Книгу я нашел в библиотеке, когда искал средство против непрошеных гостей. О библиотеке следует сказать особо.
Она занимала шесть больших залов и одиннадцать малых комнат, одни из которых были проходными, а другие — тупиковыми. Кроме стеллажей, там были книжные шкафы, которые, видимо, сначала внесли внутрь и собрали, а потом подумали, куда ставить, да так и бросили посреди комнаты. Подавляющее большинство томов представляли собой справочники на все случаи жизни — от приготовления праздничного обеда на три персоны до завоевания мира. Кроме них, были учебники — по астрологии и некромантии, по прикладной магии и целительству, по гаданию и вызыванию духов. Кроме них особое место занимали многочисленные справочники и сборники полезных советов — от «Тысяча и один способ вывести бородавки» до пятнадцатитомного «Как завоевать мир». Среди них чудом затесались чьи-то путевые заметки и несколько романов, один из которых я и читал, удобно устроившись под навесом в тени крепостной стены. Я покачивался в гамаке и прихлебывал коктейль «Ранняя пташка» (сборник «Как стать барменом», том 2, страница 118).
Погода благоприятствовала радужному настроению. Вокруг моего замка расстилалась холмистая равнина, которая только в первые недели моего заключения напоминала гнилое болото. Теперь в этот мир пришла весна, и вокруг все зазеленело, а в траве тут и там мелькали белые и желтые цветочки. В кустах неподалеку щебетали птицы, звенели кузнечики, и жизнь казалась прекрасной. Идиллию не мог нарушить даже приближающийся топот копыт, сопровождаемый грохотом железа. Этот жуткий звук спугнул беспечных птах, но я не прервал своего занятия — уж слишком захватывающим было чтение.
Отряд примерно в два десятка воинов с лязгом и грохотом осадил своих коней в нескольких шагах от меня. Я только мельком бросил на них взгляд из-за книги. Среди приезжих примерно половину составляли люди, а остальные носили емкое название «разумные существа». Точную их видовую принадлежность я не мог определить без «Справочника-определителя разумных рас Вселенной».
— Отшельник! — рявкнул воин, который исполнял в этом отряде функцию предводителя. — Поведай, во имя чистого неба, где темные силы?
— Это не здесь, — ответил я, прихлебывая «Раннюю пташку».
— А где?
— Вон там, — кивнул я, поставил бокал на камень и указал рукой, где именно.
На некотором отдалении от моего замка, максимально возможном для меня, красовались кривые ворота, окруженные строительным мусором. Над ними была косо прибита вывеска «ТЕМНЫЕ СИЛЫ. Не входить! Убьет!» Сооружение было скопировано с еще одного справочника — «Строительство замков, крепостей, цитаделей и коттеджей», том 16, раздел 8, но еще не достроено. Собственно, кроме ворот, там больше ничего не было, но у меня руки не доходили приделать к ним хотя бы стену. Впрочем, пока все годилось и так. Тем более что сразу за воротами начинался крутой обрыв, на дне которого когда-то текла речушка.
— Ага, — нехорошо усмехнулся предводитель и воздел свое оружие. — Вперед! Во имя чистого неба! На смерть! За мной!
— Ур-ра! Насмерть! Насмерть! — вразнобой подхватили его спутники, и отряд ринулся к воротам. Взяв с места максимальный разгон — вероятно, они ожидали, что на подступах встретят всевозможные преграды, — они пролетели ворота насквозь и пропали за развалинами. Только эхо донесло грохот — на сей раз от падения нескольких десятков тел.
Я выслушал раскаты эха, потом нашарил в кармане мелок и нарисовал на камне рядом еще один крестик. За полтора месяца это был уже восьмой отряд борцов с темными силами. Ночью надо будет сползать к краю оврага, посмотреть — вдруг кто-то остался в живых. Таковых мне приходилось на закорках относить в замок и препровождать… правильно, в темницу. А что делать, если это единственное подходящее помещение в замке? Здесь же не гостиница и не больница для буйных сумасшедших!
