— Ничуть не старше, миледи, — ответила Марианна.
«Вот черт!» — мысленно выругалась я.
Служанка достала из шкатулки с драгоценностями пару серег, вдела их мне в уши и застегнула на шее жемчужную нить.
— Слава Богу, что уже можно не носить бомбазин, — сказала я, поднимаясь. — В такой теплый вечер он был бы невыносим.
В открытые окна будуара долетал легкий ветерок, но вечер и в самом деле был очень теплым. Однако не только из-за этого на лбу у меня выступила испарина. В столовой мне придется сидеть прямо напротив Стивена!
Хорошо еще, что мы встретимся в присутствии Адама и Фанни!
Я вернулась в свою спальню, оттуда вышла в коридор, но задержалась перед широкой дубовой лестницей.
Мне следует это сделать. Тогда я быстрее избавлюсь от терзающего меня беспокойства. Не раздумывая более, я громко постучала в дверь первой спальни на втором этаже.
Дверь вдруг бесшумно отворилась, и я увидела Стивена.
«А ведь он действительно стал выше!» — пронеслось у меня в голове. Когда Стивен уезжал на Ямайку, мои глаза были на одном уровне с его скулами, теперь они на одном уровне с его ртом.
Сердце мое учащенно забилось.
Он молча смотрел на меня.
— Я хотела бы, чтобы до ужина ты встретился с Джайлзом.
Стивен вышел в коридор и закрыл за собой дверь:
— Хорошо.
Мы направились к Джайлзу. Сидя в детской один, он трудился над какой-то новой головоломкой.
— Мама! — Сын бросился в мои объятия.
— Джайлз, дядя Стивен пришел поздороваться с тобой.
— Как поживаете, дядя Стивен? Я очень рад, что вы вернулись.
На лице Стивена вновь появилось отчужденное выражение. Он протянул руку мальчику:
— Я тоже рад видеть тебя, Джайлз. — И когда маленькая ручонка потонула в его широкой ладони, добавил:
— Ты очень похож на свою маму.
Джайлз явно не был польщен этим. Последние шесть месяцев он все больше сознавал свою принадлежность к мужскому полу, и ему весьма не понравилось, что его сравнили с женщиной, пусть даже с обожаемой мамой.
Стивен, отличавшийся особой чуткостью, сразу уловил его недовольство.
— Я хотел сказать, что волосы у тебя такого же цвета, — быстро уточнил он. — По чертам лица ты, несомненно, Грэндвил.
Успокоенный Джайлз улыбнулся:
— Вы будете жить с нами, дядя Стивен? Мама говорит, что вы мой опекун.
— Пока я останусь здесь, Джайлз. Твой папа поручил мне управлять поместьем до твоего совершеннолетия. А потом ты сам займешься этим.
— Вы любите ловить рыбу, дядя Стивен?
— Да. — Стивен впервые улыбнулся моему сыну. — На Ямайке я частенько рыбачил.
— Мы ловим рыбу прямо здесь, в парке, — пояснил Джайлз, — в нашем озере. Можно ловить рыбу и в Уэст-Хейвене, прямо в океане.
— Дядя Стивен вырос в Уэстон-Холле, дорогой, — сказала я. — Он опытный рыболов.
— А может быть, вы пойдете с нами удить рыбу? — спросил Джайлз. Увидев надежду в его глазах, я почувствовала укол в сердце. — Я поймал сегодня четыре больших рыбины. И съел их за ужином, мама, — добавил он, обращаясь ко мне.
Простодушная болтовня Джайлза, видимо, помогла Стивену справиться с напряжением.
— Неужели съел все четыре? — удивился он.
— Да, — подтвердил Джайлз.
— Они были не так велики, как ты полагаешь, — пробормотала я.
Его глаза вспыхнули вдруг голубым светом и обратились ко мне. У меня перехватило дыхание.
— Вы пойдете рыбачить с нами, дядя Стивен? — настаивал Джайлз.
Взгляд Стивена вновь скользнул по мальчику. Мне было бы неприятно, если бы он отказал моему сыну, однако я все же предпочла бы не находиться в его обществе.
— Я буду счастлив пойти с вами на рыбную ловлю, Джайлз. — Стивен покосился на меня. — С уэстонским озером связано столько приятных воспоминаний!
Гнев охватил меня.
— Думаю, вам стоит отправиться вдвоем; рыбная ловля — мужское занятие, — заметила я. — К тому же вы лучше познакомитесь.
Джайлз, истосковавшийся по мужскому обществу, спросил:
— Вы пойдете со мной, дядя Стивен?
Лицо Стивена выразило разочарование, однако он был неспособен проявить жестокость к ребенку, смотревшему на него с такой надеждой.
К ребенку, но не ко мне.
— Конечно, пойду. Я так люблю ловить рыбу.
Глава 5
Ужин прошел не так скверно, как я опасалась. Рядом со мной сидели Джаспер и дядя Адам, а рядом со Стивеном — Нелл и тетя Фанни. Мисс Стедхэм оказалась несколько на отшибе, напротив нее стоял пустой стул, но так как ужин был чисто семейный, в беседе участвовали все, и никакой неловкости не ощущалось.
Моя мать велела заново отделать все приемные комнаты в Уэстон-Холле. Сейчас бледно-зеленая с золотом столовая сияла великолепием. Большой обеденный стол красного дерева, обтянутые золотисто-зеленым шелком стулья, большая хрустальная люстра под сводчатым потолком, огромный резной буфет красного дерева с фамильным серебром. Со стены на нас смотрели портреты моей матери и графа Уэстона.
Сэр Томас Аоуренс написал эти портреты через несколько лет после их женитьбы. Глядя на красивого светловолосого графа, я подумала, что Джералд был бы так же хорош собой, доживи он до сорока. Однако в лице графа привлекала внимание не столько красота, сколько аристократическое достоинство человека, уверенного в себе и в своем высоком положении в этом мире.
Портрет моей матери за эти годы стал знаменитым. Сам Аоуренс считал его одним из своих шедевров, и, видимо, не ошибался. Он изобразил ее в зеленом утреннем платье со спаниелем на руках (эту собаку она позаимствовала у леди Мортон, ибо сама не любит собак). В портретах было что-то взаимодополняющее. Моя мать, прекрасная и элегантная, казалась воплощением аристократизма.
Сама она очень гордилась этим портретом, восхищавшим всех, кто видел его.
Иногда меня посещала мысль: уж не одна ли я замечаю то, что делает Лоуренса великим художником, гением, а не просто светским портретистом. Присмотревшись к женщине, изображенной на портрете, я видела, что ее красота себялюбива, улыбка — холодна, а прекрасные зеленые глаза лишены глубины.
Лакеи подали на первое говяжий бульон.
— Ты чудесно загорел, Стивен, — сказала Фанни. — Я и не предполагала, что ты такой смуглый.
— На Ямайке очень жарко. — Стивен склонился над чашкой с бульоном.
— Несколько моих знакомых, побывавших в Индии, — вставил Джаспер,
— вернулись такими же загорелыми.
— В детстве Стивен сразу обгорал на солнце, — вспомнила Шанни.
— Я привык к жаре через несколько месяцев и перестал обгорать.
— Стивену очень идет загар, мама. — Нелл всегда вступалась за него.
