Читаем без скачивания Вчерашний шпион - Лен Дейтон

Чувствовалось, что я невольно задел его за живое.

Серж Френкель жил в старом здании на самом дальнем углу овощного рынка. После того как я вышел от него, я решил немного пройтись по старой части города. Высоко в небе ярко сияло солнце, и день был в самом разгаре. Узенькие улочки и аллеи этой части Ниццы были прямо-таки запружены выходцами из Алжира. Иногда мне едва-едва удавалось протискиваться через многочисленные лотки с обувью, цыплятами, финиками и прочей всякой всячиной. Щекоча ноздри, в воздухе носился острый запах жареного мяса с пряностями. Крохотные бары и ресторанчики были забиты посетителями. Французы не спеша потягивали вино и спорили о футболе, а более темнокожие клиенты предпочитали слушать арабскую музыку и обсуждать политические проблемы.

С площади Розетти стали доноситься удары церковного колокола. Эти звуки гулким эхом разносились по боковым аллеям, исподволь подгоняя хмурых людей в черных костюмах, видимо спешащих на чьи-то похороны. То тут, то там по улочкам с неимоверным грохотом проносились группы рокеров, вынуждая всех остальных липнуть к стенам домов или же заскакивать в первые попавшиеся магазинчики. Изредка на глаза попадались и автомашины. Их водителям стоило немалых трудов протиснуться в этой толчее, зажатой по сторонам обшарпанными стенами, на которых их предшественники уже оставили многоцветные следы. Наконец я не спеша добрался до бульвара Жана Жореса. Когда-то давным-давно он был самым обычным рвом с водой, который опоясывал большой средневековый город, а теперь стремительно превращался в крупнейшую автостоянку. Затем я в очередной раз свернул на одну из боковых аллей, которые обрамляли по периметру всю Ниццу. Не прошел я и десяти шагов, как сзади послышался шум мотора. Шоферу пришлось просигналить трижды, прежде чем я понял, что это касается меня, и обернулся назад. Белый БМВ медленно протискивался среди куч апельсинов и бакалейных лавочек.

— Клод! — вырвалось у меня само собой.

— Чарльз! Я сразу узнал тебя! — дружелюбно отозвался водитель машины.

Клод, с тех пор как я видел его в последний раз, изрядно облысел, а лицо его приобрело болезненно-красный оттенок. Были ли тому причиной морской климат и красное вино или же повышенное кровяное давление — я мог только догадываться. Впрочем, эти изменения мало что затронули в его внешности — на лице по-прежнему сияла заразительная улыбка, а взгляд голубых глаз был острым и проницательным. Высунувшись из машины, он весело и непринужденно спросил:

— Как дела, старина? Ты давно здесь, в Ницце? По-моему, что-то рановато для отпуска, а?

На углу улицы, где единственно можно было открыть дверцу автомобиля, он притормозил, и я вскочил на место рядом с ним.

— По всему видно, что твой «законный» бизнес процветает, — ответил я. Был ли этот «веселый студент», как некогда мы его называли, связан с бизнесом юриспруденции или нет, я и понятия не имел. Но такого рода многозначительные фразы порой помогали это выяснить.

— На свой бизнес мне грех жаловаться, — охотно начал Клод. Молодцевато проведя себе кулаком по щеке, он быстро окинул меня взглядом с ног до головы. Растянувшись в широкой улыбке, продолжил: — У меня четыре внука, любимая жена и прекрасная коллекция дельфтского фарфора. Может ли человек желать еще большего?! — Он вновь широко улыбнулся, но на этот раз за его словами явственно прозвучали нотки горькой иронии. Его рука машинально пробежалась по отворотам серебристого пиджака с отливом и поправила галстук-косынку от Кардена. Клод был настоящим денди еще в те далекие времена, когда последним писком моды были вязаные пуловеры.

— Знаешь, Стив Шемпион тоже здесь, в городе, — произнес Клод, пытаясь заполнить невольно образовавшуюся паузу.

— Да, я слышал об этом, — равнодушно ответил я.

— Должно быть, сегодня будет неплохая погода, — посматривая по сторонам и по-прежнему улыбаясь, сказал Клод.

— Похоже на то…

— Стив был тем, кто… — начал было он, но почему-то вдруг запнулся.

— …кто спас мне жизнь? В этой самой каменоломне, ты это имеешь в виду? — попытался я закончить его фразу.

— Да нет… Он был тем, кто объединил всю нашу разведсеть после тех арестов, которые произошли в мае. Я это хотел сказать.

— Строго между нами, Клод, я бы с большим удовольствием вязал носки во время войны, чем играл в шпионские игры, — с некоторым раздражением в голосе произнес я.

