Водитель, сердитый из-за очередного полета без сменщика, подобрел, увидев Валеру, и усадил его в левое кресло в рубке. Валера недолго пытался изображать полноправного члена экипажа - земная ночь незаметно перешла в вечную, космическую, и убаюканный ровным светом звезд, он заснул.
Утро этой ночи было утром над облаками другой планеты. Из облаков восходило солнце, небо цвета морской волны еще не было по-дневному блеклым. Водитель уютно посапывал в правом кресле, а в центре, между ним и Валерой, сидел "психолог". Он вел корабль над холмистой облачной равниной.
НОЧЬ ВТОРАЯ
[ Не закончено ]
СКОРЛУПА. ГОД 2181, 134 АЛАТЫРЬ
Вокруг этой планеты не было ни одного оборонного спутника. "Суперразряд" Сергея Мариано прошел сквозь атмосферу, не встретив ни энергобарража, ни эха хронорадаров. Космодрома тоже не было, и Сергей посадил свою дребезжащую, но грозную машину прямо в городском саду, рядом с весьма легкомысленным павильоном, изображавшим средневековую харчевню.
Сергей с удовольствием содрал с лица защитно-дыхательную маску, снял шлем и открыл фонарь кабины. Ласковый ветерок донес до него голоса и музыку из таверны, ноздрей коснулись весьма аппетитные запахи. Он довольно легко для своих ста пяти килограммов выпрыгнул из кабины и встал рядом со своим "Суперразрядом" - грозный монумент, олицетворение силы космоса. На пилотке штабс-капитана Мариано сияло три звезды "звездного воина", его комбинезон перетягивали многочисленные ремни, поверх бронежилета топорщились плоские энергоблоки для лучемета, а сам лучемет, гигантский, дюймовый, с откидным прикладом, оттягивал пояс вместе с десятком гранат. Слева, на груди, над трехрядной планкой наградных колодок, по лазурному фону чернели грозные буквы "FF" - "frontir fighter" - пограничный боец. Те же буквы украшали борта "Суперразряда" - аббревиатура организации, второй по могуществу после службы Переписи Населения. Уже тридцать с лишним лет была потеряна связь периферии с центром, и вот, впервые за эти годы, Сергей Мариано достиг планет своего детства и юности.
Немного снисходительным был его взгляд, скользящий по аккуратным кронам деревьев и трактирной вывеске "У Бородатого Поросенка". Не таким представлял себе Сергей то, что защищал столько лет от банд националистов и грабителей, шаек негодяев всех рас и мастей. Последний десяток лет был относительно безмятежным, и он получил возможность побывать здесь, в том мире, спокойствие которого обеспечивала его служба.
Спокойствие это было каким-то излишним. Даже не спокойствие, а лень, разморенность чувствовалась в гибких и нежных статуях, утопающих в зелени, в журчащей воде, в ветерке. Ленивой была мелодия, доносившаяся из-за бамбуковой занавеси трактира.
Сергей раздвинул сухо шелестящий бамбук. В полутьме, пронизанной узкими лучами солнечного света, тускло поблескивал комичный КС в виде старинного робота, взбалтывающий за стойкой какой-о напиток. На площадке, освещенной рассеянным многоцветным светом, танцевали медленный танец две или три пары под какую-то странно знакомую мелодию, которую размеренно выводили два голоса, переплетенные с ленивым перезвоном струн гитары. Еще несколько призрачных теней в предельно расслабленных позах сидели в креслах и на подоконнике затянутого жалюзи окна. Когда глаза Сергея привыкли к полутьме, он понял, что это были юноши и девушки, великолепно сложенные и обремененные минимумом одежды. Тут же он вспомнил, откуда ему знакома медленная мелодия - еще в детстве он переписал ее на кристалл с дедовского компакт-диска вместе с песнями десантников того времени. Слова тогда, кажется, были другими, но припев тот же: "Танцуем на самом краю, и ночь все темней, и метель не унять... Ты веришь, что музыка будет звучать? Прощай... А все таки жаль..."
Странно, но никто не обратил внимания на Пограничного Бойца, штабс-капитана FF, кавалера "Стального Астероида" трех степеней Сергея Мариано. Он привык к вниманию там, у себя на периферии, и поэтому не заметил мелькнувшей в глазах этих юнцов иронично-жалостливой улыбки. Широким шагом он прошел к стойке, и уставившись в поросячьи стекляшки робота, спросил:
- Не ты ли будешь Бородатый Поросенок?
Робот потешно закивал головой. Над ухом Сергея тихо и язвительно засмеялась одна из девушек. Он повернулся и вперил в нее взгляд, от которого контрабандисты на досматриваемых кораблях серели и начинали заикаться. Невысокая точеная брюнетка с короткой пышной гривой выдержала взгляд с той же странной улыбкой, которая исчезала с лиц остальных, когда Сергей смотрел на них. Он через силу улыбнулся и сказал:
- Мой вопрос достаточно закономерен - его подсказало название таверны. Разрешите представиться - Мариано, Сергей Николаевич. А как зовут вас?
- Лолита-Ящерица. Извините за смех - странно видеть такого серьезного человека в таком маскарадном костюме. Вы похожи на мальчишку, играющего в космического воина середины века.
Сергей с трудом проглотил эту пилюлю, сумев выдавить из себя повторную улыбку:
- Это у вас, я смотрю, сплошные игры. Плаваете здесь, как золотые рыбки в аквариуме.
Про себя он употребил более сильное сравнение на тему плавания, но вслух сказал только:
- Точнее, в тинистом пруду. Ей-ей, так и кажется, что сейчас коснешься водорослей или ряски. Я привык к другому - жить на полном накале. Конечно, тридцать лет я здесь не был, но такого болота не ожидал. Все у вас здесь какое-то нереальное, бесцельно-ленивое. Вы никогда не думали, что ваше спокойствие бережет кто-то там, далеко, на границе освоенного мира? Вот так-то, а вы - маскарад...
Теперь смешки послышались со всех сторон. Сергей развернулся всей громадой своих мускулов, но встретил лишь те же равнодушные маски. За его спиной послышался укоризненный голос Лолиты:
- Ну что же вы, ребята? Ведь он действительно из "фронтир файтерз". Я слышала о такой старой организации, но не представляла, что они уцелели до сих пор. Извините, Сергей Николаевич, вас просто не принимали всерьез.
Но рассерженного Сергея всегда было трудно остановить. Как, он, в расцвете сил, - семьдесят три года, начало зрелости человека Земли, вынужден терпеть снисходительность от людей, всего на сорок-пятьдесят лет моложе его, как древний старик, несущий благоглупости о днях своей молодости. Сергей взорвался:
- Всерьез? Так значит, вы меня здесь не принимаете всерьез? А кого вы примете всерьез? Может быть, боевиков Святой Лиги с их привычкой отрезать все выступающие части тела у таких, как вы? Или контрабандиста и работорговца Сладкоежку Джима? Лично вы, Лолита, пошли бы у него за две сотни старьюнитов, а продал бы он вас еще подороже - после специального обучения - скажем, в гарем Али Джафара Насрулло ибн Хакима. Все вы не сознаете одного - что вы ядрышко, сладкое ядрышко ореха, защищенного прочной скорлупой. А скорлупа - это мы, "фронтир файтерз", ополченцы планет, служба ПН, наконец!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
