а в небе, прикрыв солнце своими мощными крыльями, парит антрацитовый дракон.
Ты мне приснился! Мой взгляд, направленный на него, полон восхищения.
Дракон начинает снижаться на мою лужайку. Я с нетерпением жду с ним встречу! Какой прекрасный сон. Невероятный, впервые я вижу так близко дракона, пускай даже не наяву. А он именно такой, как на моей любимой картине.
О, великие!
Антрацитовый мягко приземляется и пристально смотрит на меня своими янтарными глазами, словно что-то пытается разглядеть и склоняет голову набок.
— Привет, — я здороваюсь и протягиваю ему руку. Дракон утыкается в нее своим носом, он мокрый и холодный, как у котенка. Я слегка глажу его, — ты такой красивый, — не удержалась и сделала комплимент этому красавчику.
Мне кажется, или он заурчал, или даже замурчал, драконы так умеют? Видимо да, или же просто мое воображение так разыгралось, ведь это всего лишь сон.
— Как жаль, что ты только сон…
Я сделала шаг, еще шаг и еще. Подошла максимально близко. Дракон насмешливо наблюдал за мной, но не двигался с места.
— Позволишь обнять тебя на прощание? Скоро прозвонит мой будильник, а мне утром к де Кобелье.
У дракона изменилось лицо или морда, как правильно, даже не знаю. Будто бровь приподнял, если бы она у него была.
— Не обращай внимания, дракоша, это кобель один, поэтому и де Кобелье. Не хочу во сне о нем думать, итак, последние три недели из головы не выходит.
Он кивнул и позволил обнять его, какой же жар исходит от его тела. Невыносимо, очень горячий, но чешуя такая приятная на ощупь, словно бархатная.
— Я буду скучать, — честно сказала я. Чмокнула его в нос на прощание…
…И проснулась с улыбкой до самых ушей, и ни противный будильник, ни ближайшая встреча с магистром кобелиных искусств не могли стереть ее с моего лица.
Как и обещала Рине, я собиралась шумным и неповоротливым гоблином. Ри накрылась одеялом с головой, потом еще сверху подушку прижала. Лежала и не шевелилась, но я слышала, как она недовольно бурчала что-то про мстительных подруг. То-то же, нечего мне драконью помощь предлагать и хихикать. Я люблю сон, а сон любит меня. Ранние подъемы это не мое. Ну совсем не мое. И злорадство, со стороны единственной подруги, тоже не для меня, и оно должно быть отомщено.
На пересдачу я шла в хорошем настроении, благодаря антрацитовому красавчику, который сегодня навестил меня во сне, и свершенной утренней мести Рине.
И я даже не опоздала, ну почти, на минутку всего, но это же не считается, правда?
Магистр де Кобелье посчитал, что все-таки одна минута это уже опоздание:
— Адепка Лея де Ришелье, вы себе не изменяете, опять кого-то к целителю отводили? — насмешливо произнес.
— Извините, мастер де Ко… де Лорелье, больше не повторится, разрешите встать в строй? — великие, ну вот опять, проговорюсь когда-нибудь полностью и тогда одним отражающим щитом я от него не отделаюсь.
На мое «ко» он вопросительно выгнул бровь, неужели догадался, что я хотела произнести. Сомневаюсь, протягиваю про себя. Откуда ж он знает, что я его кобелем величаю, потому что перемещаюсь в интимные моменты с его бесконечными перчатками. Сколько их уже было за три недели, штук восемнадцать, точно не помню, жаль не считала. То есть не жаль, не хватало мне еще его перчаточных женщин считать и на листок записывать, перепись вести, так сказать. А потом ему принести и сказать: — На вот, смотри, никого не забыла? — брр, какие глупости в мою красивую голову только не лезут, а все из-за недосыпа.
Я, на выгнутую бровь, ответила извиняющей улыбкой, не помогло. Он прищурил глаза, обсмотрел меня с головы до ног и обратно, а потом просто лениво кивнул, мол вставай в строй, несчастная.
Да что за человек такой. Нет! Высокомерный, насмешливый кобель! А не человек. Вот так-то!
— Доброе утро, адепты, — ага, доброе, спала бы я сейчас, может на драконе полетала бы, тогда было бы доброе, через час примерно, — сдаем десять кругов по полигону на время, кто не уложится в минимум, завтра приходит в шесть утра.
Что? Хочется заорать. В шесть утра, да он издевается!
— Кто не сдаст завтра в шесть, придет послезавтра в пять утра, и так далее. Всем ясно? — рявкает уже совсем неуважаемый магистр.
— Так точно, — недружным хором ответили мы, чем похоже начали злить или смешить де Кобелье, по его лицу эту эмоцию не разберешь.
— А что сонные и кислые такие? Бодряком побежали, марш! Время пошло, — сам бы побежал в рань такую, я бы на него посмотрела. Бодряком ему, тьфу. Язык бы показать этому му… мужчине.
Но деваться некуда, бежать, так бежать. Совсем не хочется завтра вставать на пересдачу к шести утра. Конечно, если судить по сегодняшнему удавшемуся сну, ранние подъёмы это хорошо, де Кобелье тоже спит и не делает свои кобелиные дела, но все-таки лучше поспать подольше. Хотя, не знаю как лучше.
Лучше, если бы Николаса де Лорелье вообще не существовало в моей жизни. Именно!
Древние драконы, за что вы так со мной? Зачем послали такое испытание? Жалобно смотрю в небо, бегу, но смотрю. Ответа я, конечно, не получила. Но ускорение себе прибавила, так как не решила, что хуже: перчаточные приключения или очень ранние подъемы и забеги.
Солнце уже начало подниматься достаточно высоко. Хорошо, что осень на дворе, оно не печет, но согревает, потому что на улице достаточно прохладно. Зимний тепловой купол над территорией академии еще не активирован, а за ночь температура прилично опускается.
Осталось три круга, де Кобелье в нормальном расположении духа, значит время еще есть, решила я. Немного сбавляю темп, чтобы передохнуть. Смотрю на магистра, а он в этот момент смотрит на меня и прожигает недовольным взглядом, тыча в циферблат часов.
Отворачиваюсь, чтобы он не видел, и закатываю глаза. Ясно, отдыхать нельзя, ускориться можно. Не все так гладко по времени, как казалось или просто кобель придирчивый попался. Оставшиеся три круга пролетают, точнее, я их пробегаю. Пришла пятая из двадцати адептов нашей группы.
Стою, поставив ладошки на колени, согнувшись и оттопырив свои идеальные ягодицы. Я же говорила, с самооценкой у меня все отлично. Пытаюсь отдышаться, все-таки утренний сон это мое, а вот утренний бег совсем не мое. Слышу покашливание сзади меня, резко поднимаюсь и разворачиваюсь.
— Поздравляю, адептка де Ришелье, ваш результат засчитан, — и опять этот насмешливый взгляд. Он по-другому смотреть не умеет?
— Спасибо, магистр, — отвечаю, чтобы отвязался, но нет.