— Не понял… Что это значит?

— Это значит, что мне бы очень хотелось больше никогда в жизни не слышать об этой паршивой сети «Герника» и о людях, работавших в ней!

— И о Стиве Шемпионе в том числе?

— А о нем-то в первую очередь! Я приехал сюда просто отдохнуть и не хочу, чтобы мне напоминали обо всем этом идиотизме, — отрезал я в еще более резкой форме.

— На меня-то чего злиться и повышать голос? Заметь, что не я за тобой посылал, а ты сам сюда приехал.

— М-да… ты прав… — примирительным тоном проговорил я. Я уже понял, что сорвался, и сожалел об этом.

— Нам бы всем очень хотелось забыть о прошлом, — тем же тоном сказал Клод. — А мне бы хотелось в большей степени, чем кому бы то ни было.

Нам пришлось остановиться и подождать, пока двое мужчин не выгрузили картонные коробки растворимого кофе из серого грузовичка, перегородившего всю дорогу. На площади Святого Франциска, где располагался рыбный рынок, было тоже очень людно. Расположившиеся вдоль балюстрады фонтана торговцы деловито разделывали огромные туши тунцов, а какая-то женщина в резиновом фартуке точила целую кучу ножей.

— Так ты говоришь, что Стив здесь?

— Да, он здесь живет. В доме Тиксов, это недалеко от каменоломни, — ответил Клод.

— Просто удивительно, как это так получилось, что все мы вдруг вновь оказались в этом городе!

— По-твоему, это случайность? — с сомнением в голосе спросил Клод.

— Не знаю… По крайней мере внешне похоже на случайность… А ты как считаешь?

Клод вновь широко улыбнулся, но так ничего и не ответил. Затем он наклонился вперед и вернул солнцезащитный щиток, закрывавший его от солнечных бликов, в первоначальное положение. В этот момент я краем глаза заметил пистолет, торчащий из кобуры под его левой рукой. Это был вовсе не пугач-игрушка, которыми покоряют своих подружек или отгоняют ночных грабителей. Это был девятимиллиметровый «вальтер». Кожа кобуры была лоснящаяся и мягкая, а затертый магазин пистолета сам за себя говорил, что им пользовались уже не один год. Видимо, дела в его «законном» бизнесе шли не так уж гладко.

Клод повернулся ко мне и вновь, как в старые времена, широко и весело улыбнулся.

— Я уже больше ни во что не верю! Но больше всего я не верю в случайности. Именно поэтому я и здесь! — откровенно признался он. Затем снова поправил свой щегольской галстук-косынку, спросил: — Так где же тебя, Чарльз, высадить?

Глава 6

Утро следующего дня было холодным и необычайно тихим. Казалось, что весь мир застыл в ожидании чего-то. Поверхность моря скорее напоминала собой огромный стальной лист. Сырой туман, нагоняемый приливом, методично поглощал улицы города. Вычурные фасады всемирно известных отелей и расплывчатый диск солнца являли собой единственные яркие пятна на хмуром лице этого мира.

Два реактивных «Миража», зажатые в узком пространстве между мрачной гладью Средиземного моря и нависающим небом, с грохотом пронеслись в сторону горизонта. Их надрывный рев, чем-то напоминающий сердитое жужжание мухи в бутылке, еще некоторое время висел в тягучем воздухе. Я прошел мимо ряда ресторанчиков на набережной, где готовили всякую морскую снедь. Хотя до начала туристского сезона было еще далеко, но то тут, то там уже встречались небольшие группки отдыхающих. На обогреваемой террасе сидели несколько немцев. Уминая пирожные, они о чем-то переговаривались друг с другом и тыкали вилками куда-то в пространство. На прибрежном песке расположились англичане, обложив себя термосами с крепким чаем и сэндвичами, завернутыми в старые газеты «Обсервер».

Я направился к дому Френкеля. Дойдя до входа на рынок, я остановился у пешеходного перехода, чтобы дождаться зеленого сигнала светофора. Сначала мимо меня проехала какая-то развалюха с оторванным глушителем, а за ней показался черный «мерседес» с включенными фарами. Когда машина поравнялась со мной, я заметил, что водитель машет мне рукой. Через мгновение я понял, что это Стив Шемпион. Он притормозил в поисках свободного места, но приткнуться здесь было негде. В тот момент, когда мне уже показалось, что он вообще передумал останавливаться, Стив резко повернул влево и выскочил прямо на тротуар. Машина плавно подпрыгнула на бордюре и остановилась. Местная полиция разрешала парковать туристам свои машины таким образом. Тем более что на «мерседесе» Шемпиона были швейцарские номерные знаки.