Неужели все было зря? Я такая наивная… Глупая!
— Нет, — Ник взял меня за плечи и заставил повернуться к нему лицом. — Ты не глупая и не наивная. Ты просто настоящая внучка своего дедушки. И я обещаю, что найду тебе эту тетрадь. Только дай мне немного времени.
— Но как?.. — я подавила очередной вздох. — Если коридор уничтожен, то и тетрадь…
— Верь мне, — Ник заглянул мне в глаза. — Я ее найду и принесу тебе.
— Ты знаешь, где она? — у меня закрались сомнения.
— Пока нет, — ответил он. — Но мысли кое-какие есть.
— Кстати, один раз нам подали блюдо, сделанное точь-в-точь по рецепту дедушки! — вспомнила я. — Возможно, тетрадь у кого-то из поваров!
— Не исключено, — Ник улыбнулся. — Но сейчас перестань плакать и лучше подумай о завтрашнем конкурсе…
— Зачем мне теперь этот конкурс? — я пожала плечами.
— Неужели не хочешь доказать всем, что ты можешь стать первой? — Ник осторожно смахнул прядку волос с моего лба.
— Я не хочу становиться невестой принца, — хмыкнула я. — Будто ты сам не знаешь, ради чего устроен весь этот конкурс. Да и маловероятно, что принц выбрал бы меня, потому что я никак не подхожу ему по статусу.
Ник тоже усмехнулся:
— Тогда продержись до финала ради меня. Чтобы у меня было время поискать твою тетрадь. Обещаешь?
— Я постараюсь, но обещать не могу, не все зависит от меня, — ответила я, уже улыбаясь. — Спасибо, Ник.
— Вот так-то лучше. У тебя такая красивая улыбка, — он с нежностью провел кончиками пальцев по моей щеке, и у меня в груди все затрепетало. — Мне очень хочется тебя поцеловать, Рина, — его голос стал тише, а мое сердце теперь и вовсе будто с ума сошло. — Но я не буду. Не хочу, чтобы ты это терпела из благодарности. Поэтому подожду до лучшего момента, — он усмехнулся. — Когда ты тоже этого захочешь.
«А может, я хочу сейчас», — чуть не вырвалось у меня. И я сама испугалась собственного желания.
— А теперь ешь яблоко — и спать, — сказал Ник, легонько щелкнув меня по носу. — И выбрось все дурные мысли из головы. Давай я провожу тебя до комнаты.
Он поднялся и протянул руку мне. Я, слегка поколебавшись, вложила свою руку в его. Ник снова ободряюще улыбнулся и повел меня прочь отсюда.
Глава 8
В оставшиеся часы, что удалось заснуть, мне снился королевский бал, на котором я танцевала с Ником. Он был в красивом рубиновом камзоле, а я — в лазурном бальном платье, и мы кружили, кружили под музыку, не замечая никого вокруг. А после, когда мы остановились, Ник наклонился, чтобы меня поцеловать — и я проснулась, испытывая щемящее счастье и одновременно сожалея, что это был всего лишь сон.
— Финальные блюда принц ждет в пять вечера, — извести нас распорядитель за завтраком. — Если кому-то нужно приступить к готовке прямо сейчас, то кухня, как всегда, в вашем распоряжении.
От этого предложения в первую очередь не отказалась я. Торт, который я задумала испечь, требовал некоторое время для пропитки перед подачей, поэтому, когда часы на башне пробили одиннадцать, я уже была на кухне. Ника там не оказалось, и это вызвало у меня легкую грустинку. Я все же надеялась увидеться с ним хоть на одну минуточку. Только он один во всем дворце мог поднять мне боевой дух и заставить меня улыбаться.
Я все же попыталась выкинуть из головы все отвлекающие мысли и сосредоточиться на выпечке. Мне нужен был билет в финал, и им должен был стать мой торт: бисквит из миндальной муки, легкий сливочный крем и прослойка из лимонного курда, сверху — нежная хрустящая меренга.
Я оставила торт на холоде, чтобы он пропитался, и покинула на время кухню, тем более там как раз появились Ильда Рикс и Натали Сплендер, обе собрались готовить горячее. Судя по всему, Роуз Кинселла прибудет последней, ведь ей выпала всего лишь закуска.
Ближайшие часы я провела в ничегонеделании. Ник так и не появился, и я откровенно скучала, временами уносясь в свои грезы.
В кухню я вернулась в половине пятого, и там меня ждал ужасный сюрприз: верх моего торта был заляпан горячим свиным жиром. Мне пришлось приложить не дюжие усилия, чтобы сохранить лицо и не выдать своего расстройства. Разбираться, кто так поступил, тоже не стала: скандалы ниже моего достоинства. Однако я заметила довольную ухмылку на лице Ильды, а ее служанка при этом готовила свиной окорок, из чего можно было сделать почти уверенный вывод, что это их рук дело. Неужели Ильда решила нагадить перед финалом и устранить меня из игры? Если так, значит, она считает меня серьезной конкуренткой. Что ж… Докажем ей, что она не ошибается. Вызов принят.
Мне не впервой исправлять огрехи на блюде. В нашем трактире случались вещи и похуже. Я глянула на часы: у меня было меньше получаса, чтобы сделать новую меренгу и освежить крем. Справимся!
Три моих соперницы уже покидали кухню со своими блюдами, следуя за распорядителем, я же еще привносила последние штрихи на свой обновленный торт. К сожалению, вышло чуть хуже, чем изначально, но других вариантов все равно не было.
Покончив с тортом, я бросилась догонять конкуренток. По пути несколько раз споткнулась от спешки и чудом удержала равновесие. А в столовую влетела последней и запыхавшейся и торопливо пристроилась сбоку шеренги.
Принц, который сегодня щеголял белоснежным париком и почти в тон ему пудрой, в этот раз был не один. Рядом с ним сидел сам король. Я впервые видела его живьем, а не на зарисовках в газете, и удивилась его простоте. В отличие от сына, он был одет без особого шика, поредевшие волосы и лысину не скрывал парик, лицо казалось живым, а взгляд — дружелюбным, особенно когда он смотрел на нас. Иногда он все же поглядывал на принца, и тогда в его глазах проскальзывал укор, а с губ срывался приглушенный вздох. Странно. Может, королю не нравилось, как наряжается его сын, вернувшийся с чужбины? Возможно, он даже стыдился его. Если так, то я вполне могла его понять. Его Высочество Лукас — не лучший пример для подражания.
Блюда они тоже дегустировали вдвоем. Принцу, вроде как, все нравилось, сегодня он был на редкость благодушен, даже широко улыбался всем и подхваливал каждое блюдо. Король от него не отставал и тоже нашел для каждой из участниц доброе слово. Еще он очень пристально рассматривал нас, словно оценивая. Видимо, решал, кого бы хотел
