Запомним.
4. Кроме четырёх физических сред, в которых ведётся вооружённая борьба (суша, море, воздух и космос), с начала ХХ-го века появилась и всё более расширяется пятая, невидимая — радиоэлектронная. В военной литературе пока не принято выводить этот природный невидимый мир в отдельную сферу вооружённой борьбы, полагая, что физическими носителями средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ) являются самолёты, наземные станции и корабли, применяемые в традиционных сферах военных действий. Думается, что время такого подхода к оценке этой сферы заканчивается. Тенденции в изменении роли и места радиоэлектронной борьбы в современных войнах и вооружённых конфликтах, в операциях и других формах применения войск и сил, говорят о стремительном увеличении значения этой составной части в содержании военных действий. Чем это вызвано?
Во-первых, практически весь процесс приёма и передачи информации по управлению войсками и оружием перешёл в радиоэлектронную сферу: управление стало радиоэлектронным. Систематическое и целенаправленное нарушение радиоэлектронной обстановки в сетях управления противника способно дезорганизовать все управление.
Кроме того, отдельные субъекты и объекты физически вещественного поля боя превращаются в единое информационное боевое пространство, в котором неразрывная целостность процесса обнаружения, целеуказания и поражения цели становится важнейшим условием и фактором победы. Взятые сами по себе тактико-технические характеристики (ТТХ) того или иного образца вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ) — самолёта, вертолёта, корабля, ракеты, танка, артиллерийского орудия и т.д. перестают играть роль самодостаточного показателя их боевых возможностей. Средства разведки, связи, целеуказания, поражения также всё более теряют свою автономную самодостаточность. Взятые отдельно от боевой системы традиционные тактико-технические характеристики отдельных образцов вооружения, военной и специальной техники всё больше отражают лишь их персональные технические характеристики, а не тактические, то есть, боевые возможности. Только в единой боевой системе технические возможности, заложенные в образце вооружения, военной и специальной техники, могут быть в достаточной мере реализованы в боевые. Но чем насыщеннее и сложнее боевая система, тем в большей степени её общая боевая эффективность будет определяться эффективностью её системы управления, которая существует в радиоэлектронной сфере. Таким образом, радиоэлектронное подавление соответствующих средств в системах управления войсками и оружием противника становится основным содержанием и новой оперативной и стратегической задачей в современных операциях.
Во-вторых, повышение значения радиоэлектронной борьбы вызвано появлением новых, более мощных образцов электромагнитного и других видов электронного оружия. В дополнение к уже традиционно применяемым с 1960-х годов ракетам класса «воздух — РЛС», а позднее и другим образцам самонаводящегося на радиоэлектронное излучение авиационного и ракетно-артиллерийского оружия, в 1999-м году в Югославии американцами были применены так называемые V-бомбы, поражающие радиоэлектронные объекты сверхмощным радиоэлектронным импульсом. США и его иудейским союзником на Ближнем Востоке торопливо завершаются работы по разработке и принятию на вооружение наземного лазерного комплекса по программе THEL (тактический высокоэнергетический лазер), предназначенного для уничтожения неуправляемых ракетных снарядов (НУPC) среднего и дальнего радиусов действия. Значительный успех ответных ракетных ударов «Хезболлы» по еврейским объектам на севере иудейского государства заставил агрессоров форсировать работы на этом направлении. Огромные перспективы открываются перед применением лазерного оружия в космосе.
Усиление наступательной составляющей радиоэлектронной борьбы в виде радиоэлектронного подавления и поражения средствами РЭБ радиоэлектронных объектов противника предполагает необходимость защиты от подобных же действий противника и вызывает увеличение значения радиоэлектронной защиты своих войск и сил. При этом проблемы, связанные с противодействием техническим средствам разведки противника, и в мирное, и в военное время должны решаться одними и теми же структурами. В отличие от всех других видов обеспечения, кроме защиты от оружия массового поражения, в Вооружённых Силах нет должностных лиц, чьи служебные функции заключались бы в организации оперативной маскировки (нет «начальника маскировки»), поэтому каждая военная структура должна решать вопросы противодействия техническим средствам разведки в своей области под общим руководством начальника штаба или другого органа военного управления.
