что со мной, я только бурчала, что устала. Не скажешь же ей, что после ночей с чудищем из моих кошмаров, Марк меня не смог удовлетворить.
Те эмоции и ощущения, что я чувствовала от перчаточных женщин, которые им дарил де Кобелье, не идут ни в какое сравнение с тем, что пытался дать мне Марк. И ведь де Шансье старался как никогда. Я сама от него такого не ожидала, неужели понравиться хотел и на что-то большее рассчитывал? Знает же, что он только для того, чтобы периодически сбрасывать напряжение. Ни больше, ни меньше.
Марк ласкал меня языком и брал в разных позах, он хотел доставить мне наслаждение и делал для этого все… Но это был просто детский пшик по сравнению с де Лорелье. Николас имел жестко и властно, он не дарил перчаткам и толики внимания, не заботился об их удовольствии, но они все равно его получали, да еще какое.
Вспомнила ночи с кобелем и возбудилась. А от этого еще сильнее разозлилась! Древние драконы, очистите мой разум! Рогатые, заберите мои порочные мысли обратно в свое царство тьмы и разврата!
Последние фразы я, оказывается, пробубнила вслух. А везде-нос-сующая Ри все услышала.
— Лея, может расскажешь, что с тобой? Ты с начала учебного года сильно изменилась, — какие-то переживательные нотки проскальзывали в ее голосе.
— Милая, все хорошо, — решаю быть мягкой, язвы от меня сегодня Ри уже наслушалась, ну не могу я ей рассказать про сны, которые вовсе не сны, а демоновый, тьфу ты, три поцелуя и сердечко, …рогатый прабабкин дар перемещения.
— Новый декан и магистр в одном лице, — я продолжаю, — отработка опозданий, последний учебный год. Впереди новая жизнь. Понимаешь, все навалилось. А с моим характером такие перемены тяжело приживаются.
Стараюсь говорить твердо и убедительно, но судя по скептическому взгляду подруги, она не верит ни единому моему слову.
— Не хочешь — не говори, — обижено надулась Рина и отвернулась, сидя в позе лотоса в своей кровати.
— Ну, Ри, — протянула, — я еще сама не разобралась со всем, что происходит в моей жизни. Я тебе обязательно расскажу, но не сейчас, — подошла к ней и обняла, все-таки терять единственную подругу, которая может меня терпеть вот уже как четыре года, мне не хочется.
— Хорошо, — недовольно буркнула она, но обняла в ответ, — теперь спать, — командным тоном, как бы ненавязчиво, отправила меня в постель. Еще и подтолкнула для ускорения.
И это называется подруга! Да кто еще кого терпит!
— Вот и спи, — вредно сказала я и погасила свет.
А сама стала мечтать вновь увидеть антрацитового красавчика во сне: — Я скучаю по тебе, — тихо прошептала и закрыла глаза.
Глава 11
Лея
И закрыла глаза в надежде увидеть свою любимую лужайку…
Но, древние драконы решили, что с меня достаточно недели, я выспалась и отдохнула, и сегодня мне пора в кобелиную постель, точнее сказать, не в постель.
Мы стоим перед зеркалом. В какой-то комнате, точно не в академии. Я, то есть не я, а какая-то так себе брюнетка, которую можно разглядеть в отражении, и сзади Николас.
Он держит меня одной рукой за шею, второй властно сжимает грудь. Его движения четкие и размашистые. Он входит до упора и резко выходит. Я стону так сильно, что уже сорвала голос… Я хочу его всего полностью. Слегка поворачиваю голову, чтобы найти своими губами его губы, мне так необходим нежный поцелуй в этом вихре необузданной страсти, но он отворачивается. Я испытываю досаду, но она не мешает мне продолжать получать удовольствие, что дарит этот мужчина. Лучше него у меня никого и никогда не было…
— Лея, Лея! — кто-то трясет меня, я начинаю возвращаться в себя, Ри, это точно Ри, — Лея, что с тобой?
— Рина, что случилось? — открываю глаза, в комнате еще темно, но за окном уже начинает розоветь небо, значит очень ранее утро. Я делаю вид, что ничего не понимаю. Великие вновь отвернулись от меня и я бесстыдно наблюдала за наслаждением очередной перчатки, когда сама вчера шиш только получила, — ненавижу!
Ой, кажется, я сказала это вслух. Точнее прошептала или процедила, в горле пересохло, я опять стонала и, судя по всему, долго и громко. Бедная Ри, как же ей живется с такой путешественницей. Да простят меня древние драконы за все ее страдания и даруют Ри много счастья, любви и золота.
Смотрю на подругу виновато, вижу в ее руках стакан воды и молча тяну к нему руки. Рина сует мне его немного резко и по взгляду я вижу, что сегодня она точно отведет меня к целителям за ручку. Ее терпение закончилось.
— Лея, сегодня же, перед лекциями идем в лекарское крыло на осмотр, — вот, я же говорила, — и никакие отговорки не принимаются. Это ненормально, — по слогам произносит она, — то, что происходит с тобой. Ты стонешь будто не от ужаса и страха, а от наслаждения, — она прищуривается.
Ой, великие! Неужели спустя месяц она таки догадалась.
— Хорошо, Ри. Эти кошмары, — делаю акцент на слове, — меня замучили окончательно, полностью с тобой согласна, надо к целителю, — сдаюсь, схожу для ее успокоения, всё равно мне ничего нового не скажут, может настойку пропишут успокоительную. Заодно и нервничать меньше буду, и раздражаться. И Ри перестанет меня во всем подозревать. А что, отличный план выходит.
— Я серьезно, не отделаешься! Ты меня знаешь, — и руки в боки, и лицо серьезное сделала.
— Хорошо, — теперь по слогам повторила уже я и скривилась в ответ, — сходим после завтрака.
— Нет! — рявкает, аж страшно стало, да что на нее нашло, — сходим до, не дайте драконы, у тебя неотложные дела резко возникнут. Я не буду так рисковать.
Вот же подруга. Киваю, — Давай еще поспим немного, — умоляюще смотрю на нее. Чувствую себя разбитой, сегодня я устрою де Кобелье веселый денек за все его ночные наслаждения…
***
Просыпаться было тяжело, но Рина сделала всё, чтобы поднять меня с кровати. Водой только окатить не успела, я ее всю испарила и с бурчанием все-таки поднялась.
Ри права, так больше продолжаться не может. Но целители мне в этом деле точно не помогут. Мне нужно в библиотеку, и если там ничего не найду, прабабку придется поднимать с некромантами. А вот это уже сложно. Но не буду заглядывать вперед, еще есть надежда на книги или на нашего библиотекаря, который, кажется, знает всё и даже больше, чем всё.
Надеюсь, древние мне помогут избавиться от этого дара
