами. Она желала его, и на мгновение он поддался искушению. Ему очень хотелось повалить ее на траву и запустить пальцы в роскошный золотой шелк ее волос.
Вместо этого он немного отодвинулся в сторону.
— Идем. Нам надо пообедать, — решительно сказал он, усилием воли подавляя овладевшее им желание.
Лишь в половине девятого вечера он наконец отключил свой компьютер и взглянул на нее. Кайлоран как раз размышляла, уж не всю ли ночь он собрался просидеть в кабинете.
— Достаточно на сегодня? — спросил он.
Она устало улыбнулась ему, словно желая подладиться под его настроение, и кивнула:
— Конечно.
Встав, он стал похож на ангела мщения, грозно возвышающегося над ней.
— Тогда я пошел. Мне еще надо доехать до Лондона.
С ее стороны было бы глупо не предложить ему, как и любому другому, надолго задержавшемуся в доме, остаться.
— Уже очень поздно. Может быть, ты останешься на ночь?
Адам ощутил, как его подхватил неуправляемый поток чувств, фантазия услужливо нарисовала заманчивую картину. Он представил все то, что было скрыто под изящным нижним бельем. Он не станет снимать его сразу, сперва даст волю рукам и губам…
— Думаю, что сегодня мне не стоит соглашаться, — мягко сказал он. — Ты меня понимаешь?
— Наверное, да, — так же тихо ответила ему она, отводя взгляд.
Оба почувствовали, как вокруг них сгустился воздух и стало трудно дышать.
Глава шестая
— Я договорился о встрече акционеров, — сообщил Адам, как только Кайлоран вошла в кабинет с кипой документов.
Она положила бумаги ему на стол и спросила:
— Когда?
— Через неделю в воскресенье в Лондоне. Похоже, что это единственный день, когда можно будет собрать всех вместе в недельный срок. Мы воспользуемся моим новым офисом, — сказал он, откинувшись на спинку кресла и слегка прищурившись.
Что она могла сказать в ответ? Что предпочла бы полдня скакать на лошади галопом по степи, чем встречаться лицом к лицу с акционерами? И чего это он так уставился на нее? Ведь она всю неделю вела себя как паинька. Целую долгую неделю!
— Воскресенье подойдет.
Теперь он, слава богу, получил наконец всю информацию, какую хотел, думал Адам. Конец уже близок. Он, конечно, знал, что будет скучать по ней. Ему будет не хватать ее вспышек упрямства и этих надутых от обиды губ. Он провел рукой по своим густым темным волосам.
— Поскольку мы теперь единомышленники, — начал он, зевая, — не хочешь ли выслушать мои рекомендации?
— Было бы неплохо.
Она придвинулась к нему, причем ее бедро коснулось его ноги. Он осторожно отодвинулся.
— Как я понял с самого начала, развитие компании отстает от времени. Прежде всего, как организована ваша работа? Я не говорю о продукции.
Она высоко подняла брови:
— Что ты имеешь в виду? Я не понимаю. Он взглянул на груду бумаг на столе.
— Например, я предложил бы нанять на полставки постоянного дизайнера и полностью отказаться от услуг дорогостоящих дизайнерских агентств, как это делается сейчас. На этом можно хорошо сэкономить.
Кайлоран кивнула. Действительно, разумное предложение. Она удивилась, что не сообразила сделать это раньше. Может быть, она не особенно глубоко вникла в дела?
— Но это увеличит расходы по штатному расписанию, — заметила она, прикусив губу.
Он увидел озабоченность на ее лице.
— Да, но в компании много дизайнерской работы, а это значит, что с течением времени выгода будет налицо, — мягко ответил он.
— Ну хорошо, — она взглянула ему прямо в глаза. — Что еще?
— Ты можешь продать часть акций из своей доли и собрать наличный капитал.
Кайлоран кивнула:
— Хорошо.
Он думал, что в этом пункте она станет с ним спорить, поэтому ее неожиданное согласие немного поубавило его решительность.
— Я считаю, что для фирмы ты сделала много хорошего.
— Спасибо, — сухо ответила она.
— Но это действительно так. Я заметил, что ты пересмотрела ассортимент, приступила к изготовлению масел для ароматерапии и ароматизированных свечей.
