Глава 4
Мы приклеились друг к другу еще до того, как попали к нему в номер. И если на танцполе наши действия были довольно откровенные, то уж то, что мы вытворяли в лифте, было из категории "только для взрослых". К счастью, пока мы поднимались, к нам никто не подсел, совсем не плохо, учитывая в каком беспорядке была наша одежда, когда мы наконец добрались до двери.
Тем временем, какой-то разумный голосок в моем сознании, продолжал нашептывать: "Ты же не настолько легкомысленна." Видимо здравого смысла во мне маловато. Я совсем не собиралась отступать.
Номер был отличный, что для такого хорошего отеля, не удивительно. Огромная кровать, в залитой лунным светом комнате, так и манила к себе. Дополняла картину раздвижная стеклянная дверь на балкон, открывающая великолепный вид на пустыню. У меня не было времени, им наслаждаться, потому что Кийо повалил меня на кровать, одновременно стягивая мою рубашку. Я еще в лифте стянула с него штаны, так что в этой гонке я лидировала.
Когда мы полностью разделись, он свесился с края кровати, и принялся рыться в пакете из магазина на полу. Не романтичная, но необходимая пауза, чтобы одеть презерватив. Я пила таблетки, но была не на столько глупа, чтоб заниматься незащищенным сексом с незнакомцем, как бы я не сгорала от страсти к нему.
Нетерпеливо, Кийо практически разодрал упаковку, и все пакетики разлетелись по полу. Он поднял и открыл первый попавшийся, а я помогла его надеть. Реакция на мое прикосновение и ярко-красный цвет презерватива вызвали у меня улыбку. Закончив, я с восхищением стала разглядывать его. Все в нем было прекрасно: фигура, рельефные мускулы, смуглая кожа. Я тонула в его темных и требовательных глазах.
Он был таким диким, первобытным. Кийо с не меньшим интересом рассмотрел меня, перед тем как опустить на постель, и лечь сверху. Покрыв все мое тело поцелуями, он снова приник губам, спустился к шее, кончиком языка повторяя ее линии.
После этого он переключился на мою грудь, как правило парни всегда уделяли повышенное внимание именно этой части женского тела. Он сжимал ее в ладонях, целовал и покусывал соски, ни на секунду не отрывая от меня взгляда. Мне казалось, что от этих поцелуев под кожей у меня разгорается пламя, и только его прикосновения, были способны его погасить.
Он устроился у меня между ног, и прижавшись лицом к чувствительной коже, скользнул языком в самом центре того места, где сходились мои бедра. Он глубоко вздохнул, и глубоко проник в меня языком. Немного позже он отстранился, и посмотрев мне в глаза, снова лег на меня. Мое тело билось в агонии, не понимая, почему мы медлим. Уж не знаю, что отразилось на моем лице, но он мне улыбнулся. Это была понимающая, звериная улыбка.
- В мире нет ничего прекрасней, - сказал он хриплым голосом, - чем запах и вид женщины, готовой полностью отдаться мужчине.
- Полностью? - рассмеялась я. - Хочешь сказать, что я твоя собственность?
- Во время секса мы все принадлежим друг другу, Евгения.
И после этих слов, я почувствовала, как он вошел в меня. Сначала он медленно прокладывал себе путь, видимо задавшись целью свести меня с ума, но затем вошел полностью. Я думала, что длительные предварительные ласки и исследование моего тела, немного охладят его пыл, но я чувствовала, что он стал даже больше и тверже, чем когда я одевала на него презерватив.
Он двигался в грубом, быстром ритме, в котором любой другой человек кончил бы секунд через тридцать. Но что то мне подсказывало, что к нему это не относится.
И я не ошиблась.
Впиваясь ногтями ему в спину, я выгибалась ему на встречу, как будто я могла заставить его входить в меня все глубже и глубже. Мне было немного больно полностью вмещать его, но это была приятная боль. Казалось, наши тела бились в танце, сливаясь в одно целое.
Он двигался сильными, глубокими толчками, внимательно наблюдая за выражением моего лица, и реакциями на каждое движение и смену позы. Очередной толчок сорвал с моих губ громкий стон, он стал двигаться сильнее и яростнее. Мои стоны превратились в крик, и он схватил мои запястья своими руками, удерживая меня на месте.
Запястье, поврежденное кересом немного болело, но это не имело значения из-за нарастающего ощущения, которое словно раскаленное жидкое пламя стремилось вырваться из меня. Кроме того, я не была такой уж неженкой.
Я освободила руки и вцепилась ему в спину, глубоко, почти до крови, впиваясь ногтями. Но это не остановило меня. Даже наоборот, я вонзила их еще сильнее, пока он снова не схватил мои запястья и не придавил меня.
Это был самый грубый секс, который у меня когда-либо был. И вероятно самый лучший.
- Не закрывай глаза, - попросил он.
Я не понимала зачем. По сравнению с остальными чувствами, зрение сейчас казалось мне самым ненужным.
- Смотри на меня, - прошептал он. - Смотри на меня.
И мы смотрели друг другу в глаза, когда напряжение внутри меня наконец взорвалось, заставляя мое тело биться и сотрясаться. Мой крик перешел в тихий стон, потому что из-за оргазма, я не контролировала свой голос.
Я подумала, что Kийо после этого замедлится, но ошиблась. Он поддерживал все тот же неистовый темп, все еще удерживая меня, и это было невыносимо после такого оргазма.
По его лицу было видно, что моя реакция завела его. В тот момент я полностью принадлежала ему, как он и говорил.
Мой агрессивный, боевой характер вспыхнул именно тогда. Я решила, что не хочу больше быть чьей-то собственностью. Я каждый день стремилась господствовать и властвовать; в том числе и в сексе.
Переместив руки с его спины на плечи, и полагаясь на элемент неожиданности, я перевернула его, и обхватила ногами его бедра, придавливая его к кровати.
На его лице отразилось приятное удивление. Похоже он не представлял настолько я сильна. Кийо попытался приподняться, чтобы снова оказаться сверху, но я снова уложила его на спину. Получилось немного грубее, чем я планировала, но он оказался не против. Даже наоборот, страсть в нем вспыхнула с новой силой.
- Теперь ты моя собственность, - прорычала я, надавив ладонями ему на грудь.
На его губах заиграла улыбка.
- Как скажешь.
Мы снова слились воедино, но теперь уже командовала я. Двигалась вверх и вниз, я наклонилась так, чтобы видеть как он скользит во мне.
Мои волосы, давно уже растрепались, и теперь нависали над ним, щекоча кожу. Они были цвета корицы, рыжеватые, не достаточно темные чтобы быть темно-рыжими, и не такие светлые как земляника. Однако при таком освещении они создавали между нами темную завесу . Он отбросил их и мягко взял в ладони мою грудь, так чтобы он мог чувствовать, как она двигается в такт мне.