— Что читаем? — вдруг раздался у меня над ухом смутно знакомый голос, и я от неожиданности расплескал остатки «Ранней пташки».
За моей спиной нарисовался ушастый субъект в хламиде неопределенного цвета и покроя. Острохарактерный нос выдавал в нем моего родственника, но я и так уже узнал его.
— Ну-ка, ну-ка! — Незваный гость обошел гамак и приподнял обложку. — «Последний росчерк пера». Гараргон Правдолюбец. Фу, какой позор! Ты что, читаешь любовные романы? Сразу видно, что одиночное заключение на тебя плохо влияет. Пожалуй, от тебя следует держаться подальше!
Я внутренне застонал. У меня восемнадцать кузенов, но принесло сюда именно этого.
— Тебя тетя Кассия послала? — стараясь быть любезным, поинтересовался я. — За пудреницей?
— За какой пудреницей? — опешил милый братец.
— За своей. Она ее у меня забыла. В прошлый раз. Кругленькая такая, перламутровая. На ней еще рыбка выгравирована и…
— Точно! Она! — Кузен протянул руку, но тут же ее отдернул: — Ловко! Ты меня подловил! Я уже было почти… Ты все такой же!
— А ты изменился. Крем от прыщей «Каракатица»?
Кузен сердито засопел.
— Не твое дело!
— Да, — согласился я. — Я только кремы от прыщей и не изобретал. Может, попробовать? Все равно заняться нечем… Хочешь мне помочь? Результат гарантирую!
— Знаем мы твои «результаты»! — отмахнулся кузен. — Потом вовек не отмоешься.
Я хихикнул:
— Это если будет что отмывать. И кого! Но ты, милый Сид, не беспокойся. Своих не трогаем!
«Милый Сид» что-то пробурчал и отвернулся. Я пролистал еще несколько страниц книги, убедился, что конец главы еще далеко и снова обратил внимание на братца. Он стоял возле моего гамака и рассматривал окрестности с видом туриста, которому пообещали экскурсию по занимательным местам и развлекательный турнир, а вместо этого подсунули благотворительный спектакль общества инвалидов. Обычно я могу держать паузу, но не сегодня. И не сейчас.
— Ты чего приперся? — нарушил я молчание. — В гости? Или как?
— А я что, не могу навестить родственника? — тут же откликнулся он.
— Родственника, находящегося в ссылке! — поправил я. — Которому запретили, если я правильно понял приговор, общение с себе подобными.
— Ну вот этих ты себе подобными явно не считаешь!
Сид указывал рукой куда-то вдаль. Я медленно встал из гамака, чувствуя, что у меня уже начинается паранойя. На горизонте, где болотистая равнина переходила в гряду холмов (или горный хребет, из-за расстояния не разберешь), клубилось облако пыли. И оно стремительно приближалось.
Я щелкнул пальцами и прошептал несколько слов, приставив к глазу пустой бокал от «Ранней Пташки». И внутренне застонал, когда в этой импровизированной подзорной трубе узрел небольшой отряд. Он полностью соответствовал характеристике «борец со злом и его сподвижники». Группа состояла из мрачного молодого мужчины с давно не стриженной бородой, старика с задумчивым лицом, пронырливого типа с замашками карманного вора, эльфа, увешанного таким количеством оружия, что непонятно было, во что он одет, и девушки, вообразившей себя великой воительницей и облачившейся для этой цели в кожаную мини-юбку и две полоски крест-накрест на шикарном бюсте. На девушку, каюсь, я засмотрелся — отвык, знаете ли, от женского общества. Ибо женщины обычно не стремятся в героини. Их больше привлекает статус прекрасной пленницы, которую благородный герой должен освободить из цепких ручонок злодея. Хотя именно эта сама способна взять злодея в плен, просто выразительно тряхнув бюстом… Извините, опять отвлекся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