Таким образом, радиоэлектронная борьба приобретает всё более важную роль в содержании военных действий. Роль и место сил и средств РЭБ сейчас можно сравнить с ролью и местом танков накануне и в ходе Второй мировой войны. Понимание радиоэлектронной борьбы лишь как одного из видов боевого оперативного и стратегического обеспечения представляется опасным анахронизмом. Недооценка значения радиоэлектронной борьбы в форме отказа включить радиоэлектронную борьбу в основное содержание военных действий в качестве важной составной части, а не вида обеспечения, неизбежно приведёт к таким же катастрофическим последствиям, как ранее непонимание необходимости построения противотанковой обороны: последствия радиоэлектронных прорывов и радиоэлектронного поражения будут не менее, если не более ужасны.
И вот в этих условиях, когда в содержании возможных военных действий России против информационно и технически превосходящего её противника, каким является США и НАТО, радиоэлектронная борьба приобретает решающее, может быть, победоносное значение, Министерство обороны внезапно принимает решение о расформировании Воронежского военного института радиоэлектронной борьбы, готовившего специалистов РЭБ и являвшегося ведущим научным центром в этой области. Знают, знают за океаном, куда надо бить, и бьют безжалостно, пользуясь продажностью нынешней военной верхушки. Спешат к известному им сроку. Надо бы и нам поторопиться, успеть...
В целом возрастание роли и места радиоэлектронной борьбы в современных войнах и вооружённых конфликтах позволяет настаивать на необходимости преобразования нынешней Службы РЭБ в Войска РЭБ, появления соответствующего рода войск (сил) во всех видах Вооружённых Сил, придания будущему управлению Начальника войск РЭБ части функций оперативного управления. Аналогом здесь может послужить система административного и оперативного управления войск (сил) ПВО. В дальнейшем по мере развёртывания и усиления группировок войск (сил) РЭБ на суше, на море, в воздухе и в космосе, появления новых средств радиоэлектронной борьбы, нужно будет рассматривать вопрос о придании войскам РЭБ статуса отдельного рода войск Вооружённых Сил.
5. Приоритеты в создании и совершенствовании группировок Сухопутных Войск в значительной степени зависят от характера сухопутных (наземных) военных угроз на том или ином театре военных действий, потому и будут различаться.
Угроза сухопутного вторжения противника на западном направлении представляется ничтожно малой. Точнее, маловероятны крупномасштабные, стратегические действия сухопутных группировок Вооруженных Сил России по отражению вторжения. Их не будет по двум причинам, поскольку бронетанковые и мотопехотные колонны США и НАТО могут войти на территорию России также лишь в двух вариантах.
Во-первых, «по приглашению российского Президента и правительства для оказания интернациональной помощи в деле защиты демократии» или «для защиты ядерных объектов, представляющих угрозу всему человечеству». В этом случае Российская Армия получит приказ от своего главковерха встречать захватчиков как друзей и союзников, что нынешний продажный генералитет, безусловно, сделает, охотно или неохотно, — не суть важно. И сколько б гадкого и другой понапраслины ни говорили про генералов, солдат без генерала воевать не может. Армия — чрезвычайно жёсткая иерархическая структура, внутри которой самодеятельности быть не может по определению. Она либо воюет, либо разбегается по домам. Мелкие очаги сопротивления отдельных частей и подразделений подавит авиация НАТО. Американские, английские, польские танки войдут в Москву, как вошли в Багдад, дав для острастки пару победных залпов по «культовым сооружениям русских нацистов» на Бородинском поле и бывшим рубежам обороны Москвы героями-панфиловцами. В этом варианте ход и исход сухопутных сражений на первом этапе будет решаться в Кремле. Потом — Третья Отечественная, где решающую роль сыграют партизанские и диверсионные действия.
