Через три часа, когда домашнее задание было выполнено, остатки заказанной еды спрятаны в холодильник, а Тимми, насладившийся своим традиционным «вечерним перекусом», уложен в постель, Лори вернулась к столу, за которым ее отец тянул вторую чашку кофе.
– Спасибо, папа, – просто сказала она.
– За то, что заказал еду?
– Нет, я имею в виду за все. За то, что ты есть.
– Брось, Лори. Ты же знаешь, что это моя лучшая работа в жизни… Скажи, мне почудилось или Тимми и я не единственные люди сегодня, которые слегка устали? Клянусь, мне иногда кажется, что ты права, когда говоришь о твоей с ним подсознательной связи.
Когда Тимми только родился, Лори была абсолютно убеждена, что их с сыном связывает что-то, что не нуждается ни в словах, ни в физическом контакте. Иногда она просыпалась среди ночи в полной уверенности, что что-то случилось, хотя ее окружала абсолютная тишина. И ровно через секунду раздавался плач ребенка. Вот и сегодня, разве она не мечтала в метро по дороге домой о масале[18] из цыплёнка?
– Конечно, права, – улыбнулась Лори. – Я всегда и во всем права. И ты прав, говоря, что я сегодня устала. И даже очень сильно. У меня был тяжелый день.
И она рассказала об условии, которое Бретт Янг поставил ей, прежде чем одобрить съемки «Убийства Золушки» для следующего выпуска «Под подозрением», и о своем телефонном разговоре с Фрэнком Паркером.
– Этот разговор был похож на разговор с убийцей? – поинтересовался Лео.
– Ты же сам учил меня, что самые хладнокровные и жестокие существа могут быть и самыми очаровательными.
Отец замолчал.
– Папа, я знаю, что ты все еще волнуешься за меня.
– Конечно, волнуюсь, так же, как ты волнуешься за Тимми и за меня. Синеглазый, может быть, и умер, но сама концепция твоего шоу предполагает, что ты можешь с высокой долей вероятности оказаться в одной комнате с убийцей.
– Мне не надо об этом напоминать. Но рядом со мною постоянно Грейс и Джерри. Кроме того, есть съемочная группа. Я никогда не остаюсь одна. Иногда мне кажется, что на работе я в большей безопасности, чем когда иду по улице.
– Что ж, это меня успокаивает.
– Я в полной безопасности, папа. Фрэнк Паркер стал очень известным человеком. И он далеко не дурак. Даже если он и убил Сьюзан Демпси, то не захочет выдать себя, попытавшись напасть на меня.
– Знаешь, мне было бы спокойней, если бы рядом с тобой всегда находился Алекс. Он примет участие в этой программе?
– Очень надеюсь, но не забывай, что у Алекса своя юридическая практика. Ему совсем не нужна работа в качестве телевизионного ведущего.
– Ты прекрасно понимаешь, что все взаимосвязано. Чем чаще он появляется на экране, тем больше клиентов к нему приходит.
– Надеюсь, что он присоединится к нам, – сказала Лори и быстро добавила: – И не только по той причине, которую ты только что назвал, но и потому, что никто лучше его не проведет это шоу.
– И потому, что вам доставляет удовольствие быть вместе.
– Старого детектива не обманешь, правда? – женщина улыбнулась и похлопала отца по коленке, прекратив обсуждение этого вопроса. – Сегодня Фрэнк Паркер сказал одну интересную вещь. Он предложил мне наведаться к Мэдисон Мейер вместе со съемочной группой, чтобы наверняка заполучить ее в шоу.
– В этом есть определенный смысл – все равно что показать шприц наркоману. Ты сама говорила, что ее карьера давно сошла на нет. Когда она поймет, что сможет быстро вернуться в свет софитов, то будет не в силах отказать тебе.
– И потом, это ведь Лос-Анджелес, – размышляла вслух Лори. – Думаю, что там мне удастся найти съемочную группу за приемлемые деньги. А когда у меня в шоу будут Паркер, Мэдисон и мать Сьюзан, то Бретт не сможет не одобрить съемки.
Она взяла телефон и послала эсэмэску Джерри и Грейс:
Пакуйте наряды для теплой погоды. Завтра утром вылетаем в Лос-Анджелес.
На следующий день Лори остановила арендованный фургон около тротуара и стала еще раз проверять адрес по навигатору. Джерри и небольшая съемочная группа, которую они наняли на один день – два оператора с ручными камерами и осветитель, – уже вылезли на улицу через заднюю дверь, но Грейс задержалась и спросила:
– Все в порядке? По-моему, тебя что-то тревожит.
Иногда Моран поражалась, насколько тонко Грейс чувствовала ее настроение. Сейчас, когда они без всякого приглашения явились по последнему известному адресу Мэдисон Мейер, Лори вдруг охватили сомнения. Она никак не могла решить, правильно ли поступает.
Да и бог с ним, сказала она себе. В конце концов, это реалити-шоу. И без риска здесь не обойдешься.
– Нет проблем, – ответила она, заглушив двигатель. – Просто проверила, туда ли мы приехали.
– Далеко не Беверли-Хиллз, правда? – заметила Грейс.
Дом в стиле ранчо действительно был крохотным, с облезающей голубой краской. Трава выглядела так, как будто ее не косили уже больше месяца. Разваливающиеся деревянные цветочные вазоны под окнами были наполнены пылью и грязью.
Лори направилась к передней двери. Грейс и Джерри следовали за ней по пятам, а съемочная группа замыкала шествие. Ей пришлось несколько раз нажать на кнопку звонка, прежде чем она увидела, как рука с ярко-красным маникюром отодвинула занавески на окне рядом с входной дверью. Через пару минут женщина, в которой Лори узнала Мэдисон Мейер, открыла дверь. Судя по губной помаде, по цвету совпадающей с цветом лака для ногтей, Лори поняла, что Мэдисон успела подготовиться к приему гостей.
– Добрый день! Меня зовут Лори Моран. Я продюсер «Фишер Блэйк студиоз» и хотела бы предложить вам съемки в шоу, которое смотрит более десяти миллионов зрителей.
Дом оказался грязным и запущенным. В гостиной повсюду валялись журналы: на диване, на кофейном столике, кучей возле телевизора. Большинство из них было посвящено светской жизни голливудских знаменитостей и пыталось ответить на такие животрепещущие вопросы, как: «Кто был одет лучше?», или: «Угадайте, какая еще супружеская пара скоро разбежится?» Две узкие книжные полки, повешенные на стене гостиной прямо около входа, были заполнены всякой ерундой, которая напоминала вошедшим о короткой артистической карьере хозяйки. В самом центре стояла статуэтка, которую она получила за свою первую роль, ту самую, которую Паркер отдал ей после того, как Сьюзан якобы не явилась на прослушивание; это была статуэтка «Независимый дух»[19] – не «Оскар», но достаточно серьезное свидетельство многообещающей карьеры. Однако Лори знала, что после этой роли Мэдисон так и не создала ничего значительного.
– Вы получили мое письмо, мисс Мейер?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
