прибытия Х.А.Кироги и Д.Торо в столицу Д.Саламанка выслушал их обвинения в адрес Г.Кундта и вызвал его в Ла-Пас. Временным командиром I корпуса был назначен бригадный генерал Э. Пеньяранда.
14 декабря незадачливый немецкий генерал и несколько сопровождавших его немецких офицеров отбыли из действующей армии. На аэродроме Муньоса его приветливо провожала толпа солдат, которые любили Г.Кундта за заботу о них. Забиравший генерала Юнкерс привез долгожданные артиллерийские снаряды и пополнения. В течение последующих трех дней в Чако было переброшено более трехсот солдат и несколько тысяч снарядов. Однако они не могли повлиять на исход боев за Муньос. Генерал Г.Кундт ещё два месяца находился на боливийской службе и был официально отправлен в отставку только 16 февраля 1934 года. В своем заключительном докладе правительству республики он попытался объяснить причины своих неудач и частично переложить ответственность на других. В частности, он указывал на желание многих старших командиров управлять своими частями по телефону, не выезжая на рекогносцировки. Другим фактором, приведшим к поражению, по его мнению, стало создание командирами дивизий частных резервов, что “утончало” линию фронта обороняющихся частей. Однако если рассмотреть этот вопрос объективно, в этом был виноват сам Кундт не имевший оперативного резерва. В условиях прерывистого фронта отсутствие оперативных резервов на уровне корпуса породило у дивизионных командиров желание иметь хоть что-то под рукой для парирования обходных маневров противника. Третьим фактором неудач, по его мнению, стал недостаток авиационных и артиллерийских боеприпасов.
Генерал Г.Кундт во время своего командования, длившегося почти год, много сделал для поднятия боеспособности боливийской армии. Оперативные идеи, выработанные его штабом, были не столь плохи, как о них говорят, особенно в первой половине 1933 года (Нанава -Платанильос и Гондра – Толедо), и могли привести к оперативному окружению главных сил парагвайской армии. Однако недооценка боевых качеств и силы сопротивления противника, завышение возможностей своих войск, выделенных для этих операций, и игнорирование климатических и природных условий не позволили его замыслам реализоваться.
К февралю 1934 года шестидесятипятилетний генерал, нервы которого были расшатаны безвременной смертью жены, мучился болезнью сердца и желудка. Д.Саламанка не хотел его отпускать на излечение, справедливо полагая, что Г.Кундт должен остаться в Боливии до окончания войны. Однако состояние здоровья немецкого генерала, на которое неблагоприятно влиял воздух Альтиплано, побудили президента отпустить Г.Кундта. Перед его отбытием Д.Саламанка обещал генералу объективно расследовать все детали битвы под Кампо-Виа, но даже не попытался этого сделать. Г.Кундт и группа его коллег через Чили добрался до своей родины. Оттуда отставной генерал перебрался в Лугано, где умер в возрасте 71 годак одиноким и забытым, не дожив всего одного дня до начала Второй мировой войны. В своём последнем интервью прессе, сделанным им после подписания мира, он отдал должное своему противнику и особенно подчеркнул роль русских офицеров в организации парагвайской армии.
С убытием Г.Кундта новым командующим на театре военных действий стал генерал Э.Пеньяранда. Он сразу же вступил в конфликт с президентом из-за назначения генерала Х.Л.Ланзы начальником штаба армии. После долгих пререканий с Д.Саламанкой новый командующий настоял на назначении в свой штаб виновника Питиантуты О.Москосо. Полковник Д. Торо получил в командование I корпус, сведенный в две (4 и 7) дивизии. Начальником штаба у него стал героический командир Ланзы майор Герман Буш, сын немецкого колониста и индианки. Его действия под Бокероном и Сааведрой были высоко оценены начальством. Начальником II корпуса, в который по-прежнему входили 3 и 8 дивизии, вместо генерала Осорио был назначен Бернандино Бильбао Риоха. В департаменте Санта-Крус началось формирование III корпуса. Для пополнения войск был объявлен призыв резервистов 1917-1920 и 1934 годов.
Тем временем, I парагвайского корпус продолжал боевые операции. Его 7 дивизия осаждала Алихуату, 2 обороняла Фернандес, а 6 и 8 пехотные дивизии быстро продвигались на юг в направлении Муньоса. К нему же с запада двигался весь III корпус: 4 и 5 пехотные дивизии с частями усиления. 7 дивизия осаждала Алихуату, а 2 обороняла Фернандес. 1 пехотная и 1 кавалерийская дивизии были отведены в резерв на переформирование и составили ядро II корпуса, начальником которого был назначен полковник Р. Франко. Военнопленные были перевезены за реку Парагвай, а им навстречу поступали новые рекруты. За неделю наступления парагвайские войска заняли боливийские фортины Сааведра, Корралес, Чаньяр, Мургуя, Сорпреса, Тинфунки, Самаклай и Куарто Виентос. В Сааведре парагвайцы натолкнулись на сопротивление противника, которого поддержал майор Кён на своей танкетке. Когда кончился боезапас его огнемёта, он покинул свою боевую машину и был скошен пулемётным огнём противника. Очистив Сааведру от противника, патапилас обнаружили на взлётной полосе сожженные остовы двух боливийских самолётов Виккерс. Генералу Э.Пеньяранде катастрофически не хватало времени консолидировать свои боевые порядки для того, чтобы создать стойкую линию обороны. Его войска отступали, оставляя на пути неисправную технику, включая четыре танка Виккерс 6-тонн (три пулеметных и один артиллерийский).
Чтобы сбить темпы парагвайского наступления Д.Саламанка ухватился за предложение VII Межамериканской конференции, проходившей с 3 по 26 декабря 1933 года в Монтевидео, прекратить огонь к 24:00 15 декабря. Эта резолюция была внесена госсекретарем США К. Хэллом. Реакция Асуньсьона намеренно была замедленной. Его политики понимали, что они попадут в полную международную изоляцию, если проигнорируют предложение из Монтевидео. Парагвайское военное командование во главе с Х.Ф.Эстигаррибией настаивало на продолжении наступления с целью нанесения максимального урона противнику. Президент Э.Айяла вынужден лавировать между членами своего кабинета и нашёл компромисс, дав указание максимально затянуть ответ Межамериканской конференции. Только 17 декабря парагвайский военный министр официально запросил Х.Ф.Эстигаррибию о возможности и желательности перемирия для его наступающих войск. Парагвайский командующий сообщил, что ему нужно 48 часов для того, чтобы взять Муньос – передовую базу снабжения I корпуса противника. В тот же день парагвайский министр иностранных дел информировал конференцию о согласии прекратить огонь 19 декабря в 24:00.
Резолюция К. Хэлла вызвала определённые иллюзии у боливийского руководства, которое рассчитывало остановить наступление парагвайской армии и удержать Муньос. Генерал Э.Пеньяранда честно доложил президенту о состоянии дел: он не имел сил и средств, чтобы остановить вдвое превосходящие его силы противника. Когда ему стало ясно, что Асуньсьон намеренно задерживает ответ, чтобы занять как можно больше территории, он отдал приказ об эвакуации Муньоса. В тот же день, 15 декабря 1933 года, его полевой штаб покинул Муньос и переместился в Баливьян.За последующие три дня из фортина были выведены почти все войска и вывезена часть военного имущества. После получения информации о
